Школьные враги

Всё началось с первого класса. Не то чтобы именно тогда Ульяна и Степан встретились, нет. Они сидели за соседними партами, но никогда не общались. Он был слишком занят своими рисунками на полях тетрадей, а она – погружена в мир своих фантазий, где рыцари спасали принцесс, а вампиры влюблялись в простых смертных. Но настоящая история, та, что перевернула их мир, началась в седьмом классе.

Варя, девочка из параллельного класса, известная своей сомнительной репутацией и вызывающим поведением, подошла к ним на перемене. Её волосы были выкрашены в ядовито-розовый цвет, а глаза подведены так густо, что казалось, она не спала несколько дней.
— Эй, народ, — протянула она, оглядывая толпу школьников, — кто хочет оттянуться? У меня есть кое-что интересное.
Она достала из кармана маленький пакетик с белым порошком. Мефедрон. Ульяна знала, что это такое. В интернете, где она проводила большую часть своей жизни, об этом писали много. Опасная дрянь. Но в тот момент ей было настолько скучно, а уроки казались такими невыносимо долгими, что мысль о побеге из этой серой реальности показалась заманчивой.
— Что это? — спросила Ульяна, хотя прекрасно знала ответ. Её голос, как всегда, прозвучал тихо, почти неслышно.
Варя усмехнулась. — Кайф. Хочешь попробовать? Уроки сразу закончатся, обещаю.
Ульяна колебалась. Ей было страшно, но любопытство и желание сбежать от скуки были сильнее.
— Я... я согласна, — пробормотала она, опуская взгляд.
К её удивлению, рядом с ней раздался другой голос.
— Я тоже.
Это был Степан. Он стоял чуть поодаль, его округлые очки сползли на кончик носа, а русые волосы с чёлкой-шторкой слегка растрепались. Ульяна никогда не видела его таким. Обычно он был спокойным, погруженным в свой мир, как и она.
Варя довольно ухмыльнулась. — Отлично. За школой через десять минут.

Они встретились за школьным зданием, в укромном уголке, где редко кто появлялся. Варя достала фольгу и зажигалку. Ульяна почувствовала, как по телу пробежал холодок. Это было неправильно. Очень неправильно. Но пути назад уже не было.
Варя свернула фольгу в трубочку, насыпала немного порошка.
— Кто первый? — спросила она, протягивая им импровизированную трубку.
Ульяна почувствовала, как пересохло в горле. Она не могла.
Но Степан, к её ещё большему удивлению, взял трубку. Он глубоко вдохнул, а затем закашлялся. Его лицо покраснело.
— Твоя очередь, — Варя протянула трубку Ульяне.
Ульяна взяла её дрожащими руками. Запах был резким, химическим. Она сделала маленький вдох. Горло обожгло, глаза заслезились. Она закашлялась.
— Ну как? — Варя ехидно улыбнулась.
Ульяна не успела ответить. В голове закружилось, мир вокруг поплыл. Цвета стали ярче, звуки громче. Страх сменился странным ощущением лёгкости и эйфории. Она почувствовала себя невесомой, будто парила над землёй.
Степан, который стоял рядом, вдруг повернулся к ней. Его карие глаза, обычно скрытые за стёклами очков, сейчас сияли каким-то странным блеском.
— Ты... ты такая необычная, — пробормотал он, его голос был непривычно мягким. — Как будто из другой вселенной.
Ульяна замерла. Впервые кто-то произнес вслух то, что она чувствовала. Она всегда ощущала себя чужой в этом мире, словно персонаж из аниме, случайно попавший в реальность. Его слова, такие простые, но такие искренние, поразили её до глубины души. Впервые она почувствовала, что её слышат, что её видят настоящей.
Её сердце забилось быстрее. Неужели... неужели он ей нравится? Эта мысль была такой странной, такой неожиданной. Она же ненавидела его! Ну, не то чтобы прямо ненавидела, но он всегда казался ей таким... обычным. А ещё он постоянно шутил про её мать, что было совершенно недопустимо. И она слышала, что он "сидит на двух стульях", как говорили девочки, то есть встречается сразу с двумя.
— Отстань, — резко бросила Ульяна, пытаясь отогнать эту странную мысль. — Не неси чушь.
Она отвернулась, почувствовав, как щёки заливает краска. Почему она так отреагировала? Ей было стыдно за свою грубость, но ещё больше — за то, что его слова так её тронули.

