Оно

Воздух в Дерри застыл, превратившись в липкий кисель, пропитанный запахом гнили и старой сырости. Крис Дембро чувствовала, как легкие горят от быстрого бега, а сердце колотится о ребра, словно пойманная птица. Она знала, куда они пошли. Билл, ее упрямый младший брат, и его компания «Неудачников» всегда лезли в самое пекло, ведомые призраками прошлого и бумажными корабликами.

Дом на Нейболт-стрит возвышался над землей, как гнилой зуб в десне города. Крис не раздумывала. Она ворвалась внутрь именно в тот момент, когда реальность начала трещать по швам.

В полумраке гостиной, среди пыли и обломков, возвышалась высокая, гротескная фигура. Серебристый костюм с пышными рукавами, рыжие клочья волос и это лицо — белое, как мел, с ярко-красными линиями, разрезающими щеки. Пеннивайз. Он уже занес руку, его когтистые пальцы тянулись к застывшему от ужаса Биллу.

— Нет! — крик сорвался с губ Крис прежде, чем она успела осознать свои действия.

Она не просто подбежала. Она совершила безумный прыжок, бросаясь на монстра со спины, словно это могло его остановить. Крис обхватила его за шею, а ногами крепко обвила талию, буквально повиснув на Танцующем Клоуне. Она сделала это с единственной целью — закрыть собой детей, перекрыть им обзор на этот кошмар, стать живым щитом.

Пеннивайз замер. Тишина, воцарившаяся в комнате, стала оглушительной.

Сначала рука в запачканной белой перчатке дернулась, словно в замешательстве. Крис почувствовала, как холодные пальцы коснулись ее бедер, сжимая ткань джинсов. Это не было движением хищника, собирающегося разорвать добычу. В этом жесте сквозило странное, почти человеческое удивление. Затем ладонь переместилась выше, на ее талию, прижимая девушку к себе.

— Крис... — прошептал Билл, его голос дрожал.

— Уходите! — выдохнула она, не оборачиваясь. — Бегите отсюда, быстро!

Но дети не шевелились. Словно невидимая, тяжелая сила пригвоздила их к гнилым доскам пола. Воздух вокруг них вибрировал от древнего зла, не позволяя сделать и шага назад.

Пеннивайз издал низкий, гортанный звук, похожий на рычание, смешанное со смехом. Он качнулся назад, не удержав равновесия под весом Крис, и они оба рухнули на пол, подняв облако вековой пыли.

Секунду Крис сидела сверху, тяжело дыша и глядя в эти невероятные, горящие янтарным огнем глаза. В них не было просто ярости. Там плескалось нечто бесконечное, холодное и голодное, но сейчас — сбитое с толку.

— Смелая девочка, — проскрежетал он, и его голос отозвался вибрацией в ее груди. — Вкусная, пахнущая солеными слезами и... самопожертвованием.

В следующее мгновение мир перевернулся. Клоун двигался с неестественной, ломаной быстротой. Одним резким движением он поменял их местами, прижав Крис к полу. Его тяжелое тело накрыло ее, а длинные пальцы сомкнулись на ее запястьях, прижимая руки к голове.

— Ты пришла спасти их? — он наклонил голову набок, и его желтые глаза расширились. — Пришла в пасть к волку, чтобы ягнята могли убежать?

Крис смотрела на него в упор. Она ожидала парализующего ужаса, ожидала, что сознание померкнет от вони разложения, исходящей от него. Но вместо страха внутри нее начало разгораться иное чувство. Странное, пугающее притяжение, которое тянуло ее к этому существу, словно металлическую стружку к мощному магниту. Это было неправильно. Это было безумно. Но она ощущала искру жизни в этом древнем зле, искру, которая откликалась на ее собственный внутренний огонь.

— Отпусти их, — прошептала она, и ее голос, вопреки всему, звучал твердо. — Им здесь не место.

Пеннивайз оскалился, обнажая ряды острых, как бритвы, зубов. Его лицо было в дюйме от ее лица.

— А тебе? Тебе здесь место, Кристина? — он произнес ее имя так, словно пробовал на вкус дорогое вино. — Ты ведь всегда чувствовала себя чужой в этом скучном, сером мире. Ты искала что-то... настоящее.

— Я не такая, как ты, — выдохнула она, хотя ее сердце предательски пропустило удар.

