Расхитители сосков

– Если нас там убьют, я сначала вырву тебе язык, Соня, а потом уже окончательно испущу дух, – Лера поправила очки, которые то и дело сползали на кончик носа из-за влажной духоты подвала. Она выглядела безупречно даже в предбаннике самого сомнительного квест-рума в городе: белые волосы собраны в тугой хвост, взгляд холодный и анализирующий.

– Ой, да ладно тебе! – Соня, самая миниатюрная из четверки, но обладавшая голосом и авторитетом сержанта морской пехоты, обернулась к подругам. – Смотрите, какой рейтинг! Пять звезд, отзывы типа «я поседел в двадцать лет» и специальная пометка «для лиц с нестандартными предпочтениями». Это же как раз по нашей части!

– Там было написано «Хоррор-перформанс с элементами тактильного контакта», – пропищала Полина, судорожно вцепившись в плечо Олеси. В другой руке она сжимала свою верную трость с набалдашником в виде головы единорога. – Девочки, у меня нога болит, сердце болит, и вообще, я чувствую, что этот единорог на меня осуждающе смотрит!

Полина была ходячим воплощением тревожного расстройства. Она хромала после неудачного падения с дивана (никто так и не понял, как это произошло), но отказываться от приключений не смела, боясь пропустить самое интересное.

– Не ной, – Олеся, стоявшая рядом, выглядела на удивление спокойной, хотя в ее глазах горел странный огонек. – Соня обещала, что здесь будет «жесткий контакт». Если меня не привяжут к стулу и не заставят страдать, я потребую возврат денег.

– Ты странная, – Лера вздохнула. – Но я ценю твою честность.

Дверь перед ними со скрипом отворилась, и из темноты высунулась костлявая рука, приглашая внутрь. Запахло сыростью, дешевым парфюмом и чем-то, что Полина немедленно идентифицировала как «запах неминуемой гибели».

– Проходите, красавицы, – раздался хриплый голос из динамиков. – Сегодня вы узнаете, что такое настоящий страх... и истинное наслаждение.

– О, эротика пошла, – прокомментировала Соня, подталкивая подруг в темноту. – Полина, не ори заранее, мы еще даже порог не переступили!

– А-а-а-а! – Полина все-таки взвизгнула, когда ее трость застряла в дверном проеме. – Он меня держит! Дверь меня ест!

– Это просто косяк, Поля, – Лера закатила глаза, помогая подруге освободиться. – Соберись. Мы умные женщины. Мы выше этого.

Они оказались в комнате, залитой красным светом. Повсюду висели цепи, а в центре стоял огромный кожаный диван, подозрительно напоминающий реквизит из фильмов категории «18+». Внезапно свет погас, и послышался топот тяжелых сапог.

– Кто здесь?! – Соня встала в боевую стойку, несмотря на то, что макушкой едва доставала до груди воображаемого противника.

– Я ваш ночной кошмар! – из темноты выскочил актер в маске свиньи и кожаном фартуке на голое тело. В руках он держал вибрирующую бензопилу (без цепи, но звук был убедительным).

– А-А-А-А-А! – Полина подпрыгнула на месте, вцепилась в шею Леры и начала карабкаться по ней, как испуганная коала. – У него свиное рыло! Он сделает из нас бекон!

– Полина, слезь с меня, ты мне сонную артерию пережмешь! – прохрипела Лера, пытаясь удержать равновесие.

Актер, явно не ожидавший такой реакции, замер. Он подошел ближе к Олесе, намереваясь ее напугать, но та лишь сделала шаг навстречу.

– Слушай, Свинни, – Олеся прищурилась, рассматривая мускулистую грудь актера. – А ты сегодня ноги мыл?

Актер замялся, бензопила в его руках как-то неуверенно чихнула и заглохла.

– Чего? – прохрипел он, выходя из образа.

– Ноги, говорю, чистые? – повторила Олеся, облизнув губы. – У меня пунктик. Если ты сейчас меня схватишь и потащишь в «пыточную», я надеюсь, там будет на что посмотреть... в районе щиколоток.

– Э-э-э... – актер сделал шаг назад. – Девушка, у нас по сценарию я вас пугаю, вы кричите, потом я вас разделяю по комнатам...

