Горе

Прошло пять лет с того дня, когда небо окрасилось в багровый цвет, а огонь Короля Феникса едва не поглотил мир. Пять лет — срок достаточный, чтобы шрамы на земле затянулись, а дети превратились в воинов и правителей. Столица Народа Огня сегодня сияла не от пламени войны, а от праздничных огней. Музыка лилась из окон дворца, смешиваясь с шумом прибоя, и команда Аватара, легендарные герои, спасшие мир, снова была в сборе.

На широком балконе, откуда открывался вид на спящую бухту, стоял Юки. В свои двадцать лет он казался воплощением какой-то древней, земной элегантности. Маг земли, металла и редчайшей лавы, он был не просто союзником — он был тенью и опорой Аанга. Его черные, как южная ночь, волосы были аккуратно уложены, подчеркивая бледность фарфоровой кожи и пронзительную синеву глаз, в которых, казалось, отражалось само небо.

Юки выглядел как божество, сошедшее с фресок старых храмов. На нем был приталенный темно-зеленый камзол с запахом, перехваченный широким золотым поясом. Золотые накладки на плечах в форме лепестков поблескивали в свете фонарей, а левый черный рукав, расшитый золотыми стеблями, придавал его облику строгость. Он медленно выпустил изо рта струю сероватого дыма из изящной трубки, наблюдая за гостями через полуприкрытые веки.

В нескольких шагах от него, вцепившись в каменные перила так, что костяшки пальцев побелели, стоял Аанг. Аватар вырос, возмужал, его плечи стали шире, а взгляд — серьезнее, но сейчас в этом взгляде плескалась тихая, едва сдерживаемая боль.

Аанг смотрел в центр зала. Там, в мягком свете ламп, Зуко — теперь величественный Хозяин Огня — о чем-то тихо шептался с Катарой. Катара, официально объявленная невестой Аватара, улыбалась Зуко той особенной, кроткой улыбкой, которую Аанг привык считать предназначенной только ему. Они стояли слишком близко. Слишком интимно.

Юки сощурился. Он видел, как дрожат плечи Аанга. Он чувствовал вибрацию земли под ногами — Аватар неосознанно давил своей силой на фундамент дворца.

– Эй, как ты, герой? – негромко произнес Юки, подходя ближе.

Его голос был низким, с легкой хрипотцой, обволакивающим, как бархат. В одной руке он держал трубку, а в другой — спелый, сочный персик, аромат которого спорил с запахом табака.

Аанг не обернулся. Его челюсти были сжаты так сильно, что казалось, зубы вот-вот треснут.

– Я в порядке, Юки, – выдавил он, хотя каждое слово давалось ему с трудом. – Просто... душно внутри.

Юки встал рядом, опершись бедром о перила и игнорируя этикет. Он бросил мимолетный взгляд в зал, где Сокка и Тоф старательно делали вид, что увлечены спором о качестве эля, хотя оба то и дело поглядывали на Аанга с плохо скрываемым сочувствием.

– Почему ты это терпишь, Аанг? – спросил Юки, выпуская очередное облако дыма прямо в соленый морской воздух. – Ты спас этот мир. Ты остановил столетнюю войну. Ты — Аватар. И все же ты стоишь здесь и смотришь, как твоя "невеста" дарит тепло другому, пока ты замерзаешь в одиночестве.

Аанг наконец повернул голову. В его серых глазах, обычно полных доброты, сейчас горел огонь обиды.

– Я ведь Аватар, Юки, – горько ответил он. – Я должен быть выше ревности. Я должен быть символом мира и единства. Катара... она имеет право на дружбу с Зуко. Мы все через многое прошли.

Юки лишь усмехнулся, и эта усмешка была полна горького понимания. Он отложил трубку на широкий парапет и легким движением пальцев разломил персик надвое. Плод был настолько спелым, что прозрачный сок брызнул на его фарфоровую кожу.

– Ты Аватар, верно, – Юки шагнул в личное пространство Аанга, заставляя того вздрогнуть. – Но прежде всего ты человек. Мужчина. Или ты забыл об этом, пока медитировал в горах?

Прежде чем Аанг успел что-то возразить, Юки поднес к его губам сочную дольку персика. Аанг машинально приоткрыл рот, чтобы отказаться, но Юки действовал решительно. Он вложил дольку ему в рот, намеренно надавив пальцами на язык, заставляя почувствовать сладость и плотность фрукта.

– Ешь, – приказал он шепотом. – Почувствуй вкус жизни, а не только горечь своего долга.

Аанг замер. Вкус персика был ошеломляющим — приторно-сладким, с легкой кислинкой. Сок потек по подбородку, и Юки, не отрывая взгляда от глаз Аанга, медленно вынул пальцы из его рта.

– Сокка и Тоф видят всё, – Юки кивнул в сторону зала, – но они молчат, потому что боятся разрушить твою иллюзию идеального мира. А я не боюсь.

Юки медленно, почти вызывающе, облизал свои пальцы, испачканные в персиковом соке. Его небесно-голубые глаза потемнели, становясь похожими на грозовое небо.

– Ты отдаешь себя по кусочкам, Аанг. Сначала миру, теперь ей. А что останется тебе? Пустота?

Аанг сглотнул, чувствуя, как внутри него что-то надламывается. Образ Катары и Зуко на заднем плане стал размытым, неважным. Весь его мир внезапно сузился до этого высокого парня в зелено-золотом одеянии, который пах дымом и спелыми фруктами.

