Я многого прошу?

Осенний парк встретил девушек резким порывом ветра, который заставил Вику сильнее вжаться в тонкую куртку. Ей было четырнадцать, и её тридцать семь килограммов веса явно не способствовали сохранению тепла. Русые волосы, едва достававшие до плеч, растрепались, закрывая обзор, и она раздраженно откинула их назад, сверкнув ярко-зелеными глазами.

– Вик, ну не хмурься ты так, – Соня, шедшая рядом, легонько толкнула подругу плечом. – Погода отличная, сейчас Никита подойдет, погуляем все вместе.

– «Все вместе» – это ты и твой озабоченный Ромео, а я в роли пятого колеса? – буркнула Вика, поправляя рюкзак. – Соня, он на тебя смотрит так, будто ты не человек, а десерт в меню.

Соня лишь рассмеялась, доставая из кармана чупа-чупс. Она неторопливо развернула обертку и отправила конфету в рот, довольно зажмурившись. Вика только закатила глаза. Её бешеный характер не позволял ей долго молчать, когда что-то шло не по её сценарию. А сегодняшний сценарий обещал быть приторно-сладким и слегка неловким.

Они дошли до старой ротонды, когда из-за деревьев показались две мужские фигуры. Вика сразу узнала Никиту по его развязной походке и вечной ухмылке. Но рядом с ним шел парень, которого она раньше видела лишь мельком в школьных коридорах.

Это был Артём. Одиннадцатиклассник, восемнадцатилетний брюнет с карими глазами, который на фоне своих сверстников казался скалой. Рост под сто восемьдесят, широкие плечи, подтянутая фигура – он выглядел слишком взрослым для этой компании.

– Привет, малышка, – Никита сразу сократил дистанцию с Соней, приобнимая её за талию и притягивая к себе.

Его рука почти мгновенно соскользнула чуть ниже, на бедро девушки. Вика заметила, как Соня слегка покраснела, но не отстранилась.

– О, Вика, и ты тут, – Никита мазнул по ней безразличным взглядом. – Знакомься, это Тёма. Он сегодня за компанию, чтобы я не выглядел единственным взрослым среди вас, мелочи.

Артём стоял чуть поодаль, засунув руки в карманы черного худи. Он кивнул Вике, и в его взгляде не было той липкой насмешливости, которая исходила от Никиты.

– Привет, – коротко бросил он.

– Я не мелочь, – огрызнулась Вика, выпрямляясь, чтобы казаться выше своих ста шестидесяти четырех сантиметров. – И я в восьмом классе, если ты не заметил.

– Заметил, – спокойно ответил Артём, слегка приподняв брови. – Ты громкая для такого маленького веса.

Вика задохнулась от возмущения, но не успела вставить свое фирменное едкое замечание, потому что Никита снова решил подать голос. Он наблюдал, как Соня перекатывает чупа-чупс во рту, и его глаза масляно блеснули.

– Сонь, аккуратнее с конфетой, – протянул он, понизив голос так, чтобы слышали все. – Ты так профессионально это делаешь, что мне уже жарко становится. Может, покажешь потом, чему еще научилась?

Соня подавилась смехом и слегка толкнула его в бок, но Никита лишь сильнее прижал её к себе, что-то шепча на ухо. Вика почувствовала, как внутри закипает глухое раздражение. Ей было противно смотреть на эти пошлые намеки, которые Никита считал верхом остроумия.

– Мы гулять пойдем или вы тут корни пустите? – резко спросила Вика, скрестив руки на груди.

– Пойдем-пойдем, – лениво отозвался Никита. – Тём, присмотри за мелкой, а то её сдует.

Они двинулись вглубь парка. Соня и Никита шли впереди, постоянно о чем-то перешептываясь. Никита то и дело отпускал грязные шуточки, от которых Соня хихикала, а Вика сжимала кулаки. Артём шел рядом с Викой, сохраняя дистанцию.

– Он всегда такой придурок? – спросила Вика, когда они отошли достаточно далеко, чтобы их не слышали.

