VJOOLMKGFFFTU

Вечерний город медленно погружался в сумерки, окрашивая улицы в глубокие синие и фиолетовые тона. Марго сидела на подоконнике в своей комнате, прижав колени к груди. В её глазах, изумрудно-зеленых и чуть насмешливых, отражались огни фонарей. Она задумчиво перебирала прядь своих темных волос, слушая, как в наушниках глухо басит тяжелый фонк.

Отношения с Максимом всегда были... странными. С самого первого дня знакомства этот кареглазый брюнет четко обозначил границы.

– Слушай, Марго, – сказал он тогда, глядя ей прямо в глаза своим пронзительным взглядом, – ты классная, и мы точно поладим. Но сразу предупреждаю: у нас с тобой ничего не будет. Только дружба.

Марго тогда лишь рассмеялась и кивнула. Ей и самой не хотелось драм. Дружба — это надежно, это просто. Но время шло, и «просто» превращалось в нечто запутанное. Они могли часами лежать на диване в обнимку, смотря какой-нибудь сериал, и это казалось естественным. Максим мог переплести свои пальцы с её, когда они гуляли, или подолгу держать её за руку, объясняя что-то важное. А его привычка щекотать её до колик в животе и вовсе стала их личным ритуалом.

Марго это смущало. Она ловила себя на мысли: «Разве друзья так делают?». Но каждый раз она напоминала себе о его словах. Нет, значит нет. Она не чувствовала к нему романтического влечения — по крайней мере, так она говорила себе. Это был комфорт, привычка, близость двух родственных душ.

В тот вечер всё началось с обычного видеозвонка. Максим сидел в своей комнате, на заднем фоне у него играла какая-то агрессивная музыка, перекрываемая помехами связи.

– Ты слышишь этот бит? – Максим ухмыльнулся, поправляя челку. – Прямо под настроение.

– Под настроение «я такой крутой, но на самом деле просто много шумишь»? – подколола его Марго, прищурившись.

– Ой, кто бы говорил, – фыркнул он. – Ты сама-то только и можешь, что язвить.

Марго почувствовала азарт. Ей нравилось доводить его до белого каления, проверять его выдержку. Это была их вечная игра.

– Знаешь, Макс, – она лениво потянулась, – вся твоя эта напускная уверенность... Это же просто фасад. Ты же на самом деле слабак.

Максим замер, его карие глаза сузились.

– Это я-то слабак? Обоснуй.

– Ну вот, например, – Марго хитро улыбнулась, – ты вечно строишь из себя такого неприступного. Но я уверена, что ты даже поцеловать меня не сможешь. Побоишься нарушить свои же «правила дружбы». Ты просто струсишь в последний момент.

В трубке повисла тишина. Музыка на фоне Максима стала громче, тяжелые басы фонка словно вибрировали через экран телефона. Он смотрел на неё долго, не мигая.

– Марго, не напрашивайся, – голос его стал на октаву ниже. – Потом сама же будешь обижаться.

– Да ладно тебе! – Она рассмеялась, чувствуя себя в полной безопасности за экраном смартфона. – Признай, что ты просто не сможешь. Ты слишком правильный для этого. Сла-бак.

– Я тебя предупредил, – сухо ответил он и сбросил вызов.

Марго еще несколько минут смотрела на потемневший экран, улыбаясь. Она была уверена, что выиграла этот раунд.

На следующий день они договорились погулять в парке. Погода была прохладной, и Марго накинула легкую куртку. Максим ждал её у входа, как обычно, засунув руки в карманы джинсов. Его темные волосы были слегка растрепаны ветром, а во взгляде читалось странное спокойствие, которое Марго не смогла сразу расшифровать.

Они шли по аллее, болтая о всяких пустяках. Максим вел себя как обычно: подшучивал, пару раз попытался её защекотать, когда они присели на скамейку, и даже взял за руку, когда они переходили дорогу. Все было привычно, пока они не забрели вглубь парка, где старые ивы склоняли свои ветви к самой воде небольшого пруда.

– Знаешь, – вдруг прервал их разговор Максим, остановившись у парапета. – Я много думал о том, что ты вчера сказала.

Марго прислонилась к перилам, поглядывая на него с вызовом.

