Хенликсы

Ли Феликс, чей возраст едва перевалил за двадцать пять, уже успел пожить жизнью, полной ярких красок и успехов. Его внешность – это отдельная песня: блондин с волосами такой длины, что они ниспадали на плечи золотистым водопадом, выразительные карие глаза, в которых таились искорки озорства, небольшой курносый нос, словно вылепленный рукой искусного скульптора, и россыпь веснушек на щеках, которые придавали ему очарование мальчишки. Пухлые губы, напоминающие сердечко, так и манили к поцелуям, а его привычка покусывать их добавляла образу дерзости. Фигура Феликса была безупречна: небольшая грудь, тонкая талия, изящная задница и длинные, стройные ноги, которые так и просились, чтобы их оценили. При росте в 175 сантиметров он выглядел хрупким, но характер у него был стальной: дерзкий, непокорный, свободолюбивый и уверенный в себе.

Рядом с ним, словно тень, обосновался человек, которого Феликс считал весьма неприятным. Звали его Хван Хёнджин. Брюнет с карими глазами, словно у лисицы, с острыми, мужественными чертами лица, он излучал силу и уверенность. Его телосложение впечатляло: рельефный пресс, накачанные мышцы, мощные бицепсы – все это говорило о том, что он уделяет много внимания своему телу. Рост в 195 сантиметров делал его настоящим великаном по сравнению с Феликсом, а его 32 года придавали ему солидности. Хёнджин любил подшучивать над окружающими и притворяться, его харизма и привлекательность не оставляли равнодушными. Он был умен, заботлив и внимателен, но при этом мог быть веселым и общительным. Однако, как и у любого человека, у него были свои недостатки: вредность, собственничество, упрямство и чрезмерная уверенность в себе. Во время ревности он мог стать раздражительным, но в целом оставался игривым и открытым. Особенностью этого мужчины была его привычка курить, что порой раздражало Феликса до глубины души.

Упорства Феликсу было не занимать, вот и решил он однажды отправиться на собеседование в образе столь ярком, что лишь боги могли оценить всю глубину эстетики его внешности. На нем было любимое леопардовое платье, украшенное широкими разрезами на бедрах и соблазнительным декольте, завершал ансамбль черная шляпа, изящные очки и роскошная сумочка. Он был уверен в своей неотразимости и в том, что эта работа будет его.

Но судьба, как это часто бывает, решила иначе: именно этот самый ненавистный сосед оказался новым начальником героя нашей истории. На встрече Феликс, вопреки здравому смыслу, проявлял излишнюю дерзость, отвечая на вопросы Хёнджина с вызовом и порой даже с легким пренебрежением. Он ожидал, что его выгонят, но благосклонность судьбы вновь взяла верх — он получил долгожданную должность. Секретарь директора. Звучало многообещающе.

Однако первый рабочий день начал приносить сюрпризы ещё задолго до обеда. Осмотрев своего нового подчинённого взглядом испытующего ценителя прекрасного, Хёнджин произнёс голосом строгого учителя, от которого у Феликса по коже пробежали мурашки:

— Ваш выбор костюма... скажем так, смелый. Я рассчитываю увидеть вас завтра иначе.

И, достав планшетку, продемонстрировал образец скромности и классики: идеально сидящие черные брюки, белоснежную рубашку и стильный галстук.

— Простота и чистота линий, никакой вычурности, — заключил он, аккуратно пряча гаджет обратно в карман пальто.

Феликс, несмотря на внешнюю дерзость, внутренне был взбешен. Его губы слегка дрожали, но голос звучал твёрдо:

— Будет сделано, директор Хван.

Следующим утром новый сотрудник появился снова очаровательно ярким, но чуть менее экстравагантным образом. Черная длинная юбка с высоким разрезом прикрывала ноги, плотно облегающие кожу ботинки подчёркивали стройность фигуры, а изысканная прическа дополняла образ вместе с леопардовым топом, раскрытого почти до середины груди. Он был уверен, что на этот раз Хёнджин оставит его в покое. Но он ошибался.