– Кто? Никита? – Артём на мгновение задумался, глядя под ноги. – Да нет, он нормальный пацан. Просто... перед девчонками выпендривается. Думает, это круто.

– Это не круто, это мерзко, – отрезала Вика. – Соня – моя лучшая подруга, а он обращается с ней как с игрушкой.

Артём остановился и посмотрел на неё сверху вниз. Его карие глаза были спокойными, даже немного сонными.

– Ты слишком остро на всё реагируешь, мелкая. Это их дела. Сами разберутся.

– Я Вика! – вспыхнула она. – У меня есть имя. И я не «мелкая». Мне четырнадцать, я почти взрослая.

Артём усмехнулся, и эта усмешка была на удивление доброй, лишенной желчи.

– Хорошо, Вика. Просто ты такая... колючая. Как еж.

Они продолжили путь в молчании. Вика то и дело поглядывала на Артёма. Он казался ей странным. Вроде бы друг Никиты, но совсем другой. Спокойный, какой-то надежный. И, честно говоря, он был очень красивым. Брюнеты всегда казались ей привлекательными, а этот еще и занимался спортом – это было видно по тому, как сидела на нем одежда.

Впереди Никита внезапно остановился и развернул Соню к себе.

– Дай откусить, – сказал он, кивая на её конфету.

– Она же невкусная уже, – засмеялась Соня.

– А я проверю, – Никита перехватил её руку, удерживая палочку от чупа-чупса, и нарочито медленно слизнул капли карамели с её пальцев. – Сладкая. Прямо как ты.

Вика почувствовала, как к горлу подкатил комок тошноты.

– Фу, господи, – не выдержала она. – Никита, найди себе номер в отеле или веди себя прилично в общественном месте.

Никита обернулся, его лицо выражало крайнюю степень недовольства.

– Слушай, язва, ты чего ко мне прицепилась? Иди вон с Тёмой пообщайся, он у нас парень свободный. Может, научит тебя жизни, а то ты какая-то зажатая.

– Я не зажатая, я воспитанная! – выкрикнула Вика, её щеки запылали.

Артём, который до этого момента просто наблюдал, вдруг шагнул вперед, оказываясь между Викой и Никитой.

– Ник, хорош, – негромко, но твердо сказал он. – Перегибаешь. Пошли к пруду, там тише.

Никита фыркнул, но спорить не стал. Он снова обхватил Соню за плечи, и они двинулись дальше. Вика осталась стоять на месте, тяжело дыша. Её трясло от злости.

– Эй, – Артём коснулся её плеча. – Не бери в голову. Он просто ляпнул, не подумав.

– Он всегда не думает! – Вика сбросила его руку. – Почему ты с ним дружишь? Ты же... ты же нормальный.

Артём замялся. Он провел рукой по коротким темным волосам, глядя куда-то в сторону.

– Ну... мы с первого класса вместе. Привычка, наверное. Да и он не злой, просто тормозов нет.

– У тебя тоже тормоза есть, – буркнула Вика, немного остывая. – Только другого рода. Ты какой-то... медленный.

Артём рассмеялся, и этот звук заставил сердце Вики пропустить удар.

– Медленный? В смысле тормоз?

– В смысле в отношениях, – ляпнула она прежде, чем успела подумать. – Соня говорила, что ты со своей бывшей полгода за руку просто ходил, прежде чем решился проводить её до дома.

Артём замер, и на его лице отразилось искреннее недоумение.

– А куда спешить? Если человек нравится, зачем всё портить этой... грязью, как у Никиты?

Вика посмотрела на него другими глазами. Зеленый взгляд встретился с карим, и в этот момент мир вокруг будто затих. Она вдруг осознала, что этот восемнадцатилетний парень, который казался ей недосягаемым «старшаком», на самом деле гораздо понятнее и ближе ей, чем любой из сверстников.

– Значит, ты считаешь, что нужно ждать? – тихо спросила она.

