Шиншиллы

Вечер пятницы для Евгении Юрьевны всегда был временем священного ничегонеделанья. После недели, наполненной датами крещения Руси, реформами Петра I и бесконечными попытками объяснить девятому «Б», почему Наполеон — это не только торт, она мечтала лишь о большой кружке чая с чабрецом и тишине.

Телефон на кофейном столике коротко вибрировал. Женя, уютно устроившись на диване в пушистом пледе, лениво потянулась к гаджету. На экране высветилось уведомление от Кати Соколовой, ученицы восьмого класса.

— Евгения Юрьевна, простите, что отвлекаю! — гласило сообщение. — А вы случайно не знаете, почему шиншиллы купаются в песке, а не в воде? Мы тут с мамой спорим, а вы же всё знаете!

Женя невольно улыбнулась. То, что ученики считали её ходячей энциклопедией не только по истории, но и по биологии, физике и даже квантовой механике, всегда её забавляло.

— Привет, Катя! — быстро набрала она ответ. — Всё дело в их мехе. Он у шиншилл очень плотный, и если они намокнут, подшерсток будет сохнуть вечность, что может привести к переохлаждению или грибку. А песок отлично впитывает лишнюю влагу и жир. Так что они просто очень чистоплотные ребята.

— Ого, спасибо! — Катя прислала восторженный смайлик. — Вы лучшая! А то некоторые учителя даже на вопросы по предмету в выходные не отвечают...

Женя отправила в ответ подмигивающий смайл, пожелала Кате хорошего вечера и вышла из сети. На душе стало тепло. Она любила свою работу именно за такие моменты — когда дистанция между строгим «учитель — ученик» сокращалась до простого человеческого общения.

Прошел час. Чай уже давно остыл, а Женя увлеклась просмотром старого фильма, когда телефон снова ожил. На этот раз уведомление пришло из мессенджера, и имя отправителя заставило её сердце пропустить крошечный удар.

«Никита Максимович (Математика)».

Никита Максимович Шевченко был душой педагогического коллектива. Молодой, харизматичный, с вечной искрой озорства в глазах, он умудрялся заставлять детей любить тригонометрию. А ещё он был единственным человеком в школе, с которым Женя могла смеяться до колик в животе в учительской, обсуждая очередную нелепую запись в дневнике.

Вместо приветствия Никита прислал скриншот.

Женя прищурилась, вглядываясь в текст переписки. Это был чат Никиты с той же самой Катей Соколовой.

«Никита Максимович, а почему вы на мой вопрос по алгебре не ответили вчера?» — спрашивала Катя.

«Потому что вчера была суббота, Катерина, а в субботу мои нейроны уходят в отпуск», — гласил ответ математика, сдобренный смешным стикером с ленивцем.

«Ну вот... А Евгения Юрьевна мне только что ответила про шиншилл! Мы с ней переписывались, и она не игнорила, как некоторые», — выдала ученица.

Женя почувствовала, как уголки губ поползли вверх. Но следующее сообщение от Никиты заставило её буквально замереть.

«Ну, сравнила! Евгения Юрьевна — она же молодец, умница и вообще... не то что я, грешный. На неё равняться надо, а я так, косинусы рисую».

Женя перечитала эти строки один раз. Потом второй. Потом третий.

«Она молодец, умница и вообще...»

Скриншот обрывался именно на этом месте. Очевидно, Никита посчитал, что этой части достаточно. Или просто не хотел показывать, как Катя наверняка начала подкалывать его в ответ.

Женя сидела неподвижно, чувствуя, как к щекам приливает жар. В квартире было абсолютно тихо, и ей казалось, что она слышит, как бешено стучит её собственное сердце. Она была бесконечно рада, что в этот момент находится дома одна. Скрыть ту глупую, смущенную и одновременно сияющую улыбку, которая расплылась по её лицу, было бы невозможно.

— Умница, значит? — прошептала она в пустоту комнаты.

Ей всегда казалось, что Никита относится к ней просто как к хорошей коллеге, с которой весело пить кофе на переменах. Его шутки часто были на грани флирта, но он был таким со всеми — обаятельным и легким. Однако увидеть вот такое, написанное третьему лицу, за глаза... Это ощущалось как-то иначе. Искреннее. Теплее.

Пальцы слегка подрагивали, когда она открыла клавиатуру, чтобы ответить. Нужно было написать что-то легкое, в его стиле, чтобы не выдать своего замешательства.

— Хах, достаточно мило, спасибо! — Набрала она и тут же стерла. Слишком официально.

— Ого, не знала, что у меня есть такой адвокат в лице математики.

Тоже не то. В итоге, сделав глубокий вдох, она написала:

— Хах, достаточно мило, спасибо. Буду знать, что я умница)

Ответ прилетел почти мгновенно, будто он держал телефон в руке, ожидая её реакции.

— Это неоспоримый математический факт, Евгения Юрьевна. Против аксиом не попрешь.

Женя прижала телефон к груди, чувствуя, как внутри разливается приятное волнение. Фильм на экране телевизора продолжался, но она уже совершенно не следила за сюжетом.

— А я думала, вы только в формулах разбираетесь, — написала она, входя в азарт их привычной пикировки.

— Я разбираюсь в прекрасном, — ответил Никита. — История, например, — крайне прекрасная наука. Особенно когда её преподают такие люди.

Женя закрыла лицо свободной рукой. «Боже, Никита Максимович, что вы творите?» — пронеслось у неё в голове.

— Кажется, кто-то сегодня в ударе, — ответила она. — Наверное, нейроны вернулись из отпуска раньше срока?

— Они просто услышали голос совести... и увидели ваш скриншот. Катя права, вы — пример для подражания. Я вот теперь сижу и думаю: может, мне тоже начать отвечать про шиншилл? Глядишь, и меня умницей назовут.

— Боюсь, если вы начнете отвечать на вопросы по биологии, успеваемость по алгебре упадет еще ниже, — подколола Женя.

— Жестоко, — прислал он стикер с грустным котиком. — Но справедливо. Ладно, умница Евгения Юрьевна, не буду отвлекать вас от заслуженного отдыха. Увидимся в понедельник в столовой? С меня кофе за то, что я такой ленивый на вашем фоне.

— Ловлю на слове, — улыбнулась Женя. — Спокойной ночи, Никита Максимович.

— Спокойной, Женя.

Она еще долго смотрела на это последнее сообщение. Он впервые назвал её просто по имени, без отчества, пусть и в переписке.

Вечер перестал быть просто спокойным. Он стал особенным. Женя откинулась на спинку дивана, глядя в потолок. В голове крутилось: «Умница». Всего одно слово, а мир вокруг словно подсветили мягким золотистым светом.

Она знала, что в понедельник, когда они столкнутся у автомата с кофе, она наверняка снова покраснеет, а он будет шутить как ни в чем не бывало. Но этот скриншот останется в её галерее — как маленькое, неоспоримое доказательство того, что симметрия бывает не только в геометрии, но и в чем-то гораздо более сложном и интересном.