Песня и внезапные откровения

Сонхва аккуратно складывал последнюю футболку в чемодан, улыбаясь своим мыслям. Неделя отдыха. Целая неделя! И он проведет ее с Кири. Полгода разлуки – это не шутки. Каждый звонок, каждый видеочат лишь усиливал тоску, но они держались. Держались ради друг друга, ради своей любви, которая выдержала испытание расстоянием и невозможностью быть рядом. Он все еще не верил своему счастью, что у него есть такой человек, как Кири. Понимающий, терпеливый, любящий. Человек, который всегда готов был идти на компромиссы, говорить, решать проблемы, а не отмалчиваться. Это было бесценно.

Он слышал за дверью шум – ребята тоже собирались, предвкушая отдых. Минги что-то громко рассказывал, Уён заливисто смеялся, Чонхо, наверное, тихонько подпевал, а Юнхо, скорее всего, пытался их всех успокоить. Сан, наверное, просто сидел в своем уголке, погруженный в свои мысли, а Ёсан… Ну, Ёсан просто был. Он улыбнулся. Его мемберы. Его семья. Они, конечно, заметили, что последние полгода он был не в своей тарелке. Сонхва знал, что они переживали. Особенно Хонджун, который всегда был особенно внимателен к настроению каждого.

Он помнил, как тяжело ему было. Тоска разъедала изнутри, мешая сосредоточиться на чем-либо, кроме образа Кири. Он давал концерты, улыбался фанатам, тренировался до изнеможения, но в глазах, как он сам ощущал, была лишь невыносимая тоска. А потом он просто закрылся в студии. На целый месяц. Это было его убежище, его способ справиться с нахлынувшими эмоциями. Он не спал толком, не ел, просто писал. Выливал всю свою боль, всю свою любовь, всю свою надежду на бумагу, превращая ее в музыку. А потом, когда песня была закончена, он почувствовал, как будто тяжелый камень упал с души. Он снова стал прежним Сонхва. Ребята так и не узнали, что он там делал. До сегодняшнего дня.

В это время Хонджун, напевая себе под нос, открыл дверь студии. Наконец-то неделя отдыха! Он планировал посвятить это время написанию новых песен и, возможно, немного поспать. Он протянул руку к своему обычному ноутбуку, но передумал. Нет, сегодня он возьмет компактный, который Сонхва иногда использовал. Удобнее брать с собой в дорогу. Он включил его и, пока система загружалась, откинулся на спинку кресла.

На рабочем столе, среди привычных файлов и папок, он заметил одну, подписанную "Для К.". Хонджун нахмурился. Что это? Он не помнил, чтобы Сонхва когда-либо сохранял что-то под таким именем. Любопытство взяло верх. Он кликнул на папку, и внутри обнаружил единственный файл – аудиозапись. Название было простое: "Река".

Хонджун нажал "воспроизвести". Из динамиков раздался знакомый, чуть хрипловатый, но такой проникновенный голос Сонхва. Он пел. И это было… нечто иное. Что-то настолько личное, настолько обнаженное, что Хонджун почувствовал себя невольным свидетелем чужой тайны. Он прибавил громкость и прислушался.

*Я бы прыгнула в эту реку, если бы не было человека*
*Который утонет, если прыгнет за мной*

Хонджун замер, его глаза расширились. Это не был обычный трек, который они писали для альбомов. Это было нечто глубоко личное, пронзительное. Слова били прямо в сердце. Он знал Сонхва как сильного, стойкого человека, но здесь… здесь была такая уязвимость.

*Я бы прыгнула в эту реку, если бы не было человека*
*Который не сможет согреться этой зимой*

Хонджун почувствовал, как по его коже пробежали мурашки. "Прыгнула"? Откуда такое женское окончание? И почему "прыгнула", а не "прыгнул"? Он переслушал этот отрывок еще раз, пытаясь понять. Это было странно. Очень странно для Сонхва.

