вечность

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая нью-йоркские небоскребы в багровые тона. Питер Паркер, или, как привыкли его называть горожане, Человек-паук, сидел на краю одной из самых высоких крыш, наблюдая за суетой внизу. Город пульсировал жизнью, а он, Питер, чувствовал себя лишь бледной тенью, призраком, затерянным среди огней.

Прошло уже полгода с того дня, как его жизнь перевернулась с ног на голову. Обычное патрулирование, схватка с каким-то мелким наркоторговцем, укус... Укус, который изменил его навсегда. Теперь в его венах текла не только паучья сила, но и что-то древнее, холодное, жаждущее. Он стал вампиром.

Сначала был шок, паника, отчаяние. Как жить дальше? Как скрывать это от Мэй, от Неда, от Мэри Джейн? Как продолжать быть Человеком-пауком, когда каждый светящийся билборд вызывал жжение в глазах, а запах свежей крови на месте преступления заставлял дрожать все тело? Самое страшное было скрывать это от Тони. Тони Старка, который был для него не просто наставником, а… чем-то гораздо большим.

Питер давно понял, что его чувства к Тони выходят за рамки обычного ученического восхищения. Это была жгучая, всепоглощающая любовь, которую он старательно прятал глубоко внутри. Тони, такой яркий, такой живой, такой… человек. Как мог он, Питер, теперь монстр, даже мечтать о чем-то подобном?

Он научился притворяться. Каждое утро, глядя в зеркало на свои чуть покрасневшие глаза и бледную кожу, он надевал маску нормального человека. Он избегал солнца, придумывал отговорки для Мэй, когда отказывался от ее фирменных пирогов с чесноком, и тщательно выбирал маршруты патрулирования, чтобы не столкнуться с чрезмерным количеством крови.

Но сегодня что-то пошло не так. Во время стычки с бандой грабителей, один из них, раненый, упал прямо у его ног, истекая кровью. Этот запах… Он был слишком сильным, слишком притягательным. Питер почувствовал, как его зрачки сужаются, а клыки, до этого скрытые, начинают удлиняться. Он сжал кулаки, пытаясь подавить животный инстинкт, но грабитель, увидев его изменившееся лицо, закричал от ужаса.

— Что ты такое?! — взвизгнул он, отползая.

Питер запаниковал. Он не мог допустить, чтобы кто-то узнал. Он схватил грабителя за воротник, прижал к стене, и в его голосе прозвучало нечто, что не принадлежало ему.

— Забудь, что ты видел, — прорычал он, и в его глазах вспыхнул опасный огонь.

В этот момент над ним завис бронированный костюм Железного человека.

— Паучок, что тут происходит? — голос Тони прозвучал в его ухе, непривычно резкий.

Питер отпустил грабителя, который тут же бросился бежать. Он повернулся к Тони, пытаясь скрыть свою панику, но его глаза, все еще чуть красные, выдавали его.

— Ничего, мистер Старк. Просто… небольшая проблема.

Тони приземлился, откидывая забрало шлема. Его взгляд был пронзительным, изучающим.

— Небольшая проблема? Ты чуть не сожрал этого парня, Паучок. Что с тобой? Ты выглядишь… неважно.

Питер почувствовал, как к горлу подкатывает ком. Он не мог рассказать Тони. Не мог разрушить их отношения, не мог показать ему эту свою темную сторону.

— Я… я просто устал, мистер Старк, — выдавил он. — Было тяжелое патрулирование.

— Не ври мне, Питер, — голос Тони стал жестче. — Я видел, как ты смотрел на этого парня. Я знаю этот взгляд. Ты что-то скрываешь.

Обида, страх и отчаяние смешались в Питере, и он не смог сдержаться.

— А что, если я скрываю?! Что, если у меня есть свои секреты, которые я не хочу с вами обсуждать?! Вы всегда все знаете лучше, мистер Старк, всегда лезете в мою жизнь!

Тони нахмурился.

— Я просто беспокоюсь о тебе, парень. Ты мне не чужой.

— Не чужой? — Питер горько усмехнулся. — Вы просто видите во мне очередного подопечного, очередную игрушку, которую можно починить!

— Это неправда, Питер! — Тони сделал шаг к нему. — Я… я…

Он замолчал, его взгляд скользнул по Питеру, задерживаясь на его губах, на его бледном лице. В его глазах промелькнуло что-то, что Питер не мог или не хотел истолковывать. Но в этот момент он был слишком зол, слишком напуган, чтобы думать о чем-то, кроме своих собственных страданий.

