Принц

Солнце едва коснулось шпилей королевского замка, когда я вышел из своих покоев. Утро пахло полированным деревом, воском и застарелым страхом, который я привык носить в себе, как вторую кожу. Мои шаги по ковровой дорожке были тихими — привычка, выработанная годами желания стать невидимым.

У поворота в восточное крыло я замедлился. Две горничные, молодая и постарше, возились с тяжелыми портьерами. Они меня не заметили.

— Гляди, вон пошел, — шепнула старшая, кивнув в сторону коридора, где только что промелькнул мой силуэт. — Наследничек наш. Только в нем наследного — одно название.

— А что с ним не так? — Новая горничная, совсем девчонка, округлила глаза.

— Да всё не так. Система-то не обманет. Знатные по единице опыта за крысу получают, а он — как последний свинопас, по сотой доле крохи собирает. Говорят, королева-то наша... ну, грешна была. То ли с конюхом спуталась, то ли с садовником. У конюха вон тоже волосы рыжие, как у принца нашего. Бастард он, точно тебе говорю.

Я замер, вцепившись пальцами в холодный камень стены. В груди вскипела привычная, горькая ярость. Рыжий конюх. Рыжий принц. Математика слухов была простой и беспощадной. Хотелось ворваться туда, заставить их замолчать, пригрозить темницей... Но что это даст? Скандал не достоин наследника престола. А если я начну оправдываться, это лишь подтвердит их правоту.

Я двинулся дальше, стараясь держать спину прямо. Каждый встречный гвардеец отдавал честь, но я кожей чувствовал их ухмылки, спрятанные за забралами шлемов. «Первый уровень», — пульсировало у меня в голове. Мне двадцать два года, а мой уровень застыл на единице, в то время как мой младший брат Дейз в свои двадцать уже перешагнул за сороковой.

В зале Совета было душно. Король Бран, мой отец — или человек, которого я привык называть отцом, — сидел во главе длинного стола из черного дуба. Его лицо, изборожденное морщинами и старыми шрамами, казалось высеченным из гранита. Он даже не взглянул на меня, когда я занял свое место.

Обсуждали скучные вещи: налоги, поставки древесины, урожай зерна в западных провинциях. Я чувствовал на себе взгляд герцога Вильгельма. Этот старый лис даже не скрывал своего презрения. Он был силен — шестидесятый уровень, мастер меча. Любой паж в этом зале, едва достигший совершеннолетия, обладал большей Силой, чем я. В мире РеалРПГ статус определялся прогрессом, а мой прогресс был насмешкой над самой идеей аристократии.

— ...таким образом, Ваше Величество, — ровным голосом вещал Вильгельм, — нашествие саранчи и засуха подкосили запасы. Мои земли нуждаются в поддержке. Я прошу направить к нам придворного архимага, чтобы стабилизировать магический фон и спасти остатки посева.

Я посмотрел на него. Вильгельм был одним из тех, кто громче всех шептался за спиной Дейза, подталкивая его к мысли о троне.

— Мне казалось, — я сам не заметил, как заговорил, и мой голос прозвучал резче, чем следовало, — что такой могущественный герцог, как вы, чья Сила воспета в балладах, должен был справиться с капризами погоды самостоятельно, не отвлекая столицу от дел.

В зале воцарилась тишина. Вильгельм медленно повернул голову ко мне, и в его глазах вспыхнуло холодное пламя.

— Управление землями — это не только махание мечом, Ваше Высочество, — процедил он. — Это ответственность. Которую, боюсь, не все могут осознать в силу... определенных ограничений.

— Рен.

Голос отца ударил, как молот по наковальне. Король Бран смотрел на меня тяжело, его брови сошлись у переносицы.

— Не лезь в дела, в которых не смыслишь. Вильгельм, ваша просьба будет рассмотрена.

Я стиснул зубы так, что заныли челюсти. Снова. Он снова осадил меня при всех, словно я был нашкодившим ребенком, а не его преемником. Если бы он хоть раз защитил меня... если бы хоть раз сказал, что верит мне. Но он молчал, и это молчание было красноречивее любых оскорблений.

После совета ноги сами принесли меня к конюшням. Я ненавидел это место, но меня тянуло сюда, как преступника на место казни.

Там, среди запаха сена и конского пота, я увидел его. Конюх Томас. Широкие плечи, копна рыжих волос — почти таких же, как у меня, только грубее. Его правая рука была изуродована страшными шрамами, пальцы едва сгибались. Он чистил вороного жеребца Дейза.