– О том, что ты слабак? Ну, я просто констатировала факт.

– Ты правда думаешь, что я боюсь? – Он сделал шаг к ней, сокращая дистанцию.

– Я в этом уверена, – Марго не отвела взгляд, хотя внутри кольнуло странное предчувствие. – Ты же сам сказал: «между нами ничего не будет». Ты слишком дорожишь своим словом.

Максим усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья.

– Иногда правила созданы для того, чтобы их нарушать. Особенно если кто-то слишком сильно напрашивается.

– Ну так докажи, – прошептала она, сама не понимая, зачем продолжает эту игру.

В следующую секунду мир Марго перевернулся. Максим резко сократил оставшееся расстояние, его рука легла ей на затылок, пальцы запутались в темных прядях. Прежде чем она успела вскрикнуть или отшутиться, его губы накрыли её губы.

Это не был робкий или дружеский поцелуй. Он был властным, требовательным и пугающе уверенным. В нем было всё то, что Максим скрывал за маской «просто друга» все эти месяцы. Марго замерла, её глаза широко распахнулись от шока. Сердце забилось где-то в горле, а в голове наступила звенящая пустота.

Когда он отстранился, его дыхание было сбитым, а карие глаза горели каким-то незнакомым огнем.

– Ну что, – тихо спросил он, не выпуская её из рук, – всё еще слабак?

Марго стояла, тяжело дыша. Шок медленно сменялся осознанием произошедшего, а вслед за ним пришло чувство жгучей обиды.

– Ты... – она запнулась, чувствуя, как краснеют щеки. – Зачем ты это сделал?

– Ты сама просила, Марго. Буквально требовала доказательств.

– Но мы же друзья! – Она резко оттолкнула его в грудь, отступая на шаг. – Ты сам сказал в первый же день! Ты не имел права!

– Не имел права? – Максим горько усмехнулся. – Ты дразнила меня неделями. Ты вела себя так, будто проверяешь меня на прочность. Я предупреждал тебя, чтобы ты не обижалась.

– Это было... это была шутка! – Марго почувствовала, как к глазам подступают слезы злости. – Мы так общаемся! А ты всё испортил.

– Испортил? – Он подошел ближе, его голос звучал глухо. – А может, наконец сделал то, чего мы оба хотели, но боялись признать?

– Я этого не хотела! – выкрикнула она, хотя в глубине души что-то предательски дрогнуло. – Я верила тебе. Я думала, что с тобой я могу быть собой и не бояться, что всё превратится в банальный роман.

– Ты сама спровоцировала это, – отрезал Максим. – Не строй из себя жертву. Ты знала, на какие кнопки нажимать.

Марго развернулась и быстрым шагом направилась к выходу из парка. Её трясло. Она чувствовала себя обманутой, причем больше всего — самой собой. Она ведь действительно напрашивалась. Она видела, как меняется его взгляд, когда она подшучивала над ним, видела, как напрягаются его плечи. Но она предпочитала верить, что их «дружба» — это нерушимый кокон.

– Марго, подожди! – крикнул он ей вслед, но она не остановилась.

– Уходи, Максим! – бросила она, не оборачиваясь. – Просто оставь меня в покое.

Весь вечер она просидела в своей комнате, глядя в стену. Телефон разрывался от уведомлений, но она не открывала их. В голове крутился этот момент — вкус его губ, тепло его рук. Это было странно. Это было неправильно. Но хуже всего было то, что теперь она не знала, как смотреть ему в глаза.

Она знала Максима. Он не был из тех, кто извиняется за свои поступки, если считал их оправданными. И он был прав в одном: она сама затеяла эту игру. Она была уверена, что контролирует ситуацию, но в итоге огонь, с которым она играла, обжег её саму.

– Глупая, – прошептала она, закрывая лицо руками. – Какая же ты глупая, Марго.

Зеленоглазая брюнетка и кареглазый брюнет. Друзья, которые перешли черту, начерченную ими же самими. И теперь, среди тишины пустой комнаты, Марго понимала: как прежде уже не будет. Фонк в её голове сменился тихим, тревожным гулом неопределенности. Она обиделась, да. Но в глубине души она понимала, что этот поцелуй был самым честным моментом во всей их истории. И это пугало её больше всего.