Огонь

Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо над столицей Народа Огня в глубокие багряные и золотистые тона. Пять лет прошло с того дня, как мир перестал содрогаться от грохота войны. Годы мира изменили всех. Юный Аанг превратился в изящную, милую девушку-Аватара, чья мудрость теперь сочеталась с мягкой женственностью. Катара, напротив, возмужал: он стал сильным, широкоплечим магом воды, чьи движения обрели уверенную мощь океанского прилива. Даже Сокка, сохранив свой острый ум, превратилась в статную и красивую девушку, а Тоф вырос в красивого, статного юношу, чья гордая осанка выдавала в нем истинного мастера магии металла.

Принцесса Зуко стояла на высоком балконе дворца. Ветер шевелил ее темные волосы, а взгляд был прикован к саду внизу. Там, среди цветущих вишен, Катара и Аанг о чем-то весело переговаривались. Зуко чувствовала, как в груди неприятно покалывает. Она, правительница, сумевшая восстановить честь своей нации, чувствовала себя совершенно беспомощной перед лицом собственных чувств.

– Принцесса, почему грустим в столь замечательный день? – раздался за спиной низкий, бархатистый голос, сопровождаемый легким запахом табака.

Зуко вздрогнула и резко обернулась. Перед ней стоял Юки.

Его появление всегда было эффектным. Юки был магом огня, чье мастерство покорило даже молнию. В свои двадцать лет он был невероятно высок, а его телосложение можно было назвать божественным — атлетичное, но при этом полное грации. Черные как ночь волосы были коротко стрижены, что подчеркивало острые скулы и фарфоровую бледность кожи. Но самым поразительным в нем были глаза — небесно-голубые, яркие, словно молнии, которые он выпускал из кончиков пальцев.

Его наряд сегодня был особенно роскошным. Длинный черный плащ с золотым узором в виде драконьей чешуи мягко шуршал при каждом движении. Узкие белые брюки и черный жилет с золотой каймой идеально сидели по фигуре. На левом запястье виднелась татуировка, скрывающаяся под наручем, а в ушах поблескивали серьги. Юки медленно выдохнул струю дыма из своей трубки, глядя на принцессу с легкой полуулыбкой.

– Юки... – Зуко выдохнула, стараясь унять биение сердца. – Да так, просто задумалась.

Юки подошел ближе, встав у самого края перил. Он проследил за ее взглядом, направленным в сад, и его губы изогнулись в понимающей усмешке.

– А-а, понятно. Понятно, что чувства не взаимные, – произнес он, не сводя глаз с Катары и Аанг.

Зуко прикусила губу, чувствуя, как к щекам приливает жар — не то от смущения, не то от подступающего гнева. Она хотела возразить, но слова застряли в горле. Юки всегда видел ее насквозь.

Он не спеша достал из складок своего плаща спелый персик — его любимый фрукт, который он всегда носил с собой. Юки ловко разломил плод пополам. Сок брызнул на его длинные пальцы.

– Знаешь, принцесса, – начал он, делая шаг к ней. – Этот маг воды явно дурак, раз упускает такое сокровище, как ты.

Прежде чем Зуко успела ответить, Юки протянул руку и прижал кусочек персика к ее губам. Его пальцы, пахнущие сладким плодом и порохом, слегка надавили на ее нижнюю губу и язык, заставляя принять угощение. В его голубых глазах заплясали озорные, почти опасные огоньки.

– Ешь, – мягко скомандовал он. – Сладость лечит разбитое сердце лучше, чем самобичевание на балконе.

Зуко невольно подчинилась, ощущая во рту приторно-сладкий вкус нектара. Она смотрела в его глаза и видела в них не просто сочувствие, а нечто гораздо более глубокое и пламенное.

В это время внизу, в тени раскидистых деревьев, Катара и Аанг замерли. Они видели всё: и статную фигуру Юки в его черно-золотом одеянии, и то, как интимно он стоял рядом с принцессой.

– Посмотри на них, – тихо произнес Катара, скрестив руки на груди. Его голос звучал глухо. – Юки снова в своем репертуаре.

Аанг, чьи светлые одежды мягко колыхались на ветру, прищурилась, глядя на балкон.

– Он очень предан ей, Катара, – заметила она, и в ее голосе послышалась легкая грусть. – Но иногда мне кажется, что его преданность граничит с чем-то... более опасным.

– Он маг молнии, Аанг, – отозвался Катара, не отрывая взгляда от того, как Юки убирает прядь волос с лица Зуко. – Они все опасны. Но Зуко... она заслуживает того, кто будет смотреть на нее так, как смотрит он. Даже если мне это не нравится.

На балконе Юки окончательно сократил расстояние между собой и принцессой. Его высокий рост заставлял Зуко слегка закинуть голову. Золотой орнамент на его плечах блестел в последних лучах солнца.

– Ты слишком много думаешь о других, Зуко, – прошептал он, и его голос был тише шелеста листвы. – Пора бы подумать о том, кто стоит прямо перед тобой.

Зуко почувствовала, как тепло его тела окутывает ее, перекрывая прохладу вечернего бриза. Она посмотрела вниз, на своих друзей, а затем снова на Юки. Мир изменился. Друзья выросли, враги стали союзниками, но здесь, на этом балконе, время словно замерло, оставляя место только для запаха персиков и неминуемого электричества, которое всегда витало вокруг Юки.

– Ты самонадеян, – наконец произнесла она, хотя ее рука невольно коснулась его черного рукава с золотой чешуей.

– Я просто знаю цену истинному пламени, – ответил он, и в его небесно-голубых глазах отразился весь закат Народа Огня. – И я не позволю ему погаснуть в одиночестве.