*Я бы прыгнул в эту реку, если бы не было человека*
*Который утонет, если прыгнет за мной*

Теперь мужское окончание. Хонджун нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное. Как будто две разные перспективы, два разных голоса, слились в один. Или это… диалог? Он почувствовал, как внутри него растет тревога. Что происходило со Сонхва?

*Я бы прыгнул в эту реку, если бы не было человека*
*Который не сможет согреться этой зимой*
*Да я за тобой по пятам*
*Но подумай как холодно там*

Хонджун покачал головой. Это было так… драматично. И так не похоже на привычного Сонхва, который всегда старался быть опорой для всех, скрывая свои переживания. Но эта песня… она была криком души.

*Нет, это даже романтично, летом я только "за"*
*Но не в начале же ноября*

В голове Хонджуна пронеслась мысль. Ноябрь. Это было как раз то время, когда Сонхва начал закрываться в себе. Когда его глаза наполнились этой невыносимой тоской. Неужели эта песня – отражение тех событий?

*Типа тебе не понравится, успей остановиться*
*Зачем тебе скорая, капельница, больница*
*Мама будет молиться, всем сердцем надеяться*
*И от психолога не отделаться*

Хонджун сглотнул. Эти слова были такими откровенными, такими болезненными. Они говорили о глубокой депрессии, о мыслях, которые он и представить себе не мог у Сонхва. Кто был этот "тебе", к кому обращались эти слова? И кто этот "человек", который "утонет, если прыгнет за мной"?

*Но порой я тоже ищу*
*Причины первым не окунуться*
*Но так не хочу*
*Чтоб мой спасатель мог захлебнуться*

"Спасатель". Это слово пронзило Хонджуна. Значит, у Сонхва есть кто-то, кто его "спасает"? Кто-то, кто настолько важен, что удерживает его от "прыжка в реку"? И почему Сонхва боится, что этот "спасатель" "захлебнется"?

*И смотрят в воду два идиота*
*Думают удача это или гнет*
*То, что рядом есть кто-то*
*Кто за ними нырнет*

Два идиота? Рядом есть кто-то, кто за ними нырнет? Хонджун почувствовал, как земля уходит из-под ног. Это не могло быть просто метафорой. Это было слишком конкретно, слишком лично. У Сонхва есть кто-то. И этот кто-то очень важен для него.

*Я бы прыгнул в эту реку, если бы не было человека*
*Который утонет, если прыгнет за мной*

Хонджун встал, не в силах больше сидеть. Это был не просто трек. Это была целая история, рассказанная Сонхва. История его боли, его борьбы, его любви.

*Я бы прыгнул в эту реку, если бы не было человека*
*Который не сможет согреться этой зимой*
*Да я за тобой, знаю всю ту боль*
*Что в тебе сидит*

Хонджун почувствовал, как к горлу подкатывает ком. Он всегда считал, что знает своих мемберов лучше всех. Но эта песня открыла ему совершенно нового Сонхва. Сонхва, который переживал такую глубокую боль, о которой никто из них даже не догадывался.

*Осень достает из тебя ножи*
*А река следит*
*Да я за тобой, сделай в воду шаг*
*Или шаг назад*

"Осень достает из тебя ножи". Какая мощная метафора. Хонджун представил себе Сонхва в том состоянии, когда он был таким отстраненным. Теперь все встало на свои места. Это была его внутренняя борьба, его отчаянная попытка справиться с чем-то очень тяжелым.

*Я не знаю как, ну как тебе помочь*
*Ну как тебе сказать*
*Как тебе смотреть прямиком в глаза*
*И не забываться*

Эти строчки были полны отчаяния, беспомощности. Это был крик о помощи, замаскированный под песню. Сонхва обращался к кому-то, кого он любит, но кому не может помочь. Или, возможно, это был его собственный внутренний диалог?