– Она любит меня, – неуверенно произнес Аанг, но голос его дрогнул.

– Возможно, – Юки снова взял свою трубку, затянулся и выдохнул дым в сторону. – Но любит ли она тебя так, как ты этого заслуживаешь? Или она любит идею об Аватаре, который принес мир? Посмотри на меня, Аанг.

Аватар подчинился. Он смотрел на Юки, на его точеные черты лица, на серьги, подрагивающие в ушах, на уверенную позу человека, который твердо стоит на земле — в буквальном и переносном смысле.

– Я маг земли, – продолжал Юки, подходя еще ближе, так что их одежды соприкоснулись. – Мы не строим воздушных замков. Мы видим то, что под ногами. И я вижу, что ты стоишь на краю пропасти, Аватар.

– И что ты предлагаешь? – Аанг почувствовал, как его гнев и ревность сменяются чем-то другим — странным, тягучим напряжением, которое он никогда раньше не испытывал.

Юки протянул руку и аккуратно вытер каплю сока с подбородка Аанга большим пальцем. Его кожа была прохладной, но прикосновение обожгло сильнее пламени магов огня.

– Я предлагаю тебе перестать быть святым хотя бы на одну ночь, – прошептал Юки. – Перестань смотреть туда, где тебя не ценят. Обернись. Мир гораздо больше, чем одна девушка из Южного Племени Воды.

Аанг посмотрел за плечо Юки. Там, в зале, Катара звонко рассмеялась над какой-то шуткой Зуко, и тот приобнял её за плечи. Сердце Аватара пропустило удар, но на этот раз не от боли, а от осознания. Юки был прав. Он слишком долго пытался соответствовать ожиданиям, которые сам же на себя и возложил.

– Ты всегда такой прямолинейный? – Аанг попытался улыбнуться, хотя губы еще дрожали.

– Металл не гнется без усилий, Аанг, – Юки вернул ему слабую улыбку, которая сделала его лицо невероятно мягким. – А лава сжигает всё лишнее, оставляя только суть.

Юки снова затянулся трубкой, глядя на звезды.

– Тоф сказала мне однажды, что твое сердце бьется слишком быстро, когда я рядом, – вдруг произнес он, не глядя на Аанга. – Она думает, что это от страха перед моей силой. Но мы оба знаем, что это не так, верно?

Аанг почувствовал, как краска заливает его лицо. Тоф и её способность чувствовать ложь и сердцебиение всегда были проблемой.

– Я... я не знаю, что сказать, – честно признался Аанг.

– И не надо, – Юки повернулся к нему, его глаза сияли в полумраке. – Слова — это воздух. А ты и так мастер воздуха. Попробуй хоть раз почувствовать землю.

Он протянул Аангу вторую половинку персика.

– Бери. И на этот раз не потому, что я заставляю. А потому, что ты сам этого хочешь.

Аанг медленно взял фрукт. Его пальцы коснулись пальцев Юки — короткий, мимолетный контакт, от которого по телу пробежал электрический разряд. Аватар откусил кусок, чувствуя, как сладость наполняет его, вытесняя горечь последних часов.

В зале заиграла новая мелодия — медленная и торжественная. Катара и Зуко вышли в круг, чтобы начать танец. Весь зал замер в восхищении.

Аанг посмотрел на них, потом на Юки. Впервые за долгое время он почувствовал, что тяжесть, которую он нес на своих плечах, стала немного легче.

– Пойдем отсюда, – тихо сказал Аанг. – Я не хочу больше на это смотреть.

Юки одобрительно кивнул, в его глазах вспыхнул торжествующий огонек.

– Куда ты хочешь пойти, Аватар?

Аанг посмотрел на небо, где медленно плыли облака, а затем снова на парня перед собой.

– Туда, где мне не нужно быть героем. Где я могу быть просто... собой.

– Тогда следуй за мной, – Юки спрятал трубку и грациозно спрыгнул с парапета на дорожку сада, скрытую в тени деревьев. – Я покажу тебе места в этом дворце, о которых Зуко даже не догадывается.

Аанг в последний раз взглянул на танцующую пару. Они выглядели красиво, как картинка из учебника истории. Но здесь, в тени, рядом с Юки, всё было настоящим. Дым, сок персика, холодный металл украшений и живое тепло человека, который видел в нем не только спасителя мира.

Аватар перемахнул через перила и последовал за темно-зеленым плащом, исчезающим в глубине сада. Праздник продолжался, музыка гремела, но для Аанга эта глава жизни была официально закрыта. Начиналась новая, пахнущая горьким табаком и сладкими фруктами.

Сокка, стоявший у окна с кубком в руке, проводил их взглядом и тяжело вздохнул.

– Ты это видела? – спросил он, толкнув Тоф локтем.

– Я не вижу, Сокка, ты же знаешь, – буркнула та, ухмыляясь. – Но я чувствую, как земля под ними поет. Наконец-то Аанг нашел кого-то, кто не боится его обжечь.

– Юки его с ума сведет, – пробормотал Сокка, отпивая из кубка.

– Или, наконец, приведет в чувство, – отрезала Тоф. – Пойдем, там принесли телячьи почки, о которых ты мечтал.

А в глубине сада, под сенью древних деревьев, Аватар впервые за пять лет дышал полной грудью, не заботясь о том, что скажет мир. Юки шел впереди, и его золотые накладки на плечах сияли в лунном свете, указывая путь к свободе, которую Аанг так долго боялся обрести.