Плам’я

Билли Харгроув не любил сюрпризов. Он предпочитал контролировать всё, от скорости своего Camaro до выражения на лицах тех, кто осмеливался бросить ему вызов. Но Хоукинс, этот забытый богом городок, постоянно подкидывал ему что-то новое, что-то, что выбивало его из привычной колеи. И одним из таких "сюрпризов" была Морель Вилер.

Они стояли посреди хаоса, который был слишком знаком для Билли, но слишком необычен для любого нормального человека. Разрушенный торговый центр Starcourt, мерцающие лампы, запах гари и сырости – всё это было фоном для их очередной схватки с неведомым. Билли, тяжело дыша, опирался на покалеченную руку, а Морель, сжимавшая в руке обрез, выглядела так, будто готова была разорвать на части любого, кто встанет у неё на пути.

«Мы не можем просто оставить их там», – голос Морель был резким, дрожащим, но в нём не было и намёка на страх. Только упрямство. Она говорила о Майке, Оди, Дастине, Лукасе, Уилле и даже о Макс – его сводной сестре, которую Билли ненавидел всем сердцем, но сейчас чувствовал лишь странное беспокойство.

Билли усмехнулся, но усмешка вышла кривой, полной горечи. «А что ты предлагаешь, Вилер? Зайти туда и помахать им ручкой? Думаешь, эта штука просто так нас пропустит?» Он кивнул на сгусток тьмы, который пульсировал в центре торгового центра, отбрасывая жуткие тени. Это был уже не просто Монстр Разума, это было нечто большее, нечто, что проникало под кожу и цеплялось за самые тёмные уголки души.

«Я не знаю, что я предлагаю, Харгроув», – Морель отбросила выбившуюся прядь волос. «Но я знаю, что мы не можем просто сидеть сложа руки. Это мой брат. И его друзья».

Билли всегда видел в Морели лишь дерзкую, высокомерную королеву школы, которая привыкла получать всё, что хочет. Но сейчас, в её глазах, он видел нечто другое – отчаяние, смешанное с непоколебимой решимостью. И это было… странно притягательно.

«Ты с ума сошла, Вилер», – прорычал он, но уже поднимался на ноги, несмотря на боль в руке. «Мы ничего не сможем сделать».

«Тогда почему ты встаёшь, Харгроув?» – её взгляд был пронзительным, словно она видела его насквозь.

Билли не ответил. Он просто двинулся вперёд, в сторону, откуда доносились приглушённые крики и грохот. Морель последовала за ним, её шаги были такими же уверенными, как и его.

Они пробирались через разрушенные магазины, мимо перевёрнутых прилавков и разбитых витрин. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом озона и какой-то невыносимой, чуждой энергии. Билли чувствовал, как его сердце колотится в груди, но это был не страх, это был адреналин, привычный спутник его жизни.

Внезапно путь им преградил один из "флешеров" – людей, одержимых Монстром Разума. Его глаза были пусты, а движения неестественными, дёрганными. Он был похож на зомби, но гораздо более опасного.

Билли не раздумывая бросился вперёд, нанося удар кулаком в челюсть одержимого. Тот отлетел назад, но тут же поднялся, издавая мерзкий, булькающий звук. Морель, не теряя ни секунды, выстрелила из обреза. Звук выстрела оглушил, а одержимый рухнул на землю, его тело дёргалось в конвульсиях.

«Они не умирают так просто», – прошептал Билли, глядя на тело. Он знал это по себе. Он помнил, как Монстр Разума пытался овладеть им, как он боролся с ним, как чувствовал его ледяные щупальца, проникающие в его сознание.

«Тогда пусть попробуют не умереть», – Морель перезарядила обрез, её лицо было бледным, но решительным.

Они продолжили свой путь, встречая всё больше одержимых. Билли использовал свою грубую силу, Морель – меткость и хладнокровие. Они работали в паре, двигаясь синхронно, словно танцуя танец смерти. Билли не мог не признать, что Морель была до чертиков эффективной. Она не паниковала, не дрожала, не ныла. Она просто делала то, что нужно. И это вызывало в нём странное уважение.

Наконец, они добрались до центрального атриума, где разворачивалась главная битва. Майк, Оди и остальные пытались закрыть портал, но Монстр Разума был слишком силён. Его щупальца проносились по воздуху, разрушая всё на своём пути.

«Оди!» – крикнула Морель, увидев свою младшую сестру, которая из последних сил пыталась удержать портал.

Билли почувствовал, как что-то внутри него сжалось. Он помнил, как Монстр Разума использовал его тело, чтобы напасть на Оди. Он помнил её боль, её страх. И сейчас он чувствовал, как эта боль возвращается, но уже не как его собственная, а как её.

«Что мы можем сделать?» – крикнул Билли, его голос был напряжённым.