***

После школы Ульяна, как обычно, погрузилась в мир "Клуба Романтики". Она сидела в своей комнате, стены которой были увешаны плакатами из аниме, а на полках стояли тома манхвы "Тетрадь смерти". Её длинные рыжие волосы рассыпались по плечам, голубовато-серые глаза были прикованы к экрану телефона. Сегодняшний день казался ей каким-то сюрреалистичным. Мефедрон. Степан. Его слова. Она пыталась забыть об этом, но воспоминания настойчиво лезли в голову.

Внезапно на экране телефона всплыло уведомление. Сообщение от Степана.
Ульяна нахмурилась. Чего ему нужно? Она нехотя открыла чат.
*Степан: Привет. Можешь скинуть домашку по алгебре?*
Ульяна вздохнула. Вот так всегда. Ей, тихой и незаметной, постоянно писали, чтобы скинуть домашнее задание. Она быстро сфотографировала решение и отправила ему.
*Ульяна: Держи.*
*Степан: Спасибо. Ты такая умная.*
Ульяна почувствовала лёгкое раздражение. Это была обычная лесть, чтобы выпросить ещё что-нибудь.
*Ульяна: Не льсти.*
*Степан: Я не льщу. Просто говорю как есть.*
Его сообщения становились всё более странными. Ульяна заметила, что он делает много опечаток, и его формулировки были какими-то... нескладными.
*Ульяна: Ты что, пьян?*
*Степан: Нет, просто энергетик. Много выпил. Не могу уснуть.*
Ульяна покачала головой. Вот оно что. Наверняка он выпил какой-нибудь дешёвый энергетик, да ещё и после вчерашнего.
*Ульяна: Тебе пора спать. Отстань от меня.*
*Степан: Не могу. Мне скучно. И ты такая интересная.*
Ульяна почувствовала, как её терпение начинает заканчиваться.
*Ульяна: Я тебе ничего не должна. Иди спать.*
*Степан: Но мне не хочется. Хочется с тобой разговаривать. Ты знаешь, я сегодня понял кое-что.*
*Ульяна: Что?* — Ульяна написала это скорее из любопытства, чем из реального желания продолжать диалог.
*Степан: Я понял, что ты...*
Он остановился. Ульяна ждала. Что он понял? Что она странная? Что она носит только чёрное, как будто постоянно на похоронах?
*Степан: Ты... ты напоминаешь мне мою маму.*
Ульяна застыла. Её глаза расширились. Это было настолько неожиданно, настолько странно, что она не знала, как на это реагировать. Его маму? Каким образом?
В её голове промелькнули все те моменты, когда он шутил про её мать. И теперь он говорит такое? Это было либо издевательство, либо... либо что-то другое.
Ульяна почувствовала, как по телу пробежал холодок. Это слово, сказанное им случайно, под воздействием энергетика, выдало в ней удивление, смешанное с какой-то новой, непонятной эмоцией. Что он имел в виду? И почему это так сильно её задело?

Она смотрела на экран телефона, где мигало последнее сообщение от Степана. "Ты... ты напоминаешь мне мою маму." Слова эхом отдавались в её голове. Что это значит? Оскорбление? Или, наоборот, что-то хорошее? Она не знала. Её мозг, привыкший к чётким сюжетным линиям "Клуба Романтики" и логичным поворотам "Тетради смерти", отказывался воспринимать эту фразу.

Ульяна отбросила телефон на кровать. Ей нужно было отвлечься. Она схватила томик манхвы и попыталась погрузиться в мир Лайта и L, но буквы расплывались перед глазами. Её мысли возвращались к Степану. К его карим глазам, к его странным словам, к его нелепой попытке изобразить "крутого парня" сегодня за школой.

