Машина

Солнце нещадно палило над парковкой, где Миша Литвин и Ахмед Венгаллби пытались записать очередную подводку к ролику. Камеры были выставлены, звук проверен, но рабочий процесс прервал резкий, пронзительный рингтон телефона Миши.

– Да ё-моё, на самом интересном месте! – Миша раздраженно выудил смартфон из кармана, собираясь сбросить вызов, но, взглянув на экран, изменился в лице. – Оу, это Кристина. Если не отвечу, она мне потом всю плешь проест.

Ахмед, облокотившись на капот новенькой иномарки, с любопытством наблюдал за другом. О младшей сестре Литвина он слышал много, но видел её лишь мельком на семейных праздниках. В памяти всплывал образ невысокой девушки с колючим взглядом, которая умудрялась строить даже своего старшего брата.

– Алло! Да, Крис, привет. Что случилось? – Миша отошел на пару шагов, но голос сестры в трубке был настолько громким, что Ахмед невольно расслышал отдельные фразы.

– ...забери меня немедленно! Препод — просто идиот, я больше ни минуты здесь не останусь! И не смей говорить, что ты занят, Михаил!

Миша виновато посмотрел на операторов и на Ахмеда.

– Ладно, ладно, успокойся. Через пятнадцать минут буду. Скидывай локацию.

Спрятав телефон, Литвин вздохнул и развел руками.

– Пацаны, сорян, перерыв. Нужно мелкую из универа забрать. У неё там снова какой-то конфликт мирового масштаба. Кто со мной?

– Я поеду, – неожиданно для самого себя отозвался Ахмед. – Давно не видел твою сестру. Неужели она всё такая же... боевая?

Миша усмехнулся, открывая водительскую дверь.

– Боевая — это мягко сказано. Она — ходячая катастрофа с характером гремучей змеи. Садись, сам увидишь.

Дорога до университета заняла не больше десяти минут, но за это время Миша успел прочитать целую лекцию о том, как правильно вести себя с Кристиной: не спорить, не шутить про её рост и, упаси боже, не трогать её сумку.

Когда они затормозили у главного входа, Ахмед сразу заметил её. Кристина стояла на ступенях, скрестив руки на груди. Её каштановые волосы были слегка растрепаны, а в глазах читалось желание испепелить всё живое в радиусе километра.

– Ну наконец-то! – Кристина рывком открыла заднюю дверь и замерла, увидев Ахмеда. – А этот что тут делает? У вас свидание сорвалось?

– И тебе привет, Крис, – улыбнулся Ахмед, разворачиваясь к ней. – Решил составить компанию твоему брату, пока он работает таксистом.

– Очень смешно, – огрызнулась девушка, запрыгивая в салон и с грохотом захлопывая дверь. – Миша, трогай, пока я не вернулась и не высказала декану всё, что я думаю о его системе образования.

– Кристин, ну что опять? – Миша плавно вырулил со стоянки. – Ты в этом вузе всего второй месяц, а на тебя уже три жалобы.

– Потому что они тупые! – Кристина всплеснула руками, едва не задев затылок Ахмеда. – Он мне говорит: «Ваше мнение не совпадает с учебником». А я ему: «Так учебник написан в восьмидесятых, тогда даже интернета нормального не было!». В общем, он попросил меня выйти.

– И ты вышла? – спросил Ахмед, едва сдерживая смех.

– Я вышла, – гордо подтвердила она. – Но перед этим перевернула ему фикус на стол. Случайно. Почти.

Ахмед не выдержал и рассмеялся. Звук его смеха, казалось, еще больше разозлил Кристину. Она подалась вперед, вцепившись пальцами в спинку переднего сиденья.

– Тебе весело, Венгаллби? Хочешь, я и тебе что-нибудь переверну? Например, твою уверенность в собственной неотразимости?

– Ой, началось, – пробормотал Миша, прибавляя громкость музыки. – Ахмед, не заводи её, нам еще до дома ехать.

– Да ладно тебе, Миш, – Ахмед повернулся к девушке, встретившись с ней взглядом. – Кристина, я просто восхищен. Не каждый решится объявить войну фикусу ради правды. Ты настоящий революционер.

– Ты издеваешься? – Она прищурилась, изучая его лицо. – Я вижу этот огонек в глазах. Ты думаешь, что я просто капризная девчонка.

– Я думаю, что ты очень прямолинейная, – спокойно ответил Ахмед. – Это редкое качество. Правда, иногда оно граничит с отсутствием тормозов, но...

