Внучка

Пыль на съемочной площадке «Неудержимых» казалась вечной. Она оседала на тяжелых ботинках, забивалась в складки тактической формы и смешивалась с запахом пороха, дешевого кофе и мужского пота. Но сегодня в этом суровом мужском царстве царила атмосфера, далекая от сценария боевика.

В центре площадки Дольф Лундгрен, похожий на ожившую скалу, мерно приседал. На его могучих плечах, удобно устроившись и обхватив его шею руками, сидела Крис Сталлоне. На ней были широкие спортивные штаны, едва удерживающиеся на бедрах, и короткий топ, открывающий подтянутый живот. Волосы были собраны в небрежный узел, а на лице сияла та самая дерзкая улыбка, которая заставляла Сильвестра Сталлоне одновременно гордиться и хвататься за сердце.

– Двадцать восемь... двадцать девять... – Крис громко считала, подначивая гиганта. – Давай, Дольф! Моя бабушка приседает быстрее, когда идет за почтой!

Лундгрен лишь кряхтел, его лицо покраснело, но он продолжал движение. Остальные «Неудержимые» – Рэнди Кутюр, Терри Крюс и сам Слай – стояли неподалеку, посмеиваясь. Крис была душой их компании, их общим талисманом и одновременно головной болью. Внучка Сталлоне унаследовала от деда не только стальной характер, но и абсолютное отсутствие страха перед авторитетами.

– Тридцать! – Крис спрыгнула на землю с грацией кошки и победно вскинула руки. – Ты официально признан пригодным для службы в моей личной гвардии, Дольф.

– Спасибо, босс, – выдохнул Лундгрен, вытирая пот со лба полотенцем. – В следующий раз спорим на деньги, а не на мою поясницу.

Слай, стоявший чуть поодаль с сигарой в зубах, довольно прищурился. Он любил эту девчонку больше жизни. Крис была воплощением той энергии, которую он когда-то вкладывал в своих героев. И он прекрасно видел, что не только он один не может отвести от нее глаз.

Джейсон Стейтем стоял у операторского крана, прислонившись спиной к металлической опоре. Его взгляд, холодный и сосредоточенный, был прикован к Крис. Он не улыбался, не шутил, как остальные. Он просто наблюдал. В его глазах читалось нечто такое, что заставило бы любого другого мужчину отступить, но Крис это только забавляло.

Она чувствовала этот взгляд кожей. Стейтем был для нее загадкой, которую хотелось разгадать, или, вернее, крепостью, которую хотелось взять штурмом.

– Эй, Джейсон! – Крис направилась к нему, вызывающе покачивая бедрами. – Дольф уже сдал нормативы. Твоя очередь. Сделаешь пятьдесят со мной на плечах?

Стейтем медленно перевел взгляд с ее лица на ее босые ступни, а затем снова в глаза. Его лицо оставалось непроницаемым.

– Я здесь, чтобы сниматься в кино, Крис, а не работать аттракционом, – голос его прозвучал глухо и ровно.

– Ой, да ладно тебе! – Крис подошла вплотную, так что он мог почувствовать аромат ее духов – смесь цитруса и чего-то острого. – Неужели великий перевозчик боится, что у него колени хрустнут?

– Мои колени в полном порядке, – отрезал Джейсон, скрестив руки на груди.

– Тогда в чем проблема? – Она прищурилась, в ее глазах заплясали опасные огоньки. – Или ты просто боишься проиграть девчонке?

– Крис, оставь его, – подал голос Слай из своего кресла, хотя в его тоне слышалось явное подначивание. – Джейсон бережет силы для финальной сцены.

– Да нет, дедуль, – Крис обернулась к Сталлоне, а затем снова посмотрела на Стейтема, чеканя каждое слово. – Просто наш британец, кажется, окончательно превратился в старичка. Песочек не сыплется еще, Джейс? Может, тебе принести кресло-качалку и плед?

На площадке воцарилась тишина. Даже Терри Крюс перестал жевать свой протеиновый батончик. Назвать Стейтема «старичком» было равносильно тому, чтобы бросить спичку в бочку с бензином.

Джейсон медленно оттолкнулся от опоры. Его челюсть сжалась так, что заиграли желваки. Он сделал шаг вперед, вторгаясь в личное пространство Крис. Девушка не шелохнулась, лишь выше задрала подбородок.

– Старичок, значит? – переспросил он почти шепотом, но этот шепот был опаснее крика.