– Никаких разделений! – Соня вышла вперед, грозно тыча пальцем в сторону «свиньи». – Мы банда! Если хочешь забрать одну, забирай всех! И вообще, почему у тебя фартук такой грязный? Это не гигиенично. Лера, скажи ему.

– Согласно СанПиНу и здравому смыслу, – начала Лера, поправляя очки и все еще удерживая на себе полуобморочную Полину, – использование необработанных поверхностей в местах массового скопления людей ведет к распространению грибка. Так что, господин Свин, либо вы ведете нас к следующей загадке, либо я пишу отзыв о нарушении санитарных норм.

Актер, кажется, был близок к тому, чтобы самому закричать и убежать к маме. Но работа есть работа. Он внезапно схватил Олесю за руку и потащил в сторону потайной двери.

– На помощь! Похищение! – закричала Полина, размахивая тростью и случайно попав актеру по колену.

– Ай! – взвыл «монстр». – Блин, девчонки, ну вы чего?

– Ой, извини! – Полина тут же сменила гнев на милость. – Давай поцелую, чтобы не болело? Или подожди, у меня в сумочке есть антисептик и пластырь с котиками!

– Не надо пластыря! – прорычал актер, снова входя в образ. – Идите в следующую комнату, грешницы! Там вас ждет Судья!

Они ввалились в следующее помещение, которое выглядело как сюрреалистичный зал суда: вместо кресел — унитазы, вместо трибуны — барная стойка. За стойкой сидел человек в судейской мантии, надетый поверх латексного костюма.

– Привет, девчонки, – Судья подмигнул им. – Чтобы пройти дальше, вы должны признаться в своих самых грязных желаниях. Или съесть по ложке этого... «адского варева».

Он пододвинул к ним миску с чем-то подозрительно коричневым и липким.

– Это нутелла с горчицей, – Лера мгновенно определила состав по запаху. – Абсурдный выбор. С точки зрения гастрономии — это преступление, с точки зрения квеста — дешевый трюк.

– А можно без еды? – Олеся уже вовсю рассматривала Судью. – Слышь, Судья, а сними-ка сапоги.

– Что? – Судья поперхнулся воздухом.

– У нее фетиш, – пояснила Соня, усаживаясь на один из унитазов-кресел. – Она обожает пальцы на ногах. Если они у тебя красивые, мы пройдем этот уровень за пять минут. Если нет — Лера начнет пересказывать тебе налоговый кодекс, и ты сам вскроешься.

– Я не шучу, – Лера открыла рот, готовая цитировать статьи. – Глава первая, объект налогообложения...

– Ладно, ладно! – Судья в ужасе замахал руками. – Только не налоги! Девушка, которая с тростью, иди сюда. Ты выглядишь самой нормальной.

– Я?! – Полина задрожала так, что трость застучала по полу чечетку. – Нет! Я не хочу! Соня, спаси меня!

– Иди, Поля, – Соня подтолкнула ее. – Ты у нас мозг, когда не орешь. Реши его загадку, и пойдем искать выход. Тут где-то должен быть бар, я чувствую запах текилы.

Полина, всхлипывая, подошла к Судье. Тот наклонился к ее уху и прошептал:

– Что общего у любви и у этого квеста?

Полина замерла. Ее глаза расширились. Она посмотрела на подруг, потом на Судью, потом на свою трость.

– И там, и там в конце будет больно, и никто не вернет деньги за потраченное время? – робко предположила она.

Судья на секунду задумался.

– Вообще-то ответ был «и то, и другое — полная задница», но твой вариант мне нравится больше. Проходите.

Они двинулись дальше через узкий лаз. Соня ползла первой, за ней Лера, пытающаяся не испачкать светлые брюки, затем Полина, которая застревала тростью в каждом выступе, и замыкала шествие Олеся.

– Ой! – вскрикнула Полина. – Кто-то трогает меня за пятку!

– Это я, – отозвалась Олеся из темноты. – Проверяю текстуру. Поля, у тебя отличный педикюр, но кожа суховата. Тебе нужно сменить крем.

– Олеся, сейчас не время для бьюти-советов! – рявкнула Соня. – Мы в канализации!