— Хороший конь, — сказал я, подходя ближе.

Конюх вздрогнул и низко поклонился.

— Ваше Высочество. Лучший в конюшне, под стать второму принцу.

Я внимательно вглядывался в его лицо. Искал свои черты в разрезе глаз, в линии подбородка. Сердце колотилось где-то в горле. Неужели это правда? Неужели моя мать, прекрасная Селия, могла променять короля на него?

— Ходят слухи... — медленно бросил я, глядя на конюха.

Мы оба знали, о каких слухах речь. Воздух между нами словно загустел.

— Людям только дай посудачить! — усмехнулся конюх, не поднимая глаз. — Я работаю во дворце пять лет, Ваше Высочество.

Пять лет. Мне двадцать два.

Холодная волна облегчения, смешанная со стыдом, накрыла меня. Математика снова сработала, но на этот раз в мою пользу. Я почувствовал себя идиотом. Как я мог усомниться в матери?

— Откуда у тебя эти шрамы? — спросил я, чтобы скрыть смущение.

— Зверь Силы, Ваше Высочество, — Томас посмотрел на свою искалеченную руку. — Пятнадцать лет назад, когда я еще служил в гвардии. Тварь прорвалась к карете королевы во время загородной прогулки. Я успел подставить руку под клыки, пока маги не подоспели. Ее Величество не забыла. Когда я не смог больше держать меч, она лично просила короля оставить меня при дворе.

— Ты спас ей жизнь, — тихо произнес я.

— Это мой долг, господин.

Я кивнул, похвалил его за работу и поспешно ушел. Мне нужно было выбраться из замка. Стены давили, шепотки за спиной превращались в рев.

Тайный лаз за садовой стеной был моим секретом с детства. Я переоделся в заранее спрятанную одежду из грубого холста, пристегнул к поясу нож и взял простое копье с железным наконечником. Наставник по истории и праву сегодня меня не дождется. Пыльные книги не дадут мне уровней.

Лес встретил меня прохладой и стрекотом насекомых. Здесь я не был принцем. Здесь я был просто целью для монстров или охотником.

Два дня назад я установил ловушку в глубоком овраге. Подойдя к ней, я услышал хриплое рычание. В яме, пробитый кольями, бился рогатый кролик. Существо второго уровня, размером с добрую собаку, с острыми клыками, способными перегрызть кость.

Я спрыгнул вниз. Кролик попытался броситься на меня, но колья надежно держали его. Одним точным ударом копья в глаз я прекратил его мучения.

Перед глазами всплыло прозрачное системное сообщение:

«Вы убили Рогатого Кролика (ур. 2). Получено опыта: 0.01».

Я горько усмехнулся. Ноль целых, одна сотая. Если бы на моем месте был Дейз или наши младшие близнецы, Ольхон и Ольгерд, они получили бы минимум 0.1, а то и целую единицу за такое убийство. Система считала меня простолюдином. Худшим из простолюдинов.

Я вытащил тушу из ямы, связал лапы и закинул на плечо. Недалеко от леса была небольшая деревня, где меня знали как «Рыжего Рэна», бродячего охотника, который иногда приносит добычу.

Вдова Марта встретила меня у порога своей покосившейся хижины. Ее дети, двое худых мальчишек, тут же вцепились в тушу кролика.

— Спасибо тебе, Рэн, — женщина вытерла руки о фартук. — Не знаю, что бы мы делали без твоей помощи. Самим в лес соваться боязно.

— Что-то случилось? — спросил я, присаживаясь на скамью.

— Болотник объявился, — Марта понизила голос. — В западной части леса, там, где топи начинаются. Двух охотников уже сгубил. Говорят, он не меньше шестого уровня. Староста в город гонца посылал, да кто ж к нам поедет из-за одного болотника? Скажут, ждите, пока до пятнадцатого дорастет, тогда гвардию пришлем. А нам как жить?

Шестой уровень. Для меня это был смертный приговор. У меня первый, и я едва справляюсь с кроликами. Но внутри что-то щелкнуло. Если я буду и дальше убивать грызунов, я никогда не изменюсь.

— Где именно он обитает? — спросил я, чувствуя, как ладони становятся влажными.

— На Черном плесе, под старой ивой. Но ты и не думай туда соваться, парень! Погибнешь ведь. Ты же из этих... ну, из бастардов знатных, видать? Вроде и кровь есть, а силы нет. Не рискуй.