«Нужно отвлечь его!» – ответила Морель, уже бегущая к Оди.

Билли не стал ждать. Он бросился вперёд, прямо на Монстра Разума. Это было безумие, чистое самоубийство. Но он знал, что должен это сделать. Он должен был дать им время.

«Эй, урод!» – прорычал Билли, привлекая внимание чудовища. Монстр Разума повернул свою огромную, бесформенную голову к нему. Билли чувствовал его злобу, его ненависть, его голод. Это было то же самое чувство, что он испытывал, когда был одержим.

Он рванул вперёд, уворачиваясь от одного щупальца, прыгая через другое. Он не знал, что делает, он просто действовал инстинктивно, пытаясь отвлечь чудовище от детей. Он чувствовал, как его тело кричит от боли, но он игнорировал её.

Морель тем временем добралась до Оди. «Ты сможешь, Оди! Ты сильнее его!» – крикнула она, обнимая сестру.

Оди, измученная и истекающая кровью, посмотрела на Морель, а затем на Билли, который отчаянно сражался с чудовищем. В её глазах вспыхнула новая решимость.

«Я справлюсь», – прошептала Оди, и её сила вспыхнула с новой энергией.

Билли почувствовал, как щупальце Монстра Разума обвивается вокруг его ноги, поднимая его в воздух. Он закричал от боли, но не сдался. Он продолжал бороться, пытаясь освободиться.

«Билли!» – крикнула Морель, но она не могла ничего сделать. Она должна была помочь Оди.

В этот момент, когда Билли висел в воздухе, чувствуя, как его тело разрывается на части, он увидел её. Морель. Её глаза, полные страха и отчаяния, но в то же время решимости. И в этот момент он понял, что не хочет умирать. Не сейчас. Не здесь.

Он собрал все свои силы, весь свой гнев, всю свою боль, и нанёс удар по щупальцу. Монстр Разума зарычал, ослабляя хватку. Билли упал на землю, тяжело дыша, но свободный.

Тем временем Оди собрала последние силы и направила их на портал. Яркий свет ослепил всех, а затем раздался оглушительный взрыв. Портал начал закрываться.

Монстр Разума завыл, его щупальца дёргались в предсмертных конвульсиях. Он пытался прорваться, но было уже поздно. Портал закрылся, оставляя чудовище в другом измерении.

Тишина. Оглушительная тишина.

Билли лежал на земле, тяжело дыша, его тело болело нестерпимо. Он чувствовал, как кровь стекает по его руке, но ему было всё равно. Он был жив.

Морель тут же подбежала к нему, присев на колени. «Билли, ты… ты в порядке?» – её голос дрожал, а глаза были полны слёз.

Билли посмотрел на неё. Он никогда не видел её такой. Уязвимой, испуганной. И это было… странно.

«Я… я в порядке, Вилер», – прошептал он, пытаясь улыбнуться, но улыбка вышла слабой и кривой.

Морель осторожно прикоснулась к его руке, её пальцы были холодными. «Ты… ты спас их. Ты спас Оди».

Билли закрыл глаза. Он не знал, почему он это сделал. Он ненавидел детей, ненавидел этот город, ненавидел всё. Но он сделал это. Он спас их.

«Не знаю, почему», – прошептал он, открывая глаза.

Морель посмотрела на него, и в её глазах было что-то, что Билли никогда не видел раньше – нежность, понимание.

«Я знаю», – прошептала она, и её рука легла на его щеку. Её прикосновение было мягким, неожиданным.

Билли почувствовал, как что-то внутри него оттаяло. Что-то, что было заморожено так долго.

«Я… я не понимаю», – сказал он, глядя ей в глаза.

Морель улыбнулась, и эта улыбка была искренней, без тени высокомерия. «Иногда, Харгроув, даже самые сильные люди делают что-то не потому, что хотят, а потому что должны. Потому что они не могут иначе».

Билли смотрел на неё, и в этот момент он понял, что Морель Вилер – это не просто королева школы. Она была гораздо сложнее, гораздо глубже. И он, кажется, только что начал это понимать.

«Помоги мне встать, Вилер», – сказал Билли, и в его голосе прозвучало что-то новое, что-то, чего он никогда не позволял себе раньше. Уязвимость.

Морель кивнула и помогла ему подняться. Они стояли посреди разрушенного торгового центра, среди хаоса и обломков, но в этот момент они чувствовали себя так, словно были одни во всём мире.

И Билли Харгроув, который всегда жил на грани, который никогда не доверял никому и не показывал слабости, вдруг понял, что рядом с Морель Вилер, возможно, ему не придётся быть таким сильным, как раньше. Возможно, рядом с ней он сможет быть самим собой. И это было страшно. И в то же время – безумно притягательно.