– Это не канализация, это декорации из папье-маше, – отозвалась Лера. – Судя по звуку, за этой стеной находится вентилятор.

Они выбрались в просторный зал, имитирующий спальню в викторианском стиле, но с явным уклоном в БДСМ. Повсюду были красные подушки, наручники, прикованные к кроватям, и... огромная коллекция резиновых уточек в косухах.

– О боже, какие милашки! – Полина забыла про страх и кинулась к уточками. – Смотрите, у этой даже есть маленькая плеточка!

В этот момент из шкафа выскочил еще один актер. На этот раз это был «Маньяк-Дворецкий». Он был в маске клоуна, но в безупречном смокинге.

– Время чая! – закричал он, размахивая подносом, на котором лежали фаллоимитаторы, раскрашенные под пасхальные яйца. – Кто хочет добавки?

– Так, это уже перебор, – Соня сложила руки на груди. – Слушай, Дворецкий, нам нужен ключ от выхода. Мы здесь уже сорок минут, у меня Полина скоро в обморок упадет, а Олеся начнет нападать на твой персонал с целью раздевания.

– Ключ у меня в кармане, – Дворецкий принял пафосную позу. – Но чтобы его получить, вы должны победить меня в честном бою!

– В честном? – Лера поправила очки. – Нас четверо, ты один. Полина, дай сюда трость.

– Моего единорожку? – Полина прижала трость к груди. – Он не для насилия!

– Поля, это для дела, – Лера решительно отобрала «оружие». – Соня, берешь его слева. Олеся, ты... ну, ты знаешь, что делать.

– С радостью! – Олеся уже присматривалась к ботинкам Дворецкого.

Экшен начался внезапно. Соня, несмотря на свой рост, оказалась на удивление прыткой: она запрыгнула Дворецкому на спину и закрыла ему глаза ладонями.

– Угадай, кто! – весело закричала она.

Лера, используя трость как фехтовальную шпагу, ловко ткнула актера в бок, лишая его равновесия.

– С точки зрения физики, рычаг — великая вещь! – провозгласила она.

– А-А-А-А-А! – Полина просто бегала кругами и визжала, создавая шумовую завесу, от которой у бедного «маньяка» заложило уши.

Олеся же, как настоящий хищник, припала к полу. Когда актер пошатнулся и упал на одно колено, она мгновенно оказалась рядом и начала расшнуровывать его ботинок.

– Нет! Только не ноги! – закричал Дворецкий. – У меня там дырка на носке! Это не по сценарию! Помогите!

– Поздно, милый, – промурлыкала Олеся, стаскивая правый ботинок. – Ты сам сказал — время чая. А у меня как раз жажда.

Через пять минут актер лежал на ковре, тяжело дыша и прикрывая босые ноги подушками. Ключ был у Сони.

– Это был лучший квест в моей жизни, – констатировала Соня, открывая массивную дубовую дверь, ведущую к выходу.

– Я чуть не умерла семь раз, – всхлипнула Полина, забирая свою трость обратно. – Лера, ты видела? Он хотел меня отравить яйцами-дилдо! Это же психологическая травма!

– Зато ты перестала хромать, когда бегала от него, – заметила Лера, выходя на свежий воздух. – Адреналин творит чудеса с твоей нервной системой.

– Девочки, – Олеся вышла последней, выглядя абсолютно счастливой. – У него на большом пальце была татуировка в виде смайлика. Это было так концептуально.

Они стояли на ночной улице, растрепанные, потные, но необъяснимо довольные.

– Ну что, – Соня посмотрела на подруг. – На следующей неделе идем на «Психбольницу с элементами каннибализма»? Говорят, там актеры кусаются.

– Только если они перед этим почистят зубы, – отрезала Лера.

– А-А-А-А-А! – запоздало вскрикнула Полина, увидев свою тень. – Она за мной следит!

– Пошли уже, горе луковое, – засмеялась Соня, обнимая подругу за плечи. – Я угощаю всех вином. Нам нужно смыть этот абсурд чем-то крепким.

Четверо подруг скрылись в свете уличных фонарей, и только эхо истеричного смеха Полины еще долго разносилось над спящим городом. Квест был пройден, но жизнь, как известно, — это самый странный хоррор из всех возможных.