Встречаясь взглядом с директором, Феликс произнес вежливо, но внутренне чувствуя негодование:

— Доброе утро, директор Хван.

Хёнджин лишь усмехнулся, бросив на него оценивающий взгляд.

— Доброе утро, мистер Ли. Вы сделали шаг в правильном направлении, но, боюсь, этого недостаточно. Зайдите ко мне через час, обсудим ваши обязанности.

Феликс лишь кивнул, сжимая кулаки. Это было началом серии испытаний, которым подверг Феликса суровый начальник. Другие сотрудники спокойно работали, игнорируя правила внешнего вида, но для новенького исключения не существовало. Любые мелкие ошибки становились поводом для унижения и критики. Даже простая чашечка кофе, принесённая немного позже положенного срока, превращалась в повод выбросить напиток на пол или вылить горячий кофе прямо на одежду Феликса и при этом заставить убирать.

Такое отношение доводило Феликса до белого каления. Почему именно он становился объектом постоянных нападок? Остальные работники наслаждались спокойствием и похвалами начальника, даже самые ленивые получали похвалы, пока его непрерывно ругали. Он чувствовал себя самым несчастным человеком на свете.

Вскоре стало ясно, что обязанности секретаря плавно перешли в нечто большее — теперь он выполнял сразу две роли, работая и секретарём, и помощником одновременно. Зарплата возросла, конечно, но сама работа стала сущим наказанием. Хёнджин нагружал его задачами, которые явно выходили за рамки его должностных обязанностей. Он заставлял Феликса перебирать старые архивы, ездить на встречи с клиентами, которые находились на другом конце города, и даже приносить ему обед из любимого ресторана. Феликс мучился вопросом: зачем всё это терпеть? Каждый день он просыпался с мыслью о том, что ему снова придется столкнуться с этим невыносимым человеком. Он проклинал тот день, когда решил пойти на это собеседование.

Однажды, когда Феликс в очередной раз принес Хёнджину кофе, тот, не глядя, отмахнулся от него, уронив чашку. Горячий напиток обжег руку Феликса, но он лишь стиснул зубы, чтобы не закричать. Хёнджин, заметив его реакцию, лишь усмехнулся.

— Неуклюжий, — проронил он, не поднимая глаз от документов. — Убери это.

Феликс, с трудом сдерживая слезы, принялся вытирать пол. Он чувствовал себя униженным и оскорбленным. Он хотел кричать, плакать, но вместо этого лишь молча делал свою работу.

Вечером, возвращаясь домой, Феликс встретил Хёнджина у лифта. Тот, как всегда, был невозмутим, но в его глазах Феликс уловил что-то странное, похожее на... беспокойство?

— Мистер Ли, — произнес Хёнджин, когда они оказались в лифте. — Вы выглядите усталым.

Феликс лишь пожал плечами.

— Это все из-за работы, директор Хван.

Хёнджин кивнул.

— Да, работа у нас нелегкая. Но вы справляетесь.

Феликс удивленно поднял брови. Это был первый раз, когда Хёнджин похвалил его.

— Спасибо, — пробормотал он, чувствуя, как краснеют щеки.

Когда лифт остановился на их этаже, Хёнджин задержал Феликса.

— Мистер Ли, — сказал он, глядя ему прямо в глаза. — Я знаю, что я бываю строг. Но это ради вашего же блага.

Феликс лишь удивленно моргнул.

— Моего блага? — переспросил он.

Хёнджин кивнул.

— Да. Я хочу, чтобы вы стали лучшим. И я верю, что у вас есть потенциал.

Феликс был ошеломлен. Он никогда не ожидал таких слов от своего начальника.

— Я... я не знаю, что сказать, — пробормотал он.

Хёнджин лишь улыбнулся.

— Просто продолжайте в том же духе, мистер Ли. И помните, что я всегда готов помочь вам, если у вас возникнут трудности.

С этими словами он вышел из лифта, оставив Феликса в полном недоумении. Феликс не мог понять, что происходит. То Хёнджин унижает его, то хвалит. Его поведение было непредсказуемым, и это сводило Феликса с ума.