– Именно, – выдохнула она ему в самые губы. – Слишком серьезный, слишком правильный... скучный.

Стейтем внезапно усмехнулся – коротко и хищно.

– Слай, ты не против, если я преподам твоей внучке урок манер? – спросил он, не сводя глаз с девушки.

Сталлоне выпустил облако дыма и пожал плечами.

– Только не сломай ее, Джейсон. Она мне еще нужна для походов по магазинам.

Стейтем внезапно, одним резким движением, подхватил Крис под талию и перекинул через плечо, как мешок с мукой.

– Эй! – взвизгнула она, ударив его кулаками по спине. – Поставь меня! Это не считается за приседания!

– Мы не будем приседать, Крис, – Джейсон уверенно зашагал в сторону пустующих декораций старого склада, где сегодня не планировалось съемок. – Мы проверим твою выносливость в другом месте.

– Стейтем, ты труп! – кричала Крис, болтая ногами в воздухе. – Дед, сделай что-нибудь!

– Развлекайтесь, дети! – донеслось им вслед веселое напутствие Сталлоне.

Джейсон занес ее в прохладное здание склада и ногой захлопнул тяжелую дверь, отсекая шум площадки. Он поставил ее на ноги, но не отпустил, удерживая за локти.

– Значит, я старичок? – он прижал ее к стене, нависая сверху.

Крис тяжело дышала, ее щеки горели, а в глазах вместо злости светился азарт. Она знала, что перегнула палку, но именно этого и добивалась.

– А разве нет? – она вызывающе улыбнулась. – Ты весь такой из себя крутой, а за два месяца съемок даже не решился пригласить меня на ужин. Только смотрел из угла, как побитый пес.

– Я смотрел на тебя не как пес, – Джейсон сократил расстояние до минимума, так что их носы соприкоснулись. – И ты это прекрасно знаешь.

– Докажи, – прошептала она.

Стейтем не заставил себя ждать. Его поцелуй был таким же, как и он сам – резким, властным и лишающим воли. Крис ответила с той же страстью, запуская пальцы в его короткую щетину на затылке. Это была не нежность, это была битва двух характеров, столкновение двух стихий.

Когда он отстранился, чтобы перевести дыхание, Крис выглядела слегка ошеломленной, но победоносной.

– Ну... для старичка неплохо, – выдавила она, пытаясь восстановить ритм сердца.

– Это была только разминка, – Джейсон чуть отступил, его взгляд потеплел, но в нем все еще горело обещание. – Завтра в семь я заезжаю за тобой. И надень что-нибудь, кроме этих штанов. Мы идем в место, где не приседают с Дольфом Лундгреном.

– Это свидание? – Крис выпрямилась, поправляя топ.

– Это капитуляция, – Стейтем направился к выходу, но у самой двери обернулся. – И Крис? Если еще раз назовешь меня старичком при парнях – я выпорю тебя прямо на глазах у деда.

– Попробуй, – бросила она ему в спину.

Джейсон вышел на солнце, щурясь от яркого света. Слай стоял на том же месте, внимательно изучая сценарий, но когда Стейтем прошел мимо, старый актер негромко произнес:

– У нее характер хуже, чем у меня в лучшие годы, Джейсон. Ты уверен, что справишься?

Стейтем остановился и посмотрел на Сталлоне. На его лице впервые за день появилась настоящая, открытая улыбка.

– Знаешь, Слай, я всегда любил сложные задачи.

– Тогда удачи, – хмыкнул Сталлоне. – Она тебе понадобится. Потому что если ты ее обидишь, мне придется вспомнить всё, чему меня учил Микки в «Рокки».

– Договорились, – кивнул Джейсон и зашагал к своему трейлеру.

Через минуту из склада вышла Крис. Она выглядела так, будто только что выиграла джекпот в Лас-Вегасе. Она подошла к деду и обняла его за плечи.

– Ну что, старик, – весело сказала она. – Кажется, у нас в семье скоро прибавится британского акцента.

Слай только покачал головой, пряча улыбку. Он знал Джейсона много лет и знал, что за внешней суровостью скрывается человек, на которого можно положиться. А Крис... Крис просто нашла того, кто был достаточно безумен, чтобы не испугаться ее фамилии и ее нрава.

Съемки продолжались. Впереди были взрывы, погони и драки, но для двух людей на этой площадке главный экшен только начинался. И этот сценарий они собирались писать сами.