— О, ты гораздо интереснее, — он провел кончиком носа по ее щеке, вдыхая ее запах. — Ты не пахнешь страхом так, как они. Ты пахнешь вызовом.

Билл сделал шаг вперед, преодолевая невидимый барьер, его лицо было бледным от решимости.

— Оставь ее! — крикнул он, сжимая в руке обломок доски. — Отпусти мою сестру!

Пеннивайз даже не обернулся. Он лишь слегка шевельнул пальцем свободной руки, и Билла отбросило назад, к стене, словно ударом невидимого хлыста.

— Билл! — вскрикнула Крис, дернувшись в хватке клоуна. — Не трогай его! Пожалуйста!

Клоун снова перевел взгляд на нее. Его зрачки сузились, превратившись в вертикальные щели.

— Пожалуйста? — повторил он, смакуя слово. — Какое забавное слово. Люди говорят его, когда у них ничего не осталось. Но у тебя есть кое-что, Кристина. У тебя есть ты сама.

— Что ты хочешь? — спросила она, чувствуя, как его близость начинает дурманить голову.

— Я хочу видеть, как ты сломаешься, — он улыбнулся, и эта улыбка была шире, чем позволяла человеческая анатомия. — Или как ты расцветешь в моей тени.

Крис почувствовала, как его рука на ее талии сжалась чуть сильнее. Это не было актом насилия, скорее — собственничества. Дети замерли, наблюдая за этой жуткой сценой. Они видели не просто монстра и жертву. Они видели что-то, чего не могли понять — странный, извращенный танец двух душ, столкнувшихся в заброшенном доме.

— Уводи их, Ричи! Эдди! — Крис крикнула, не сводя глаз с Пеннивайза. — Забирайте Билла и уходите! Я справлюсь!

— Нет, мы не оставим тебя! — выкрикнул Эдди, хотя его колени дрожали так, что это было слышно.

— Уходите... — повторила она тише, глядя прямо в янтарные глаза монстра. — Он не тронет меня. Пока нет.

Пеннивайз издал тихий, воркующий звук, похожий на мурлыканье гигантского кота.

— Она права, маленькие неудачники. Ваша сестра... она особенная. Она останется со мной поиграть. А вы... вы можете идти. Пока я не передумал.

Невидимая преграда, державшая их, внезапно исчезла. Дети пошатнулись. Ричи и Эдди подхватили оглушенного Билла под руки.

— Крис, нет! — Билл пытался вырваться, но друзья тащили его к выходу. — Крис!

— Иди, Билл! Я люблю тебя! — это было последнее, что она успела крикнуть, прежде чем тяжелая дубовая дверь дома захлопнулась сама собой, отрезая их от внешнего мира.

В гостиной воцарился полумрак. Свет пробивался лишь сквозь щели в заколоченных окнах, рисуя на полу длинные, ломаные полосы. Пеннивайз все еще прижимал ее к полу, но теперь его хватка стала почти нежной.

— Теперь мы одни, — прошептал он. — Твои рыцари сбежали.

— Они не сбежали, — Крис сглотнула ком в горле. — Я их спасла.

— Ты думаешь? — клоун приподнялся на локтях, нависая над ней. — Ты лишь отсрочила неизбежное. Но мне нравится твоя самоуверенность. В ней есть вкус... острый, как перец.

Крис чувствовала, как страх, который она так долго подавляла, начинает просачиваться внутрь, но он мешался с тем самым странным притяжением. Она видела трещины на его гриме, видела древность в его глазах и чувствовала, что это существо — не просто монстр из кошмаров. Это была сама стихия, первобытная и честная в своем голоде.

— Почему ты не убил меня сразу? — спросила она, когда он начал медленно водить когтем по ее шее, едва касаясь кожи.

— Смерть — это так скучно, — Пеннивайз наклонился к ее уху, и его дыхание было холодным, как зимний ветер. — Большинство людей умирают задолго до того, как их сердца перестают биться. Они умирают от скуки, от правил, от страха быть собой. Но ты... ты живая. Ты прыгнула на меня, зная, кто я.

— Я защищала брата.

— Ложь, — он хихикнул, и этот звук отразился от стен. — В этом была не только забота. В этом был гнев. Ты ненавидишь этот город так же сильно, как и я. Ты хочешь сорвать с него кожу и посмотреть, что там внутри.

