Противоположности

Первый день в Школе Леди всегда напоминал мясорубку, в которую засунули двенадцать сломленных судеб, пытаясь на выходе получить изысканный фарш для высшего общества. Но пока что «фарш» только матерился, пах перегаром и пытался понять, куда делись их сигареты.

Черная комната встретила своих обитательниц холодным уютом. Стены, выкрашенные в глубокий графитовый цвет, тяжелые шторы и шесть коек, застеленных темным бельем, создавали атмосферу то ли элитного склепа, то ли очень дорогого вытрезвителя.

Адель бросила свой потрепанный рюкзак на кровать у окна и тут же поморщилась. Короткие черные кудри рассыпались по лбу, закрывая обзор. Она привычным жестом коснулась стального колечка в брови, проверяя, на месте ли оно после той потасовки у ворот.

– Ну и дыра, – выплюнула Катя, грузно опускаясь на соседнюю койку. – Розовым, небось, там еще и зефирки на подушки положили.

– Заткнись, Кать, – лениво отозвалась Ира, разглядывая свой маникюр, вернее то, что от него осталось. – Радуйся, что не в КПЗ.

Адель не слушала перепалку. Её взгляд был прикован к девушке, которая вошла в комнату последней. Вика. Она выглядела так, словно хотела слиться со стеной. Черная кепка была натянута почти до самого носа, прямые волосы до плеч стянуты в тугой, аккуратный хвост. Она не проронила ни слова с самого момента распределения по факультетам.

Вика выбрала кровать напротив Адель. Она двигалась тихо, почти бесшумно, словно боялась привлечь лишнее внимание.

– Тебя Вика зовут, да? – Адель сделала шаг навстречу, сокращая дистанцию. Она была заметно выше, и её присутствие мгновенно заполнило пространство между кроватями.

Вика подняла голову. Из-под козырька кепки блеснули темные, настороженные глаза. Она едва заметно кивнула.

– Я Адель. Будем соседками по камере, получается.

– Получается так, – голос Вики был тихим, с легкой хрипотцой, которая обычно бывает у заядлых курильщиков.

– Курить хочешь? – Адель заговорщицки подмигнула, хотя знала, что у них отобрали всё еще на входе.

– Хочу, – Вика наконец позволила себе слабую, почти прозрачную улыбку. – Но, кажется, нам теперь только святым духом питаться разрешат. И манерами.

– Манеры на хлеб не намажешь, – хмыкнула Люда, проходя мимо них к шкафу. – Слышали, что психологиня сказала? Мы здесь, чтобы «найти свою внутреннюю женщину». Я свою, походу, в 2015-м в баре оставила.

В комнате раздался нестройный хохот, но Вика осталась серьезной. Она присела на край кровати, сложив руки на коленях. Адель заметила татуировки на её запястьях – тонкие линии, сплетающиеся в какой-то сложный узор.

– Эй, – Адель присела на корточки прямо перед ней, игнорируя недоуменные взгляды остальных девчонок. – Ты чего такая пришибленная? Тут кусаться некому, кроме Лиды, но она сейчас занята тем, что пытается оттереть тушь с лица.

– Просто... непривычно, – Вика отвела взгляд. – Слишком много людей. Слишком много шума.

– Привыкнешь, – Адель протянула руку и, помедлив секунду, легонько коснулась плеча Вики. – Я, если что, в обиду не дам. Ты мне кажешься нормальной. Не то что эти... фонтаны эмоций.

Вика посмотрела на руку Адель, затем снова ей в глаза. Напряжение в её плечах чуть спало.

– Спасибо.

Вечер опустился на Школу Леди внезапно. После изнурительного первого собрания и лекции о вреде алкоголя, которая сопровождалась демонстрацией ужасающих картинок печени, пацанок наконец оставили одних.

В Черной комнате царил полумрак. Лида и Ира о чем-то шептались в углу, Катя уже храпела, а Люда пыталась медитировать, хотя это больше походило на то, что она просто уснула сидя.

Адель лежала на спине, закинув руки за голову. Пирсинг на губе холодил кожу. Она чувствовала на себе чей-то взгляд. Повернув голову, она увидела Вику. Та сидела на своей кровати, прижав колени к груди, и смотрела в окно, где за решеткой качались ветки деревьев.

– Не спится? – Адель прошептала это так тихо, чтобы не разбудить остальных.

– Мысли всякие, – отозвалась Вика, не оборачиваясь. – Страшно, Адель. А вдруг ничего не получится? Вдруг я выйду отсюда такой же, как зашла, только без кепки и в юбке?

Адель бесшумно поднялась со своей кровати и перебралась на край койки Вики. Матрас жалобно скрипнул.

– А ты хочешь измениться? – спросила она, заглядывая Вике в лицо.

– Я хочу перестать ненавидеть то, что вижу в зеркале каждое утро, – Вика наконец сняла кепку, и её черные волосы рассыпались по плечам. Без головного убора она казалась еще более хрупкой и беззащитной. – Я устала прятаться.

Адель почувствовала странный укол где-то под ребрами. Она привыкла быть сильной, привыкла конфликтовать и брать свое силой или напором. Но эта тихая честность Вики выбивала её из колеи.

– Слушай меня, – Адель накрыла ладонью холодные пальцы Вики. – Мы здесь для того, чтобы выжить. Если эти тетки в строгих костюмах смогут нам помочь – окей. Если нет – мы хотя бы попробуем. Ты не одна, понимаешь?

Вика медленно кивнула, её пальцы робко сжали ладонь Адель в ответ.

– Почему ты помогаешь мне? – спросила она. – Ты ведь меня совсем не знаешь.

– Иногда не нужно знать биографию, чтобы увидеть своего человека, – Адель улыбнулась, и в полумраке её глаза блеснули азартом. – Ты спокойная, ты не орешь, как потерпевшая, и у тебя взгляд... глубокий. Мне нравится.

Вика слегка покраснела, что в темноте было почти незаметно, но Адель почувствовала, как участился пульс девушки под её ладонью.

– Нам завтра рано вставать, – прошептала Вика, но руку не убрала.

– Знаю. Говорят, будет проверка на физическую выносливость. Розовые, небось, уже все пятки себе обклеили пластырями.

– А мы?

– А мы черные, Вик. Мы – элита этого подвала, – Адель усмехнулась. – Ложись спать. Я буду здесь, пока ты не уснешь.

– Правда?

– Обещаю.

Вика послушно легла, укрывшись колючим одеялом по самый подбородок. Адель сидела на краю её кровати, охраняя этот хрупкий покой. Впервые за долгое время ей не хотелось курить или лезть в драку. Ей хотелось, чтобы эта длинная, темная ночь длилась как можно дольше.

Где-то в коридоре послышались шаги охраны, тяжелый стук берцев по паркету. Школа Леди засыпала, пряча под своими сводами двенадцать изломанных душ, две из которых этой ночью нашли друг друга в темноте Черного факультета.

– Адель? – уже на грани сна позвала Вика.

– Да?

– Спасибо, что ты здесь.

– Спи уже, малая, – ласково ответила Адель, хотя Вика была старше её на пять лет. Но в этот момент возраст не имел значения. Имело значение только тепло рук, которое помогало забыть о том, что завтра их снова будут ломать, чтобы построить заново.

Адель дождалась, пока дыхание Вики станет ровным и глубоким. Она осторожно поправила край её одеяла и вернулась к себе. Завтра будет новый день, новые крики, слезы и испытания. Но теперь у неё была причина задержаться в этом проекте подольше.

Черная комната хранила свои секреты, и первый из них только что родился в тишине между двумя застеленными кроватями.