— Нет, мистер Старк, это правда, — Питер отступил. — Я устал. Устал от всего. От этого города, от этой лжи, от… от вас.

Последние слова вырвались у него, как выстрел. Он видел, как боль отразилась в глазах Тони, но не мог остановиться. Он просто хотел убежать. Убежать как можно дальше.

— Я ухожу, — сказал Питер, его голос дрожал. — Я больше не могу.

И, не дожидаясь ответа, он выпустил паутину и исчез в ночной тьме, оставив Тони одного на крыше, с разбитым сердцем и тысячей вопросов.

***

Питер не знал, куда он летит. Его паутина несла его прочь от Тони, прочь от Нью-Йорка, прочь от всего, что он любил. Он чувствовал, как его сердце сжимается от боли и отчаяния. Он только что разрушил все. Он обидел Тони, признался в своей слабости, и теперь не мог вернуться.

Мысли метались в его голове. Он должен исчезнуть. Скрыться. Найти место, где никто не будет знать его, где он сможет научиться контролировать свои новые инстинкты, где он не будет представлять угрозы для тех, кого любит.

Россия. Почему-то это слово всплыло в его голове. Далекая, холодная, незнакомая страна. Идеальное место для того, чтобы исчезнуть.

Он собрал все свои сбережения, подделал документы (благо, Тони научил его кое-чему в хакерстве), и через несколько дней уже сидел в самолете, направляющемся в Москву. Он оставил короткую записку для Мэй, сказав, что уехал учиться по обмену, и отключил все свои гаджеты. Для мира он исчез. Для Тони он просто сбежал.

В России Питер начал новую жизнь. Он снял маленькую квартиру на окраине, нашел работу в ночную смену в небольшой библиотеке (идеально для вампира) и старался держаться в тени. Он изучал русский язык, читал книги, пытаясь отвлечься от своих страданий. Он научился охотиться на мелких животных, чтобы утолять свою жажду, и каждый день боролся с собой, чтобы не сорваться.

Прошло три года. Три года одиночества, самобичевания и постоянной борьбы. Мир считал его мертвым. Человек-паук исчез, а вместе с ним и Питер Паркер. Тони, как он узнал позже из обрывков новостей, сначала думал, что Питер просто обиделся и вернется. Но когда прошли месяцы, а затем и годы, он потерял надежду.

***

Тони Старк был сломлен. Уход Питера оставил в его душе огромную, зияющую рану. Он винил себя. Винил себя за то, что был слишком напорист, слишком властен, слишком… Старк. Он скучал по этому вечно улыбающемуся парню, по его болтовне, по его наивности, по его бесконечной доброте. Он скучал по их совместным патрулированиям, по ночным разговорам в лаборатории, по его присутствию.

Нью-Йорк без Человека-паука казался серым и пустым. Преступность выросла, и Тони, хоть и продолжал быть Железным человеком, чувствовал, что ему не хватает той искры, той легкости, которую привносил Питер.

Однажды, во время очередной схватки с группой инопланетных захватчиков, Тони оказался в ловушке. Его костюм был поврежден, а враги окружили его со всех сторон. Он понимал, что это конец. Он закрыл глаза, вспоминая Питера, его улыбку, его смех.

И тут он услышал это. Звук паутины.

Он открыл глаза и увидел его. Человек-паук. Только он был другим. Его движения были более стремительными, более отточенными. Его глаза под маской светились каким-то непривычным, почти хищным блеском. И он был зол. Очень зол.

Питер, услышав о вторжении в Нью-Йорк, не смог остаться в стороне. Он вернулся. Вернулся, чтобы защитить свой город, своего… Тони. Он пробивался сквозь толпы врагов, двигаясь с невероятной скоростью, и каждый его удар был смертоносен. Он не щадил никого, и Тони видел, как в его движениях проскальзывает что-то нечеловеческое.

Когда битва закончилась, и инопланетяне были повержены, Питер приземлился рядом с Тони.

— Мистер Старк, вы в порядке? — его голос был хриплым, но в нем слышалась та же забота, что и раньше.

Тони, все еще оглушенный, смотрел на него.

— Питер? Это ты?

Питер кивнул, снимая маску. Его лицо было бледным, но в глазах светилась та же искра, что и три года назад.

— Я.