Крис закрыла глаза. Он попал в точку. Дерри всегда казался ей клеткой, местом, где люди улыбались друг другу, скрывая гниль за белыми заборами. Она всегда чувствовала себя здесь лишней.

— Ты не знаешь меня, — прошептала она.

— Я знаю тебя лучше, чем ты сама, — он внезапно отпустил ее запястья и сел рядом на пол, по-турецки скрестив ноги. Его движения были неестественно плавными. — Ты хочешь уйти, Кристина? Дверь открыта.

Крис медленно села, потирая затекшие руки. Она посмотрела на дверь, потом снова на него. Пеннивайз сидел, склонив голову, и на его лице застыла маска любопытства.

— Почему ты это делаешь? — спросила она.

— Что именно? Навожу ужас на детей? Или предлагаю тебе выбор? — он широко развел руками. — Я — это то, что вы создали. Ваша тьма, ваш шепот по углам. Но ты... ты другая. Ты не шепчешь. Ты кричишь в лицо бездне.

Крис поднялась на ноги, пошатываясь. Ее сердце все еще бешено колотилось. Она сделала шаг к двери, но остановилась. Что-то внутри нее, та самая темная искра, не давала ей просто уйти.

— Если я уйду, ты оставишь их в покое? — спросила она, оборачиваясь.

Пеннивайз встал, вытянувшись во весь свой огромный рост. Он казался слишком большим для этой комнаты.

— В этом городе нет покоя, милая Кристина. Но я обещаю... — он подошел ближе, и его серебристый костюм тихо зашуршал. — Я обещаю, что наша следующая встреча будет особенной.

Он протянул руку, и на его ладони, словно из ниоткуда, появился красный воздушный шарик. Ниточка сама собой обвилась вокруг запястья Крис.

— Ты ведь вернешься, — это был не вопрос, а утверждение. — Ты уже чувствуешь это. Вкус страха, смешанный с восторгом.

Крис посмотрела на шарик, который медленно покачивался в воздухе. Она чувствовала, как ее сознание двоится. Одна часть нее хотела бежать без оглядки, запереться в комнате и никогда больше не выходить на улицу. Другая часть — та, что прыгнула на клоуна — ощущала странное торжество.

— Ты чудовище, — сказала она тихо.

— Самое прекрасное из всех, что ты когда-либо встретишь, — он отвесил шутовской поклон.

Крис развернулась и пошла к выходу. Когда она толкнула дверь, свежий воздух Дерри ударил ей в лицо, но он больше не казался чистым. Он казался пресным.

Она вышла на крыльцо, чувствуя на себе взгляд янтарных глаз из темноты дома. На ее запястье покачивался красный шарик, яркое пятно на фоне серого дня.

— Крис! — Билл и остальные стояли у калитки, не решаясь подойти ближе. Они бросились к ней, как только увидели ее живой.

— Ты в порядке? Он что-то сделал? — Билл обнял ее, его трясло.

— Все хорошо, Билл, — она погладила его по волосам, но ее взгляд был устремлен в разбитое окно второго этажа. — Я в порядке.

— Откуда этот шар? — Эдди с ужасом посмотрел на красный пузырь.

Крис не ответила. Она просто развязала нитку и выпустила шар в небо. Он медленно поднимался вверх, пока не превратился в крошечную точку, похожую на каплю крови на сером полотне облаков.

Она знала, что Пеннивайз прав. Она вернется. Не потому, что он заставит ее, а потому, что бездна внутри нее наконец нашла свое отражение. И от этого осознания ей было по-настоящему страшно.

— Пойдемте домой, — сказала она, увлекая детей за собой.

Но когда они уходили, Крис на секунду показалось, что она слышит тихий, далекий смех, доносящийся из канализации под их ногами. Смех, в котором не было угрозы — только ожидание.

Дерри не менялся. Город оставался прежним, со своими тайнами и тихими ужасами. Но Крис Дембро знала: теперь она часть этой тайны. Она коснулась монстра и выжила, и это прикосновение изменило ее навсегда.

Она шла по улице, чувствуя, как в груди разгорается странное тепло. Это был не страх. Это было предвкушение следующего танца на краю бездны. И в этот раз она знала, что не будет закрывать глаза.