*Речка заберет все мое тепло*
*И поможет сдаться*
*Вначале ноября идиоты запоют*
*О желанье прыгнуть и найти приют*
*О том, что в этот страшный холод нужен человек*
*Который знает наизусть твой любимый трек*

Хонджун закрыл глаза. "Человек, который знает наизусть твой любимый трек". Это был ключ. Это был тот самый человек, о котором шла речь на протяжении всей песни. Тот, кто удерживал Сонхва на плаву. Тот, кого он любил. И, судя по всему, тот, кто любил его. У Сонхва есть партнер. Это было единственное логичное объяснение. И они не знали. Никто из них не знал.

*Я бы прыгнула в эту реку, если бы не было человека*
*Который утонет, если прыгнет за мной*
*Я бы прыгнул в эту реку, если бы не было человека*
*Который не сможет согреться этой зимой*

Песня закончилась. В студии повисла тишина, нарушаемая лишь редкими потрескиваниями динамиков. Хонджун стоял посреди комнаты, его сердце колотилось как сумасшедшее. Он чувствовал себя одновременно потрясенным, виноватым и невероятно обеспокоенным. Виноватым, потому что они не заметили, насколько Сонхва было плохо. Обеспокоенным, потому что эта песня была настолько пронзительной, что он не мог просто так ее проигнорировать.

Он закрыл ноутбук и, схватив его, быстро вышел из студии. Ему нужно было поговорить с ребятами. Всей группой. Это была не та информация, которую он мог держать в себе. Тем более, что Сонхва вот-вот уедет на отдых. К кому? К тому самому "человеку", который "знает наизусть его любимый трек"?

Хонджун нашел остальных в гостиной. Они болтали, смеялись, предвкушая выходные. Сонхва сидел на диване, улыбаясь, но в его глазах все еще мелькала легкая грусть, которую Хонджун теперь понимал.

— Ребята, — сказал Хонджун, его голос был непривычно серьезным. Все сразу замолчали, заметив его выражение лица.

— Что случилось, Хонджун-и? — спросил Юнхо, почувствовав напряжение.

— Я… я кое-что нашел в студии, — начал Хонджун, не зная, как начать. — Это песня Сонхва.

Все удивленно переглянулись. Сонхва, услышав это, резко повернулся, его улыбка исчезла. В его глазах мелькнула паника.

— Песня? Какая песня? — спросил он, стараясь выглядеть невозмутимым, но его голос выдавал его.

Хонджун проигнорировал его вопрос. Он включил ноутбук и поставил песню на воспроизведение.

Как только раздались первые аккорды, а затем и голос Сонхва, все замерли. Они привыкли слышать его голос на сцене, в студии, но эта песня… она была другой.

*Я бы прыгнула в эту реку, если бы не было человека*
*Который утонет, если прыгнет за мной*

Уён, который до этого весело болтал, замолчал, его глаза округлились. Он посмотрел на Сонхва, который сидел, опустив голову, его лицо было бледным.
— Хён… что это? — прошептал Чонхо, его обычно звонкий голос был полон тревоги.

*Я бы прыгнула в эту реку, если бы не было человека*
*Который не сможет согреться этой зимой*

Сан, который всегда был очень чувствительным, сжал кулаки. Он почувствовал эту боль в каждой ноте, в каждом слове. Он посмотрел на Сонхва, его взгляд был полон беспокойства.

*Я бы прыгнул в эту реку, если бы не было человека*
*Который утонет, если прыгнет за мной*

Минги, обычно такой веселый и беззаботный, нахмурился. Он никогда не слышал, чтобы Сонхва пел что-то настолько мрачное и отчаянное. Это было… пугающе.

*Я бы прыгнул в эту реку, если бы не было человека*
*Который не сможет согреться этой зимой*
*Да я за тобой по пятам*
*Но подумай как холодно там*

Ёсан, который обычно был немного отстраненным, теперь сидел неподвижно, его взгляд был прикован к Сонхва. Он чувствовал, что за этими словами скрывается нечто очень важное.

