Боль

Тяжелые кованые двери тронного зала закрылись с глухим, окончательным стуком, отрезая Вика от остального мира. От друзей, от сестры, от привычной реальности, где всё было понятно и просто. Здесь, в чертогах Моргарта, время словно застыло, пропитанное запахом озона и старого пергамента.

Вик чувствовал, как дрожат его пальцы. Сделка была заключена. Цена спасения Арта, Киры и Фила оказалась непомерно высокой, но у него не было выбора. Когда Моргарт протянул свою костлявую, облаченную в доспех руку, предлагая «союз», Вик знал, что это не просто договор о ненападении. Это было добровольное рабство, облеченное в форму жуткого, извращенного обручения.

Моргарт возвышался над ним, его четыре руки замерли в жесте холодного триумфа. Глаза босса горели неестественным фиолетовым светом, в котором не было ни капли сострадания — только расчет и властное предвкушение.

– Ты сделал правильный выбор, Виктор, – голос Моргарта вибрировал, отдаваясь в самой грудной клетке мальчика. – Твои друзья живы. Теперь пришло время исполнить твою часть обязательств.

В мгновение ока пространство вокруг них исказилось. Реальность сложилась, как оригами, и Вик охнул, когда его ноги коснулись мягкого ворса ковра в личных покоях босса. Это была огромная зала, освещенная лишь тусклым сиянием магических кристаллов. В центре стояла массивная кровать, застеленная тяжелым темным шелком.

Моргарт медленно подошел к нему, возвышаясь подобно тени. Его движения были плавными, почти кошачьими, несмотря на доспехи.

– Ты ведь знаешь, что нужно делать, – произнес он, и в этом приказе не было места для возражений.

Вик сглотнул вязкий ком в горле. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот проломит ребра. Он медленно поднял руки к вороту своего желтого свитера. Шерсть казалась колючей и невыносимо жаркой. Сжавшись, словно пытаясь стать меньше, Вик начал стягивать одежду. Свитер упал на пол бесформенной кучей, оставив его в одной тонкой майке.

Моргарт издал низкий, удовлетворенный звук, похожий на мурчание неисправного механизма. Одна из его рук легла Вику на плечо, холодная и тяжелая, а другая начала медленно растирать его тело, ведя по лопаткам и вниз к пояснице. Кожа Вика покрылась мурашками от этого контраста — ледяные пальцы босса и жар собственного страха.

– Тише, – прошептал Моргарт, склоняясь к самому его лицу. – Теперь ты принадлежишь этому миру. Ты принадлежишь мне.

Прежде чем Вик успел что-то ответить, Моргарт притянул его к себе. Его губы, жесткие и властные, накрыли губы мальчика. Это не был поцелуй в обычном понимании — это было утверждение права собственности. Язык босса бесцеремонно проник внутрь, исследуя рот Вика, заставляя того задыхаться от неожиданности и напора.

Вик почувствовал, как его ведут к кровати. Силы покинули его ноги, и он послушно повалился на мягкие простыни. Моргарт навис сверху, блокируя любые пути к отступлению. Его руки продолжали ласкать тело Вика, проникая под край майки, оглаживая ребра, заставляя мальчика выгибаться навстречу этим пугающим, но странно будоражащим прикосновениям.

Моргарт отстранился от его губ лишь на мгновение, чтобы тут же впиться в шею. Вик вскрикнул, когда почувствовал острый укус, а затем влажное тепло языка, зализывающего след. Босс спускался всё ниже, оставляя за собой дорожку из жгучих поцелуев.

– Посмотри на меня, – скомандовал Моргарт, перехватывая руки Вика над его головой.

Вик поднял затуманенный взгляд. В глазах босса плясали искры безумия и триумфа. Моргарт опустил свои нижние руки к поясу штанов Вика. Одним резким, но точным движением он избавил его от лишней одежды.

Мальчик почувствовал себя окончательно беззащитным. Холодный воздух покоев коснулся его кожи, но тут же был вытеснен жаром тела Моргарта. Босс продолжал ласкать его, вылизывая чувствительную кожу живота, спускаясь к бедрам. Его язык проходил по внутренней стороне ног, заставляя Вика мелко дрожать.

Моргарт мягко, но настойчиво перевернул его на бок. Вик зарылся лицом в подушку, пытаясь скрыть всхлип. Он чувствовал, как руки босса ложатся на его ягодицы, сжимая их, раздвигая, исследуя его с пугающей тщательностью.

– Ты такой хрупкий, Виктор, – прошептал Моргарт ему в затылок. – Словно программный код, который так легко переписать под себя.

Вик вскрикнул, когда почувствовал прикосновение языка к самому сокровенному, интимному месту. Это было невыносимо — смесь стыда, страха и нарастающего, тягучего удовольствия, которое он не хотел признавать. Моргарт действовал умело, уделяя внимание каждой складке, заставляя мышцы Вика непроизвольно сокращаться.

Затем последовал новый этап. Моргарт начал растирать скопившуюся слюну пальцами, подготавливая его. Первый палец вошел медленно, растягивая, заставляя Вика вцепиться в простыни до белизны в костяшках.

– Больно... – прохрипел Вик, зажмурившись.

– Это лишь начало, – отозвался Моргарт, добавляя второй палец.

Он начал массировать мышцы внутри, находя те самые точки, которые заставляли сознание Вика плавиться. Мальчик больше не мог сдерживать стоны. Они вырывались помимо воли, заполняя тишину комнаты. Моргарт действовал методично, растягивая его, проникая всё глубже, пока Вик не начал сам непроизвольно подаваться назад, ища большего контакта.

Тело предавало его. Разум кричал о том, что это враг, что это монстр, разрушивший их жизни, но плоть требовала разрядки, требуя прекратить эту сладкую пытку томительного ожидания.

Моргарт замер, чувствуя, как Вик дрожит под его руками, как его дыхание стало рваным и частым. Он наклонился к самому уху мальчика, обжигая его своим дыханием.

– Скажи это, – потребовал он низким, вкрадчивым голосом. – Скажи, чего ты хочешь.

– Пожалуйста... – выдохнул Вик, теряя остатки самообладания.

– Что «пожалуйста»? Будь точнее, мой маленький создатель.

Вик всхлипнул, поворачивая голову и глядя на Моргарта глазами, полными слез и желания.

– Я... я хочу тебя. Пожалуйста, Моргарт... возьми меня. Сделай это.

Моргарт оскалился в победной улыбке. Это было именно то, чего он добивался — полного сокрушения воли, признания его власти не только над телом, но и над желаниями этого мальчика.

– Как пожелаешь, – ответил он, окончательно сминая сопротивление Вика и забирая то, что теперь по праву принадлежало ему.

В эту ночь в замке Моргарта был заключен союз, который навсегда изменил правила игры. И Вик Сменкин знал, что обратного пути в мир людей для него больше нет.