Внучка

– Крис, ты только посмотри, сколько людей зашло! – Сильвестр азартно ткнул пальцем в экран своего смартфона, едва не задев нос внучки. – Пятьдесят тысяч за тридцать секунд. Тебя любят, детка. Весь мир хочет знать, в чем внучка Слая пойдет на выпускной.

Крис поправила темные очки, которые скрывали её яростный взгляд, и крепче сжала руль своей «Ауди». Мотор глухо рыкнул, словно разделяя раздражение хозяйки. Она знала этот тон деда. Это был тон постановщика, который точно знает, на какую эмоцию нужно вывести актера, чтобы сцена получилась идеальной. Только вот сейчас «сценой» была её жизнь, а «зрителем», ради которого затевался этот балаган, был один конкретный британец с колючим взглядом и вечной щетиной.

– Дедушка, если ты не выключишь это немедленно, я высажу тебя прямо здесь, на парковке, – процедила она сквозь зубы, стараясь, чтобы её голос звучал ровно. – И платье ты будешь выбирать сам. На себя.

Сталлоне лишь усмехнулся, поудобнее устраиваясь в кожаном кресле. Он не просто не выключил эфир, он развернул камеру так, чтобы Крис попала в кадр во всей своей красе: в спортивном топе, подчеркивающем подтянутую фигуру, и с небрежным пучком на голове.

– Посмотрите на эту злюку, – прокомментировал Слай, обращаясь к невидимым тысячам подписчиков. – Вечно ворчит. Прямо как я в её годы. Кстати, Джейсон, ты там? Смотри, какая она сегодня «дружелюбная».

Крис резко затормозила у входа в торговый центр, так что ремни безопасности натянулись. Она знала, что Стейтем сейчас либо на тренировке, либо отдыхает в своем трейлере, но мысль о том, что он видит её в этот момент – раздраженную, непричесанную и до невозможного настоящую – заставляла сердце биться быстрее.

– Всё, приехали, – Крис выскочила из машины, хлопнув дверью.

Они вошли в бутик, и Слай продолжал вести репортаж, словно заправский блогер. Продавцы замерли в немом восторге, глядя на легенду боевиков, который с самым серьезным видом комментировал вешалки с вечерними нарядами.

– Так, это слишком длинное, – Слай отбросил в сторону шелковое платье в пол. – В нем неудобно бить с разворота, если кто-то решит пристать к моей девочке. О, а вот это... Крис, иди сюда!

Крис вышла из примерочной в коротком, облегающем платье цвета горького шоколада. Ткань сидела как вторая кожа, подчеркивая каждый изгиб, над которым она так усердно работала в спортзале под насмешливые комментарии Дольфа Лундгрена.

– Ну как? – спросила она, невольно выпрямляя спину.

– Подожди, – Слай навел камеру телефона на неё. – Нужно мнение эксперта. Народ, что скажете?

Комментарии внизу экрана летели с такой скоростью, что их невозможно было прочитать. «Богиня!», «Слай, береги внучку!», «Где купить такое же?». Но Сильвестр ждал не этого. Он ждал, когда среди тысяч никнеймов появится тот самый. И он появился.

*«Слишком открыто. Переоденься»*, – лаконичная надпись от верифицированного аккаунта Джейсона Стейтема заставила Сталлоне победно ухмыльнуться.

Крис, заметившая краем глаза этот комментарий, почувствовала, как внутри закипает праведный гнев.

– Слишком открыто? – Она выхватила телефон из рук деда, глядя прямо в камеру, словно могла увидеть Джейсона по ту сторону экрана. – Слушай сюда, «старичок». Это платье идеально. А если тебе кажется, что здесь слишком много кожи, то, может, тебе просто пора проверить зрение? Возраст всё-таки, я понимаю.

– О-о-о, – протянул Слай, забирая телефон обратно. – Кажется, назревает конфликт. Джейсон, ты это слышал? Она назвала тебя старичком. Снова.