*Нет, это даже романтично, летом я только "за"*
*Но не в начале же ноября*

— Ноябрь… — прошептал Юнхо, его глаза расширились от понимания. — Это было тогда, когда ты был таким… отсутствующим.

*Типа тебе не понравится, успей остановиться*
*Зачем тебе скорая, капельница, больница*
*Мама будет молиться, всем сердцем надеяться*
*И от психолога не отделаться*

Все члены ATEEZ сидели в шоке. Эти слова были слишком сильными, слишком откровенными. Они говорили о мыслях, которые они и представить себе не могли у Сонхва.

*Но порой я тоже ищу*
*Причины первым не окунуться*
*Но так не хочу*
*Чтоб мой спасатель мог захлебнуться*

— Спасатель? — прошептал Уён, его голос был полон замешательства. — У тебя есть… спасатель, хён?

*И смотрят в воду два идиота*
*Думают удача это или гнет*
*То, что рядом есть кто-то*
*Кто за ними нырнет*

Хонджун остановил песню. В комнате повисла тяжелая тишина. Все взгляды были прикованы к Сонхва, который сидел, сжавшись, его лицо было красным.

— Сонхва, — начал Хонджун, его голос был мягким, но твердым. — Что это значит?

Сонхва поднял голову, его глаза были полны слез. Он посмотрел на каждого из них, а затем снова опустил взгляд.

— Я… я не хотел, чтобы вы это слышали, — прошептал он.

— Ноябрь, Сонхва, — сказал Юнхо. — Это было тогда, когда ты был… очень плох. Мы все это заметили.

— Да, хён, — добавил Чонхо. — Мы очень за тебя переживали.

— Кто этот человек, Сонхва? — спросил Сан, его голос был положен тревоги. — Тот, кто за тобой нырнет?

Сонхва глубоко вздохнул. Он понимал, что отступать некуда. Его тайна была раскрыта.

— У меня есть… партнер, — сказал он, его голос был едва слышен. — Его зовут Кири.

Все замерли. В комнате повисла мертвая тишина. Никто не ожидал такого признания.

— Партнер? — переспросил Минги, его голос был полон удивления.

— Да, — кивнул Сонхва. — Мы вместе уже давно. С тех пор, как мы были трейни.

— И… и эта песня… она о нем? — спросил Хонджун, его голос был полон понимания.

Сонхва кивнул.

— Да. Она о нем. И о том, как тяжело было… быть в разлуке.

— Почему ты нам не сказал? — спросил Уён, его голос был полон обиды. — Мы же твоя семья, хён.

— Я боялся, — признался Сонхва, его голос дрожал. — Я боялся, что вы не поймете. Что это повредит группе.

— Сонхва, — сказал Хонджун, подходя к нему и садясь рядом. — Мы твоя семья. Мы всегда будем рядом, что бы ни случилось. И мы хотим, чтобы ты был счастлив.

Остальные мемберы подошли ближе, обнимая Сонхва. В их глазах была не обида, а лишь искреннее беспокойство и любовь.

— Мы были такими идиотами, — прошептал Юнхо, обнимая Сонхва. — Мы не заметили, как тебе было плохо.

— Это не ваша вина, — сказал Сонхва, вытирая слезы. — Я сам все скрывал.

— Но теперь все изменится, — сказал Сан. — Мы здесь. Мы всегда будем здесь для тебя. И для Кири.

Сонхва поднял голову, его глаза сияли от слез. Впервые за долгое время он почувствовал, как тяжесть свалилась с его плеч. Он был не один. У него были его мемберы. И у него был Кири.

— Спасибо, — прошептал он, обнимая их всех. — Спасибо вам всем.

Теперь, когда тайна была раскрыта, он чувствовал себя свободным. И он знал, что его неделя отдыха с Кири будет еще более особенной, потому что теперь он мог разделить свою радость со своей второй семьей – ATEEZ.