Она встала и подошла к зеркалу. Её рыжие волосы, обычно аккуратно расчёсанные, сейчас были слегка растрёпаны. Голубовато-серые глаза смотрели на неё с какой-то тоской. Она была одета в свою обычную чёрную одежду в стиле Yabujincore, которая, по мнению её мамы, делала её похожей на "маленькую ворону". Но Ульяне нравилось. В чёрном она чувствовала себя защищённой, невидимой, скрытой от мира.

"Ты напоминаешь мне мою маму."

Почему это так засело у неё в голове? Ульяна всегда была уверена, что ненавидит Степана. Он был для неё воплощением всего того, что ей не нравилось в людях: двуличие, грубость, шутки про чужих матерей. А теперь это.

Она вспомнила, как отец ушёл из семьи. Мама, такая добрая и наивная, позволяла ей всё, в пределах разумного, конечно. Старший брат, грубый и вечно недовольный. Ульяна всегда чувствовала себя одинокой, даже среди своих близких. Единственная подруга, Амина, была такой же тихой и замкнутой, как и она сама, и их общение было минимальным.

В интернете, где Ульяна пряталась от реального мира, она была другой. Смелой, остроумной, дерзкой. Там она могла быть кем угодно, не боясь осуждения. Она могла обсуждать аниме, делиться своими мыслями о "Клубе Романтики", читать фанфики и писать свои. Но в реальной жизни она была тихой Ульяной, которая пряталась за длинными волосами и чёрной одеждой.

Она снова взяла телефон. Сообщений от Степана больше не было. Наверное, он всё-таки уснул, или энергетик перестал действовать. Ульяна почувствовала странное опустошение. С одной стороны, она хотела, чтобы он оставил её в покое. С другой стороны, её заинтриговали его слова.

Что могло объединять её, Ульяну, с матерью Степана? Ульяна знала, что его отец тоже ушёл из семьи. Может быть, это как-то связано? Общая боль? Общая потеря?

Её взгляд упал на обложку "Тетради смерти". Лайт Ягами, гений, который хотел очистить мир от зла. Ульяна всегда восхищалась его интеллектом, его способностью к планированию, его безжалостностью. Но в то же время, она понимала, что его путь ведёт к разрушению.

А Степан... он был таким же сложным. Он рисовал в художественной школе, что, по мнению Ульяны, было очень круто. У неё не было такого хобби. Она просто читала и играла. Он был выше её, что тоже имело значение. Ему было 13, как и ей. Русые волосы, чёлка-шторка, округлые очки. Он одевался свободно, в джемперы, джинсы и кроссовки. Внешне он был обычным, но внутри... внутри, похоже, что-то было.

Ульяна снова легла на кровать. "Ты напоминаешь мне мою маму." Эти слова крутились в её голове, как заевшая пластинка. Она попыталась представить мать Степана. Какая она? Наверное, добрая, как и её собственная мама. Может быть, такая же наивная? Или, наоборот, сильная и независимая?

Она вспомнила, что у Степана есть маленький брат, Рома, которому всего четыре года. Наверное, он заботится о нём. Это было бы логично, учитывая отсутствие отца.

Внезапно Ульяна почувствовала, как по её щеке скатилась слеза. Неужели она плачет? Из-за чего? Из-за Степана? Из-за его странных слов? Или из-за себя, из-за своей одинокой жизни, из-за того, что никто не понимает её?

Она вытерла слезу тыльной стороной ладони. Нет, она не будет плакать. Она сильная. Она Ульяна, которая может быть кем угодно в интернете. И она не позволит словам какого-то Степана вывести её из равновесия.

Но в глубине души, она знала, что его слова что-то изменили. Что-то сдвинулось с места. И теперь, как бы она ни пыталась от этого отмахнуться, ей было интересно. Очень интересно. Что же он имел в виду? И почему, несмотря на всю её неприязнь, её сердце забилось быстрее при мысли о нём?

Она закрыла глаза. Завтра будет новый день. И, возможно, завтра она узнает ответы на свои вопросы. Или, по крайней мере, попытается их найти. А пока, ей нужно было просто уснуть. И забыть о Степане, о мефедроне, и о словах, которые прозвучали в её голове, как эхо из другой вселенной. Но она знала, что это будет нелегко.