– И назову еще раз! – Крис развернулась на каблуках и скрылась за шторкой примерочной.

Через пять минут она вышла в другом наряде – на этот раз это было платье с открытой спиной и глубоким вырезом на бедре. В нем она выглядела не просто красиво, а опасно.

– Это берем, – отрезал Слай, даже не глядя на экран. – В нем ты выглядишь как женщина, ради которой начинают войны. Или как минимум – драки в баре.

– Мне плевать на войны, дедушка, – Крис посмотрела на свое отражение. – Мне нужно, чтобы на выпускном я могла танцевать, а не думать о том, как бы не запутаться в подоле.

– Ты будешь танцевать, – голос Сталлоне внезапно стал серьезным. – Вопрос только в том, с кем.

Когда они вышли из торгового центра, Крис все еще чувствовала на себе фантомный взгляд Стейтема. Она знала, что он смотрел эфир до самого конца. Знала, что его молчание после её колкости было временным. Джейсон не из тех, кто оставляет последнее слово за кем-то другим.

Уже в машине, когда они подъезжали к дому, телефон Крис пискнул. Сообщение в директ. От него.

*«Платье с разрезом было лучше. Но если я увижу тебя в нем на выпускном без охраны, я лично приеду и заберу тебя оттуда раньше, чем начнется первый танец. И не называй меня старичком, Кристина. Ты даже не представляешь, на что способен этот "старичок"»*.

Крис невольно улыбнулась, прикусив губу.

– Чего светишься? – поинтересовался Слай, делая вид, что увлечен дорогой.

– Ничего, – она быстро убрала телефон в карман штанов. – Просто вспомнила, как Дольф вчера чуть не упал, когда я на нем приседала.

– Ну-ну, – хмыкнул Сталлоне. – Дольф – это вчерашний день. Сегодня у нас на повестке дня британский десант. Кстати, Джейсон просил передать, что завтра на площадке будет тренировка по рукопашному бою. Специально для тебя. Хочет показать «стариковские» приемы.

Крис почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Она знала, что эта тренировка не будет обычной. Джейсон никогда не делал ничего наполовину. Если он решил проучить её за дерзость, это будет жестко, красиво и... чертовски волнующе.

– Передай ему, что я буду, – она поправила очки, скрывая торжествующий блеск в глазах. – И пусть наденет что-нибудь покрепче. А то вдруг рассыплется.

Слай рассмеялся, паркуя машину. Он знал своего друга и знал свою внучку. Эти двое стоили друг друга. И если для того, чтобы они наконец перестали ходить вокруг да около, нужно было устроить прямой эфир на весь мир, то он был готов стать лучшим оператором в Голливуде.

– Знаешь, Крис, – сказал он, когда они выходили из машины. – Джейсон ведь не просто так злится. Он просто не привык, что кто-то может им командовать. Особенно девчонка, которая едва достает ему до плеча.

– Я достаю ему до подбородка, – поправила Крис. – И я не командую. Я просто указываю на очевидное.

– Очевидное в том, – Слай обнял её за плечи, – что он от тебя глаз отвести не может. Даже через экран телефона. Весь каст это видит. Даже Арнольд вчера спрашивал, не пора ли покупать свадебный костюм.

– Дедушка! – Крис вспыхнула, и на этот раз очки не помогли скрыть румянец.

– Ладно, ладно, молчу. Иди примерь платье еще раз. Нужно убедиться, что оно выдержит... напор.

Крис скрылась в доме, стараясь не думать о том, что завтра ей придется встретиться с Джейсоном лицом к лицу. После того, что она наговорила в эфире, и после его сообщения, воздух между ними на съемочной площадке будет наэлектризован до предела.

А в это время в другом конце города Джейсон Стейтем отбросил телефон на диван и тяжело вздохнул. На экране все еще висел стоп-кадр из эфира Сталлоне – Крис в том самом шоколадном платье, дерзкая, красивая и совершенно невыносимая.