Тони не сдержался. Он бросился к Питеру и обнял его, крепко-крепко.

— Я думал, ты… я думал, ты умер, парень. Где ты был? Что с тобой случилось?

Питер обнял его в ответ, чувствуя, как тепло Тони проникает в его холодное тело. Это было так давно, так давно он не чувствовал такого тепла.

— Я был… далеко. Мне нужно было время.

Тони отстранился, внимательно разглядывая Питера.

— Ты изменился, Питер. Ты выглядишь… по-другому. И твои глаза…

Питер опустил взгляд. Он знал, что рано или поздно ему придется рассказать.

— Я… я расскажу вам все, мистер Старк. Но не здесь.

Тони кивнул. Он чувствовал, что что-то очень важное произошло с Питером, и он был готов выслушать все.

Они вернулись в Башню Мстителей. Тони приготовил для Питера еду, но тот лишь отмахнулся.

— Я не голоден, мистер Старк.

Тони нахмурился.

— Ты совсем ничего не ешь, Питер. Ты что, на диете?

Питер глубоко вздохнул.

— Нет. Я… я не могу есть обычную еду.

Тони удивленно поднял бровь.

— Что это значит?

Питер посмотрел на Тони, и в его глазах появилась боль.

— Это значит, что я больше не человек, мистер Старк.

Тони замер.

— Что ты… что ты имеешь в виду?

Питер рассказал ему все. О том укусе, о превращении, о своей борьбе, о том, как он пытался жить как человек, и как провалился. О своей жажде, о своих страхах. Он рассказал ему о трех годах, проведенных в России, о своей борьбе с самим собой. Он рассказал ему все, кроме своих чувств к Тони. Это он все еще не мог произнести вслух.

Тони слушал его молча, его лицо было непроницаемым. Когда Питер закончил, в комнате повисла тяжелая тишина.

— Вампир, — наконец произнес Тони. — Ты стал… вампиром.

Питер кивнул.

— Я понимаю, если вы… если вы больше не хотите иметь со мной ничего общего.

Тони встал, подошел к Питеру и положил руки ему на плечи.

— Ты все еще Питер, парень, — сказал он, глядя ему прямо в глаза. — Мой Питер. И я никогда не брошу тебя.

В этот момент Питер почувствовал, как его сердце, до этого холодное и сжатое, начало оттаивать.

— Но… но я монстр, мистер Старк. Я могу навредить вам.

— Ты не монстр, Питер, — Тони улыбнулся, но в его улыбке была грусть. — Ты просто… особенный. И я помогу тебе. Мы найдем способ.

И они начали искать. Тони, со всеми своими ресурсами, погрузился в изучение вампиризма, пытаясь найти способ помочь Питеру. Он искал лекарство, способ контролировать жажду, что угодно, что могло бы облегчить страдания Питера.

Но время шло, а решения не находилось. Питеру становилось все хуже. Его жажда усиливалась, он становился все бледнее, и даже животная кровь перестала утолять его голод. Он слабел.

Однажды ночью, Питер почувствовал, что он на грани. Его тело горело, а в голове стучало одно слово: «Кровь». Он лежал в своей комнате, пытаясь подавить животный инстинкт, но он был слишком силен.

Тони, почувствовав что-то неладное, вошел в его комнату. Он увидел Питера, свернувшегося калачиком на кровати, бледного, дрожащего, с глазами, в которых горел дикий огонь.

— Питер! — Тони бросился к нему. — Что с тобой?!

— Кровь… — прохрипел Питер. — Мне нужна кровь…

Тони запаниковал. Он знал, что Питер не хочет вредить людям, но сейчас он был на грани. Он посмотрел на Питера, на его страдающее лицо, и принял решение.

— Вот, — сказал Тони, протягивая ему свою руку. — Возьми мою.

Питер расширил глаза.

— Нет! Мистер Старк, я… я не могу! Я потеряю себя! Я потеряю… человечность!

— Ты не потеряешь себя, Питер, — Тони взял его руку и приложил ее к своей шее. — Ты останешься Питером. Просто… выпей. Я доверяю тебе.

Питер колебался. Он смотрел на вену Тони, на пульсирующую кровь, и чувствовал, как его инстинкты берут верх. Он не хотел этого, но его тело требовало.

Медленно, дрожащими руками, он прикоснулся к шее Тони. Его клыки удлинились, и он, не сдержавшись, вонзил их в кожу Тони.

