пятница

Ночной город дышал неоновыми огнями и сыростью после недавнего дождя. Ирада неслась по тротуару так, будто за ней гнались все демоны преисподней одновременно, хотя на самом деле это были всего лишь охранники элитного клуба, в котором она пять минут назад случайно — честное слово, случайно! — опрокинула пирамиду из шампанского прямо на диджея.

Её каблуки звонко впивались в асфальт, а в голове пульсировала одна мысль: «Лишь бы не поймали». Адреналин обжигал вены, заставляя сердце биться в бешеном ритме. Ирада обожала это чувство. Жизнь без риска казалась ей пресной и безвкусной, как овсянка на воде.

Завернув в глухой переулок, она резко затормозила, едва не врезавшись в припаркованный черный внедорожник. Дверь машины открылась как раз в тот момент, когда она собиралась проскочить мимо.

– Какого черта?! – Ирада не успела затормозить и влетела прямо в крепкую мужскую грудь.

Сильные руки перехватили её за талию, не давая упасть, а над ухом раздался знакомый низкий голос, от которого по коже мгновенно пробежали мурашки.

– Ирада? Ты когда-нибудь научишься смотреть под ноги, а не искать приключений на свою задницу?

Она подняла голову и встретилась взглядом с холодными серыми глазами Вовы Кангина. Вова был воплощением суровости. В их кругах его знали как человека, который лишнего слова не скажет, а если скажет — то так, что захочется провалиться сквозь землю. Грубый, резкий, непроницаемый. Но сейчас, глядя на неё, его взгляд странным образом смягчился, хотя на губах всё еще играла едва заметная усмешка.

– Кангин? – Она выдохнула, пытаясь выровнять дыхание. – Ты что здесь забываешь в такое время? Следишь за мной?

– Много чести, – хмыкнул он, не спеша выпускать её из объятий. – Просто оказался в нужном месте, чтобы ты не разбила свой симпатичный нос. От кого бежим на этот раз?

– Да так, – она махнула рукой, поправляя сбившееся платье. – Пара недовольных охранников. Слушай, если ты не собираешься меня сдавать, то дай пройти.

Вова молча окинул её взглядом: растрепанные темные локоны, горящие глаза, припухшие губы. В ней было столько жизни и хаоса, что это пугало и притягивало одновременно.

– Садись в машину, – коротко бросил он, открывая перед ней пассажирскую дверь.

– С чего бы это? – Ирада вызывающе вскинула подбородок.

– С того, что твои «друзья» уже на углу. Или хочешь объясняться с ними сама?

Ирада прислушалась. Топот тяжелых ботинок действительно приближался. Недолго думая, она скользнула в кожаное нутро автомобиля. Вова обошел машину, сел за руль и плавно тронулся с места за секунду до того, как в переулок выскочили преследователи.

Минут десять они ехали в молчании. Ночной город мелькал за окном размытыми пятнами. Ирада чувствовала, как напряжение внутри неё не утихает, а трансформируется во что-то другое. Она искоса поглядывала на Вову. Его профиль казался высеченным из камня, руки уверенно лежали на руле. С другими он был невыносим, но с ней... с ней он всегда становился тише.

– Куда мы едем? – спросила она, нарушая тишину.

– Ко мне, – ответил он, не поворачивая головы. – Тебе нужно остыть. И привести себя в порядок.

– О, Кангин, ты проявляешь заботу? Это что-то новенькое.

– Просто не хочу, чтобы ты завтра попала в сводки новостей, – он припарковал машину у своего дома. – Идем.

Квартира Вовы была такой же, как и он сам: минималистичной, холодной и безупречно чистой. Ирада прошла в гостиную и без приглашения опустилась на широкий диван.

– У тебя тут как в операционной, – заметила она, скидывая туфли. – Даже пылинке страшно приземлиться.

Вова подошел к бару, достал бутылку виски и плеснул немного в стакан.

– Выпьешь? – спросил он, протягивая ей напиток.

– Давай. – Она взяла стакан, их пальцы на мгновение соприкоснулись, и по руке Ирады прошел электрический разряд.

Она сделала глоток, чувствуя, как алкоголь обжигает горло. Вова стоял напротив, прислонившись к столу, и не сводил с неё глаз. Весь его напускной холод медленно таял, уступая место чему-то глубокому и темному.

– Почему ты вечно лезешь на рожон, Ирада? – его голос стал тише, глубже. – Тебе мало адреналина?

– А тебе? – Она встала и подошла к нему почти вплотную. – Ты ведь тоже не святой, Вова. Твоя правильность — это просто фасад. Я вижу, как у тебя руки чешутся сорваться.

– Ты плохо меня знаешь, – он поставил свой стакан на стол, не оборачиваясь.

– Я знаю тебя лучше всех, – она положила ладонь ему на грудь, чувствуя, как под тонкой тканью рубашки бешено колотится его сердце. – Ты только со мной такой... спокойный. Почему?

Вова резко развернулся, перехватывая её руку. Его глаза потемнели, в них отражалось пламя, которое он так долго пытался скрыть.

– Потому что ты единственная, кто меня не боится, – прошептал он, сокращая расстояние между ними до минимума. – И единственная, кто может вывести меня из себя одним своим присутствием.

– Так выведи, – выдохнула она ему в губы. – Хватит быть правильным.

Это стало последней каплей. Вова рванул её к себе, впиваясь в губы требовательным, почти грубым поцелуем. В этом жесте было всё: накопленное напряжение, месяцы невысказанных слов и та самая страсть, которую они оба так тщательно маскировали под колкостями.

Ирада ответила с той же неистовостью, запуская пальцы в его волосы. Она знала, что это безумие, что завтра всё может стать сложным, но сейчас ей было плевать.

Он подхватил её на руки, не разрывая поцелуя, и понес в сторону спальни. Одежда летела на пол в хаотичном беспорядке. Когда её спина коснулась прохладных простыней, Ирада на мгновение замерла, глядя на него снизу вверх.

– Ты уверен? – спросила она тихо, хотя ответ был очевиден.

– Я никогда не был так уверен ни в чем другом, – ответил он, нависая над ней.

Его прикосновения были на удивление бережными, несмотря на общую резкость движений. Вова изучал её тело так, словно оно было самой ценной и хрупкой вещью в мире. Каждый поцелуй, каждое движение отзывалось в ней волной непередаваемого удовольствия.

Границы между ними стерлись. Был только этот момент, запах его парфюма, смешанный с ароматом её кожи, и тихие стоны, тонущие в ночной тишине. Ирада чувствовала, как её внутренняя буря наконец находит выход, сталкиваясь с его мощью.

Когда всё закончилось, они лежали в темноте, тяжело дыша. Вова притянул её к себе, накрывая одеялом, и она уткнулась носом в его плечо.

– Ты всё так же невыносима, – негромко произнес он, перебирая её волосы.

– А ты всё так же груб, – улыбнулась она, закрывая глаза. – Но мне нравится.

– Спи уже, катастрофа ходячая. Завтра я запру тебя дома, чтобы ты снова чего-нибудь не натворила.

– Попробуй, – выдохнула Ирада, засыпая с чувством абсолютного, странного спокойствия, которое мог подарить ей только он.

Она знала, что их история только начинается, и это приключение будет самым опасным и прекрасным в её жизни.