– Я считаю, что нужно чувствовать, – ответил Артём, и в его голосе проскользнула несвойственная ему серьезность. – Ладно, пойдем, а то твоя подруга уже скрылась за поворотом. Не хватало еще, чтобы Никита её там совсем затискал.

Они пошли догонять пару. Вика шла чуть ближе к Артёму, чем раньше. Её рука случайно задела его ладонь, и она не отпрянула. Артём не сжал её руку, но и не отодвинулся. Он просто продолжал идти, подстраиваясь под её короткий шаг.

Когда они вышли к пруду, Никита уже усадил Соню на скамейку и снова начал свои сомнительные маневры, пытаясь залезть ей под куртку. Соня слабо отбивалась, хихикая, но было видно, что ей не очень комфортно под пристальным взглядом прохожих.

– Слушай, Тём, – Вика остановилась, не доходя до скамейки. – А ты правда думаешь, что я мелкая?

Артём остановился рядом. Он посмотрел на неё – худенькую, взъерошенную, с горящими глазами – и вдруг улыбнулся.

– Для своего возраста ты слишком много думаешь, Вика. И слишком много злишься. А рост... рост – это не главное. Главное, что ты настоящая.

Он вытащил из кармана пачку жевательной резинки и протянул ей.

– Будешь? А то у тебя вид такой, будто ты сейчас кого-нибудь укусишь. Мятная, успокаивает.

Вика взяла подушечку, коснувшись его пальцев. Холодный осенний воздух уже не казался таким колючим.

– Спасибо, – прошептала она.

– Эй, голубки! – крикнул Никита со скамейки. – Вы там скоро? Мы решили в кино пойти на последний сеанс. Вы с нами или будете дальше в гляделки играть?

Вика посмотрела на Соню, которая выглядела немного уставшей от напора своего парня, а потом на Артёма.

– Я не хочу в кино, – честно сказала она. – Там темно и Никита будет вести себя как озабоченный шимпанзе.

Артём усмехнулся и посмотрел на часы.

– Знаешь, я тоже не особо хочу. Давай я тебя лучше до дома провожу? А то темнеет, а ты такая маленькая, вдруг украдут.

– Опять ты за свое! – Вика картинно возмутилась, но в душе у неё расцвело странное, незнакомое чувство тепла. – Ладно, проводи. Но только потому, что мне по пути.

– Конечно, – серьезно кивнул Артём, хотя в уголках его глаз плясали смешинки. – Только по пути.

Они подошли к друзьям, чтобы попрощаться. Соня бросила на Вику многозначительный взгляд, в котором читалось и удивление, и одобрение. Никита лишь хмыкнул, пробормотав что-то про «детский сад», но Вике было уже всё равно.

Когда они вышли за ворота парка, Артём внезапно спросил:

– А почему ты весишь тридцать семь? Ты вообще ешь что-нибудь, кроме нервов окружающих?

– Ем! – Вика фыркнула. – Просто метаболизм такой. Мама говорит, я в бабушку пошла.

– Понятно, – Артём кивнул. – Значит, надо тебя подкормить. Тут за углом отличная пекарня, там булочки с корицей такие, что можно сознание потерять. Зайдем?

Вика посмотрела на него, на его спокойное лицо, на то, как он бережно придерживает её за локоть, переводя через дорогу. Он был «тормозом» в лучшем смысле этого слова – он не спешил, не давил, он просто был рядом.

– С корицей? – переспросила она, чувствуя, как её «бешеный» характер на время отступает, уступая место чему-то тихому и приятному. – Ладно, пошли. Но чур, платишь ты. Ты же у нас взрослый одиннадцатиклассник.

– Договорились, – рассмеялся Артём.

И пока они шли по вечернему городу, Вика поймала себя на мысли, что этот день оказался гораздо лучше, чем она ожидала. И что, возможно, контраст между пошлостью Никиты и спокойствием Артёма был именно тем, что помогло ей увидеть в этом парне что-то особенное. Что-то, что заставляло её сердце биться чуть быстрее, даже если она всё еще была «мелкой» восьмиклассницей.