Теплая, сладкая кровь хлынула в его рот, и Питер почувствовал, как жизнь возвращается в его тело. Он пил жадно, но осторожно, стараясь не причинить Тони боль. Он чувствовал, как его силы восстанавливаются, как холод отступает, а глаза проясняются.

Когда он закончил, он отстранился, его лицо было покрыто кровью. Он посмотрел на Тони, и в его глазах был ужас.

— Я… я сделал это. Я укусил вас. Я монстр.

Тони улыбнулся, вытирая кровь с шеи.

— Все в порядке, Питер. Я жив. И ты снова в порядке.

Питер почувствовал облегчение, но и страх. Он только что выпил кровь человека. Кровь Тони.

— Я… я так сожалею, мистер Старк.

— Не сожалей, Питер, — Тони обнял его. — Ты спасся. Это главное. И знаешь… это было… интересно.

Питер посмотрел на него.

— Интересно?

— Да, — Тони усмехнулся. — Теперь я знаю, какова на вкус моя кровь. Неплохо, кстати.

Питер не смог сдержать улыбки. Тони всегда умел разрядить обстановку.

С этого дня Тони стал регулярно давать Питеру свою кровь. Он настаивал, что это лучше, чем охотиться на животных, и что он не чувствует себя плохо. Питер, хоть и сопротивлялся, но понимал, что это единственный способ выжить. Он научился контролировать себя, пить ровно столько, сколько нужно, и не причинять Тони боль. Он чувствовал, как их связь становится все крепче, как они становятся ближе.

***

Прошло еще несколько месяцев. Питер научился жить со своей новой сущностью. Он все еще был Человеком-пауком, но теперь он был Человеком-пауком-вампиром. Он использовал свои новые способности, чтобы бороться с преступностью еще эффективнее, и Тони был рядом, поддерживая его во всем.

Но однажды, во время очередной битвы с очередным злодеем, Тони был тяжело ранен. Злодей выпустил мощный энергетический заряд, который пробил броню Железного человека и поразил Тони прямо в грудь.

Питер бросился к нему, его сердце сжалось от ужаса. Тони лежал на земле, его костюм был разбит, а из раны на груди хлестала кровь.

— Мистер Старк! Нет! — Питер упал на колени рядом с ним.

Тони тяжело дышал.

— Питер… — прохрипел он. — Кажется… это конец.

Слезы навернулись на глаза Питера.

— Нет! Нет, вы не можете!

Тони улыбнулся, его взгляд был затуманен.

— Я люблю тебя, Питер. Всегда любил.

Эти слова пронзили Питера насквозь. Он, наконец, услышал то, о чем мечтал так долго, но слишком поздно.

— Я тоже люблю вас, мистер Старк, — прошептал Питер, его голос дрожал. — Я тоже люблю вас.

Тони закашлялся, и из его рта хлынула кровь. Его глаза начали закрываться.

Питер запаниковал. Он не мог потерять Тони. Не сейчас, когда они только что признались друг другу в своих чувствах.

В его голове вспыхнула безумная мысль. Единственный способ спасти его.

— Мистер Старк, — сказал Питер, его голос был твердым. — Сделайте меня… сделайте меня вампиром.

Тони с трудом открыл глаза.

— Что?

— Сделайте меня вампиром! — повторил Питер. — Я не могу потерять вас! Я не могу без вас!

Тони посмотрел на Питера, на его отчаянное лицо, на его глаза, полные слез. Он знал, что это рискованно. Он знал, что это изменит его навсегда. Но он также знал, что не сможет жить без Питера.

Он кивнул.

— Хорошо, парень. Сделай это.

Питер наклонился к Тони, его сердце бешено колотилось. Он не хотел причинять ему боль, но это был единственный выход. Он вонзил свои клыки в шею Тони, чувствуя, как его собственная кровь, его яд, проникает в тело любимого человека.

Это было больно. Тони вздрогнул, но не издал ни звука. Питер чувствовал, как его жизнь, его человечность, медленно покидает его, уступая место чему-то новому, чему-то бессмертному.

Когда он отстранился, Тони был бледен, но его глаза были открыты, и в них горел новый, необычный огонь.

— Питер… — прошептал он, и в его голосе прозвучало нечто, что Питер никогда не слышал раньше.

Питер улыбнулся сквозь слезы.

— Добро пожаловать в вечность, мистер Старк. Добро пожаловать в нашу вечность.