Я лишь кивнул, прощаясь.

На обратном пути к замку я столкнулся с теми, кого хотел видеть меньше всего.

Дейз, мой младший брат, возвращался с охоты в сопровождении Ольгерда и кучки молодых дворян. Дейз выглядел великолепно: в сияющем доспехе, на белом коне, его широкие плечи и уверенная посадка выдавали в нем истинного воина. Ольгерд, шестнадцатилетний близнец, ехал рядом, восторженно заглядывая брату в рот.

Я не успел скрыться в кустах.

— О, посмотрите-ка! — звонкий голос Дейза разрезал лесную тишину. — Наш Наследник вернулся с прогулки. Что это на тебе, Рэн? Новая мода для королевского двора? Холстина и грязь под ногтями?

Свита Дейза дружно заржала. Ольгерд хмыкнул, подбоченясь.

— Брат, ты снова пытаешься качаться на кротах? — язвительно спросил Ольгерд. — Дейз сегодня завалил лесного вепря восьмого уровня. Одним ударом. А ты всё в земле копаешься.

Я остановился, сжимая древко копья.

— Каждый идет своим путем, братья, — ответил я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Дейз спрыгнул с коня и подошел ко мне. Он был выше меня почти на полголовы, хотя и младше. В его глазах не было ненависти — только раздраженная жалость и какая-то странная злость. Он искренне верил, что я — ошибка природы, бастард, который своим существованием позорит трон.

— Рэн, прекрати это, — тихо сказал он, так, чтобы не слышали остальные. — Ты же понимаешь, что тебя свергнут в первый же день, как только отца не станет. Ты слаб. Ты — обуза для королевства. Уйди сам. Откажись от прав, уезжай в дальнее поместье. Я не хочу, чтобы тебя убили те, кто придет за короной.

— Ты так печешься о моей жизни, Дейз? — я посмотрел ему прямо в глаза. — Или просто хочешь прикрыть свой зад законным титулом?

Дейз вспыхнул.

— Я хочу, чтобы королевство было сильным! А ты... ты даже не сын своего отца. Посмотри на свои статы. Система не лжет.

— Система — это не всё, — бросил я и пошел прочь, чувствуя, как в спину летят насмешки его прихвостней.

Я знал, что Ольхон, второй из близнецов, сейчас, скорее всего, сидит в библиотеке, обложившись свитками. Он был единственным, кто не смеялся надо мной открыто. Он мечтал стать архимагом и часто говорил, что магия — это структура, а любую структуру можно взломать. Но даже его сочувствие было пропитано жалостью.

Вернувшись в замок, я пробрался в свои покои и достал карту западного леса.

Болотник шестого уровня. Если я убью его, мой опыт может подскочить сразу на несколько пунктов. А может, я просто сдохну в грязи.

В дверь тихо постучали. В комнату вошла Селия, моя сестра. Ей было семнадцать, и она была единственным светлым пятном в этом змеином гнезде.

— Рэн, ты снова был в лесу? — она подошла и коснулась моего плеча. — Мама очень переживает. И папа... он сегодня был мрачнее обычного после Совета.

— Папа всегда мрачный, Селия. Особенно когда видит меня.

— Это не так, — она покачала head. — Он просто не знает, как тебе помочь. Я не верю в эти слухи, Рэн. Ты — наш брат. Ты — принц.

— Принц первого уровня, — я отстранился. — Селия, иди к себе. Мне нужно подготовиться к завтрашнему дню.

Когда она ушла, я снова склонился над картой. Завтра я отправлюсь на болота. У меня нет Силы аристократа, нет поддержки отца и уважения братьев. У меня есть только ржавое копье и злость, которая горит внутри ярче любого магического пламени.

Если Система считает меня простолюдином, значит, я буду сражаться как простолюдин — хитростью, ловушками и зубами. Но я докажу им всем, что право на трон дает не множитель опыта, а воля.

Ночью мне снился король Бран. Он стоял над пропастью и протягивал мне руку, но вместо пальцев у него были системные строки кода, которые рассыпались, стоило мне к ним прикоснуться.

— Ты должен выжить, Рэн, — шептал он во сне. — Чего бы это ни стоило.

Я проснулся в холодном поту. До рассвета оставалось два часа. Пора было собираться на охоту, которая могла стать для меня последней. Или первой по-настоящему королевской.