– Старичок, значит? – пробормотал он, криво усмехнувшись. – Ну хорошо, маленькая Сталлоне. Завтра посмотрим, на сколько хватит твоего задора.

Он встал и подошел к груше, нанося серию быстрых, четких ударов. Каждый удар был точным, мощным и наполненным странным, непривычным для него азартом. Он давно не чувствовал себя таким живым. И виной тому была девчонка, которая не побоялась бросить ему вызов на глазах у миллионов.

На следующее утро съемочная площадка «Неудержимых» гудела сильнее обычного. Слухи о вчерашнем эфире распространились со скоростью лесного пожара. Рэнди Кутюр и Терри Крюс обменивались шуточками, поглядывая то на Джейсона, который сегодня был подозрительно молчалив, то на вход, где вот-вот должна была появиться Крис.

– Эй, Джейс, – окликнул его Дольф, поправляя амуницию. – Слышал, ты вчера в модные критики записался? Как тебе коллекция?

Стейтем лишь бросил на него ледяной взгляд, продолжая бинтовать кисти рук.

– Коллекция отличная, – коротко бросил он. – А вот манеры некоторым стоит подтянуть.

– Ну, манеры у Сталлоне всегда были специфические, – хохотнул Лундгрен. – А Крис – истинная дочь своего деда. Или внучка. В общем, ты понял.

В этот момент на площадке появилась она. На Крис были те же спортивные штаны, что и вчера, но вместо топа – свободная майка-борцовка, открывающая татуировку на лопатке. Волосы собраны в тугую косу, взгляд сосредоточен.

Она прошла мимо деда, который довольно подмигнул ей, и направилась прямиком к матам, где стоял Стейтем.

– Готов к уроку истории, Джейсон? – спросила она, останавливаясь в паре шагов от него. – Расскажешь, как воевали в прошлом веке?

Кругом воцарилась тишина. Актеры и технический персонал замерли, предвкушая зрелище.

Джейсон медленно поднял на неё глаза. В них не было злости, только холодный, расчетливый интерес хищника, который наконец загнал добычу в угол.

– Сначала я покажу тебе, как выживают в этом веке, – негромко произнес он, делая шаг навстречу. – А потом мы обсудим твой гардероб.

– Мой гардероб тебя не касается, – Крис вскинула подбородок.

– Ошибаешься, – Стейтем сократил расстояние до минимума, так что она почувствовала запах его парфюма – смесь кожи и дорогого табака. – Всё, что касается тебя, касается и меня. С недавних пор.

Он протянул руку и слегка коснулся пальцами её подбородка, заставляя смотреть прямо на него.

– Вчера ты была очень смелой за экраном телефона, Кристина. Посмотрим, осталась ли эта смелость сейчас.

– Не сомневайся, – прошептала она, хотя сердце готово было выпрыгнуть из груди.

– Тогда на мат, – он отпустил её и отошел назад, принимая стойку. – И помни: я не буду поддаваться только потому, что твой дедушка – мой босс.

– Я бы тебе этого не простила, – Крис скинула кроссовки и ступила на мягкое покрытие.

Слай, стоявший чуть поодаль, довольно потер руки.

– Кажется, эфир удался, – шепнул он подошедшему Дольфу.

– Удался? – Лундгрен покачал головой. – Слай, ты старый манипулятор. Ты же знал, что он сорвется.

– Я просто дал им небольшой толчок, – Сталлоне улыбнулся, глядя, как Крис проводит первую атаку, а Джейсон с кошачьей грацией уходит от удара. – Остальное они сделают сами. И поверь мне, это будет покруче любого сценария, который я когда-либо писал.

На площадке послышались звуки ударов и тяжелое дыхание. Это была не просто тренировка. Это был разговор двух людей, которые слишком долго молчали, скрываясь за иронией и взаимными подколами. И каждый в этом зале понимал: сегодня на съемках «Неудержимых» рождалась история, в которой не будет каскадеров и дублей. Только они двое, здесь и сейчас.