Боль и страдания

Вечерний Париж медленно погружался в сумерки, окрашивая улицы в глубокие фиолетовые тона. Адриан Агрест, уставший после очередной многочасовой фотосессии, шел к ожидавшей его машине. На мгновение он задержался, чтобы вдохнуть прохладный воздух, радуясь редкой минуте одиночества — его телохранитель отошел буквально на пару минут, чтобы ответить на важный звонок от Габриэля.

Эта минутная заминка стала роковой.

Из тени подворотни бесшумно вынырнули две фигуры. Адриан даже не успел обернуться, как сильная, пахнущая табаком и дешевым одеколоном рука намертво зажала ему рот.

– Тихо, красавчик, не дергайся, – прохрипел грубый голос над самым ухом.

Прежде чем парень успел трансформироваться или хотя бы вскрикнуть, его рывком затащили в припаркованный неподалеку фургон с заляпанными грязью номерами. Дверь захлопнулась с глухим стуком, отрезая его от привычного мира огней и роскоши.

Внутри было темно и тесно. Адриана повалили на грязный пол. Пока один из похитителей, которого звали Виктор, быстро запрыгнул на водительское сиденье и завел мотор, второй — массивный мужчина по имени Артур — навалился на юношу всем телом.

– Ну что, папенькин сынок, приплыл? – Артур оскалился, доставая моток прочной веревки.

Адриан отчаянно брыкался, пытаясь высвободить руки, но захват был стальным. Его запястья стянули так туго, что кожа мгновенно онемела. Следом за ними в ход пошли ноги. Финальным штрихом стал широкий кусок липкого скотча, который Артур грубо налепил на рот Адриана, заглушая его протестующее мычание.

Машина тронулась, подпрыгивая на кочках. Артур уселся рядом с пленником, не сводя с него жадного взгляда. Он протянул руку и начал медленно, с каким-то пугающим наслаждением поглаживать Адриана по щеке, спускаясь к шее.

– Посмотри на него, Виктор, – приторно протянул Артур. – Кожа нежная, как шелк. Сразу видно, что этот цветочек в жизни ничего тяжелее расчески не держал.

– Уверен, что у милого папиного сыночка найдется время на нищий народ, – донесся с переднего сиденья издевательский смех Виктора. – Мы просто немного с ним поиграем, пока старик Агрест будет пересчитывать свои миллионы для выкупа.

Артур наклонился ниже, обдавая лицо Адриана зловонным дыханием.

– Мы покажем тебе, как живет настоящий Париж, малыш. Тебе понравится наша гостеприимность.

Адриан зажмурился, чувствуя, как внутри нарастает холодный ужас. Без Плагга, который остался в сумке, брошенной на тротуаре во время похищения, он был совершенно беззащитен.

Фургон остановился спустя бесконечные сорок минут. Адриана грубо вытащили из машины и потащили внутрь огромного, полуразрушенного склада на окраине промышленной зоны. Внутри пахло сыростью, жженой резиной и старым металлом. В центре помещения лежал старый, засаленный матрас — единственное подобие мебели.

Его бросили на этот матрас, и Артур одним резким движением сорвал скотч с его губ. Адриан судорожно глотнул воздух, пытаясь прийти в себя.

– Пожалуйста... – голос Адриана дрожал, но он старался сохранять остатки достоинства. – Мой отец даст вам любые деньги. Просто отпустите меня.

– Деньги будут потом, – Артур опустился перед ним на колени, его глаза лихорадочно блестели. – А сейчас я хочу посмотреть, из чего сделаны эти модели с обложек. Здесь нас никто не услышит, кричи сколько влезет.

Он придвинулся вплотную, игнорируя попытки Адриана отстраниться. Артур схватил его за подбородок, заставляя смотреть на себя, и начал тереться своим лицом о лицо парня, словно помечая территорию. Его язык бесцеремонно и грубо ворвался в рот Адриана, подавляя любой протест. Юношу захлестнула волна тошноты, он пытался отвернуться, но Виктор подошел сзади и крепко зафиксировал его голову.

– Не брыкайся, – прошептал Виктор. – Будет только больнее.

С треском рвущейся ткани дорогая футболка Адриана превратилась в лохмотья. Его бледная, идеальная кожа в свете единственной тусклой лампочки казалась почти прозрачной. Похитители жадно уставились на свою добычу.

– Какая прелесть, – выдохнул Артур, склоняясь к груди Адриана.

Он начал покрывать его торс влажными поцелуями, уделяя внимание каждой частице тела. Адриан содрогался от отвращения, когда почувствовал, как горячий язык проходится по его соскам, а затем Артур начал их грубо сосать, оставляя на коже яркие, багровые засосы.

– Смотри, как он дрожит, – хмыкнул Виктор, поглаживая бедро пленника. – Совсем не такой смелый, как на плакатах.

Адриан чувствовал себя сломанной куклой. Слезы застилали глаза, когда его перевернули на бок. Грубые руки стащили с него штаны вместе с бельем, полностью оголяя его. Прохладный воздух склада обжег кожу, но куда больнее были сальные взгляды мужчин.

– Ого, – Артур присвистнул, – посмотрите на эту попку. Идеальная, округлая... Прямо просится, чтобы ее наказали.

Раздался звонкий шлепок. Адриан вскрикнул, когда на его ягодице расцвело красное пятно. Мужчины начали пошло хвалить его тело, сопровождая слова новыми шлепками и прикосновениями.

– Давай, Виктор, подготовим его, – скомандовал Артур.

Они склонились над ним, и Адриан почувствовал унизительное прикосновение языков. Похитители облизывали его, не скрывая своего животного вожделения. В какой-то момент один из них смачно плюнул, растирая слюну пальцами.

– Сейчас мы тебя растянем, золотой мальчик, – прошептал Виктор.

Первый палец проник внутрь, заставляя Адриана выгнуться дугой и закусить губу до крови. Следом пошел второй, затем третий. Боль была резкой, ослепляющей, смешанной с абсолютным отчаянием. Похитители дразнили его, нашептывая на ухо грязные комплименты о том, какой он тесный и как им не терпится войти по-настоящему.

– Пора, – хрипло произнес Артур, расстегивая свою ширинку.

Мир для Адриана окончательно рухнул в бездну боли и унижения, когда грубая сила окончательно сломила его сопротивление. На заброшенном складе, среди теней и пыли, сияющий образ кумира Парижа был растоптан теми, кто не знал жалости.