На следующий день Феликс пришел на работу в более скромной одежде: черные брюки, белая рубашка и галстук. Он решил, что если Хёнджин хочет, чтобы он одевался как офисный клерк, то так тому и быть. Когда он вошел в кабинет директора, Хёнджин поднял на него глаза и улыбнулся.

— Вот теперь другое дело, мистер Ли. Выглядите безупречно.

Феликс лишь кивнул. Он не знал, как реагировать на эти слова. Он чувствовал, что что-то изменилось, но не мог понять, что именно.

В течение следующих нескольких дней Хёнджин продолжал быть строгим, но уже не таким едким. Он по-прежнему находил ошибки в работе Феликса, но теперь его критика была более конструктивной. Он даже стал давать Феликсу советы и помогать ему в трудных ситуациях. Феликс был сбит с толку. Он не мог понять, почему Хёнджин так изменился.

Однажды, когда Феликс задержался на работе допоздна, чтобы закончить отчет, Хёнджин вошел в его кабинет.

— Мистер Ли, — сказал он, — вы все еще здесь?

Феликс кивнул.

— Да, директор Хван. Мне нужно закончить этот отчет.

Хёнджин подошел к его столу и посмотрел на экран компьютера.

— Вы отлично справляетесь, — произнес он. — Но вам нужно отдохнуть.

Он протянул Феликсу чашку горячего шоколада.

— Выпейте это. Это поможет вам расслабиться.

Феликс взял чашку и сделал глоток. Горячий шоколад был вкусным и согревающим.

— Спасибо, директор Хван, — сказал он.

Хёнджин сел на край стола и посмотрел на Феликса.

— Знаете, мистер Ли, — сказал он, — я был не прав, когда так строго обращался с вами.

Феликс удивленно поднял брови.

— Что вы имеете в виду?

Хёнджин вздохнул.

— Я... я просто не знал, как иначе привлечь ваше внимание.

Феликс почувствовал, как сердце у него забилось быстрее.

— Привлечь мое внимание? Зачем?

Хёнджин встал и подошел к окну.

— Потому что вы мне нравитесь, мистер Ли. Очень сильно нравитесь.

Феликс был ошеломлен. Он не ожидал такого признания. Он чувствовал, как краснеют его щеки.

— Но... почему вы тогда так себя вели? — спросил он.

Хёнджин повернулся к нему.

— Я боялся. Боялся своих чувств. Боялся, что вы не ответите мне взаимностью. Я думал, что если я буду строгим, то смогу скрыть свои истинные эмоции. Но я ошибался. Я только причинил вам боль.

Феликс почувствовал, как к горлу подкатывает ком. Он не знал, что сказать. Он никогда не думал, что Хёнджин может испытывать к нему такие чувства.

— Я... я не знаю, что сказать, — пробормотал он.

Хёнджин подошел к нему и взял его за руку.

— Просто скажите мне, что вы чувствуете, мистер Ли.

Феликс посмотрел на их соединенные руки. Он чувствовал тепло, исходящее от руки Хёнджина. Он поднял глаза и посмотрел ему в глаза.

— Я... я тоже испытываю к вам что-то, директор Хван, — сказал он. — Но я не понимал, что это.

Хёнджин улыбнулся.

— Я рад это слышать.

Он наклонился и нежно поцеловал Феликса в губы. Поцелуй был мягким и нежным, но в то же время страстным. Феликс ответил на поцелуй, чувствуя, как его сердце наполняется радостью.

За всем фасадом притворства, высокомерия и грубых приказов скрывались совсем иные мотивы — любовь и страсть директора Хвана к своему новому сотруднику. Именно потому требования были жесткими, чтобы скрыть собственное сердце, кипящее страстью, подобно вулкану, готовому разорвать цепи формальности и серьёзности. И теперь, когда эти цепи были разорваны, Феликс понял, что все его страдания были не напрасны. Он нашел свою любовь там, где меньше всего ожидал. И хотя их история только начиналась, он был уверен, что она будет долгой и счастливой.