– Отсутствием тормозов?! – Кристина буквально подпрыгнула на месте. – Да если бы не моя прямолинейность, Миша до сих пор бы снимал ролики про то, как он ест лапшу быстрого приготовления! Я единственная, кто говорит ему правду в лицо!

– Это факт, – вздохнул Литвин. – Иногда этой правды слишком много.

– Слушай, «революционерка», – Ахмед решил сменить тактику. – Раз уж ты такая честная, скажи: почему ты всегда такая колючая? Мы ведь даже не общались толком, а ты уже готова меня покусать.

Кристина на мгновение замолчала, явно не ожидая такого прямого вопроса. Она откинулась на спинку сиденья и сложила руки на груди, глядя в окно на мелькающие деревья.

– Потому что вокруг одни подлизы, – буркнула она уже тише. – Все хотят дружить с «сестрой Литвина», все заглядывают в рот. А ты... ты просто друг Миши, который думает, что всё в жизни — это прикол для сторис.

– А вот тут ты ошибаешься, – серьезно произнес Ахмед. – Для меня далеко не всё — прикол. И я здесь не как «друг Литвина», а просто как Ахмед.

Кристина снова посмотрела на него. На этот раз в её взгляде не было прежней ярости, скорее — секундное замешательство.

– Ладно, – она тряхнула головой, отгоняя наваждение. – Допустим. Но это не отменяет того факта, что вы оба меня бесите. Миша, останови у торгового центра, мне нужно купить что-нибудь сладкое, иначе я кого-нибудь убью.

– Понял, выполняю, – Миша послушно перестроился в правый ряд. – Ахмед, пойдешь с ней? А то я боюсь, она там охранников построит.

– Пойду, – кивнул Ахмед. – Нужно же посмотреть, как выглядит «сладкая месть» в исполнении Кристины Литвиной.

Они вышли из машины и направились к входу в ТЦ. Кристина шла впереди быстрой, уверенной походкой, а Ахмед едва поспевал за ней, удивляясь, откуда в такой миниатюрной девушке столько энергии.

В кондитерском отделе Кристина долго и придирчиво выбирала пирожные, допрашивая продавщицу о свежести крема так, будто проводила допрос в полиции.

– Девушка, я вам еще раз говорю: если там окажется маргарин вместо масла, я вернусь и заставлю вас съесть весь этот поднос, – заявила она, забирая коробку.

Продавщица лишь испуганно кивнула.

– Ты всегда такая... экспрессивная? – спросил Ахмед, когда они вышли в общий холл.

– Я просто не люблю, когда меня обманывают, – она резко остановилась и посмотрела на него снизу вверх. – И не надо на меня так смотреть.

– Как «так»?

– Как будто я маленькая злая собачка, которая забавно тявкает.

Ахмед на секунду замер, а потом сделал шаг навстречу, сокращая дистанцию.

– Знаешь, Кристина, – он понизил голос, – маленькие собачки меня никогда не пугали. А вот девушки с характером — это интересно. Это заставляет быть в тонусе.

Кристина нахмурилась, но не отстранилась. В её глазах промелькнул вызов.

– Ты играешь с огнем, Венгаллби. Мой характер — это не аттракцион.

– Я и не ищу легких путей, – улыбнулся он. – Может, обменяемся номерами? На случай, если тебе снова захочется перевернуть чей-нибудь фикус, а брата не будет рядом.

Кристина на секунду замерла, её губы дрогнули, сдерживая улыбку. Она выхватила из его рук телефон, который он предусмотрительно достал, и быстро вбила цифры.

– Запиши: «Опасно для жизни», – бросила она, возвращая гаджет. – И попробуй только позвонить во время моих занятий.

– Даже если я захочу спасти тебя от очередного профессора?

– Тогда звони, – она развернулась и зашагала к выходу. – Но только попробуй приехать без цветов. Я этого не прощу.

Ахмед смотрел ей вслед, чувствуя, как внутри разливается странное тепло. Этот день определенно пошел не по плану, но, кажется, это было именно то, чего ему не хватало.

Когда они вернулись в машину, Миша подозрительно посмотрел на обоих.

– Ну что, все живы? Никто не покусан?

– Всё в порядке, Миш, – Ахмед пристегнул ремень, ловя в зеркале заднего вида взгляд Кристины. – Твоя сестра просто... очень прямолинейная. Мне нравится.

Кристина фыркнула и демонстративно отвернулась к окну, но Ахмед успел заметить, как на её щеках выступил легкий румянец. Взрывной характер Кристины Литвиной оказался лишь оберткой, за которой скрывалось что-то гораздо более глубокое и притягательное. И Ахмед был готов рискнуть, чтобы узнать, что именно.