Призраки прошлого

Двадцать лет — это срок, достаточный для того, чтобы стереть из памяти черты лица случайного знакомого, но слишком ничтожный, чтобы заглушить крик собственной совести. Сон Джин Ву, Монарх Теней, человек, перед которым трепетали демоны и преклонялись сильнейшие охотники мира, чувствовал себя в ловушке. Его жизнь напоминала безупречно выстроенную декорацию: дорогая одежда, статус национального героя, красавица-жена Ча Хэ Ин и сын Сухо, подающий огромные надежды.

Но внутри этой декорации гулял ледяной сквозняк.

Они шли по центральному парку Сеула. Хэ Ин, как всегда безупречная, держала его под руку, но Джин Ву не чувствовал тепла. Для неё он был трофеем, символом абсолютной власти и биологического совершенства. Она любила блеск его ранга «S», но никогда не пыталась заглянуть в бездну его глаз, где таились тени прошлого. Сухо шёл чуть поодаль, уткнувшись в телефон, отгороженный от родителей невидимой стеной равнодушия. В их доме не было смеха — только вежливые фразы и холодный расчёт.

Джин Ву прикрыл глаза, и на мгновение перед ним всплыл образ Юми.

Юми. Девушка, которая любила его, когда он был «Самым слабым охотником человечества». Она перевязывала его раны в дешёвых съёмных комнатах, плакала вместе с ним, когда исчез его отец, и держала за руку у кровати погружённой в вечный сон матери. Она любила Джин Ву, а не Монарха Теней.

А потом он всё разрушил. Сила изменила его, сделала высокомерным и слепым. Тот день, двадцать лет назад, выжжен в его памяти калёным железом. Стоны в спальне, предательство с Хэ Ин, и тихий хлопок входной двери, который он тогда едва заметил, опьянённый собственной значимостью. Юми ушла, не оставив ни записки, ни проклятий. Просто исчезла, забрав с собой ту часть его души, которая ещё умела чувствовать.

– Джин Ву, ты меня вообще слушаешь? – Голос Хэ Ин вырвал его из оцепенения. – Я говорю, что нам нужно заказать столик в «Гранд Инчхон» на годовщину. Приедут репортёры, это важно для имиджа.

– Делай, как считаешь нужным, – глухо отозвался он, даже не повернув головы.

– Вечно ты в своих мыслях, – раздражённо бросила она, поправляя воротник пальто. – Словно тебя здесь и нет.

В этот момент толпа гуляющих людей расступилась, и навстречу им вышел парень.

Джин Ву замер. Его чувства, обострённые до предела десятилетиями битв в подземельях, взвыли, как сирена. Теневые солдаты в его тени зашевелились, почуяв нечто невероятное.

Парень выглядел лет на двадцать. Высокий, широкоплечий, в чёрной толстовке с накинутым капюшоном, из-под которого выбивались иссиня-чёрные пряди волос. В ушах — наушники, в глазах — холодное спокойствие. Но не это заставило сердце Джин Ву пропустить удар.

Лицо. Это было лицо Юми, но с его, Джин Ву, чертами. Те же пронзительно-голубые глаза, которые казались светящимися на фоне бледной кожи. На шее парня виднелась аккуратная татуировка в виде крыла, а в ушах поблёскивал металл серёг.

Парень шёл уверенно, не глядя по сторонам. Он прошёл мимо семьи Сон, едва не задев плечом Джин Ву.

В этот миг воздух вокруг них словно загустел. Джин Ву почувствовал мощный всплеск магической энергии, исходящий от юноши. Это была не просто сила — это был знакомый резонанс. Его собственная кровь отозвалась на присутствие этого незнакомца.

– Стой, – не осознавая, что делает, произнёс Джин Ву. Его голос прозвучал как приказ, от которого подкашивались ноги у обычных людей.

Парень остановился. Медленно, с ленивой грацией, он снял один наушник и обернулся.

– Вы что-то хотели? – Голос юноши был глубоким, с едва заметной хрипотцой.

Джин Ву смотрел на него и не мог дышать. Каждая черточка, каждый изгиб губ напоминал о той, кого он предал. Перед ним стояло живое воплощение его самого большого греха и его самой большой потери.

– Как тебя зовут? – спросил Джин Ву, делая шаг вперёд.

Хэ Ин недоуменно нахмурилась, переводя взгляд с мужа на незнакомца. Сухо тоже поднял голову от телефона, почувствовав странное напряжение, повисшее в воздухе.

– Юкио, – ответил парень, прищурив голубые глаза. – Или просто Юки. Мы знакомы?

– Юкио... – Джин Ву пробовал это имя на вкус. – Юми... Твою мать зовут Юми?

Лицо парня мгновенно изменилось. Расслабленная поза сменилась боевой готовностью. Его аура вспыхнула тёмно-фиолетовым пламенем, настолько мощным, что Хэ Ин невольно отступила на шаг, прикрыв собой Сухо.

– Откуда ты знаешь имя моей матери, охотник S-ранга? – В голосе Юкио зазвучала сталь. – И какое тебе до неё дело?

Джин Ву почувствовал, как земля уходит из-под ног. Двадцать лет. Юми ушла беременной. Она носила его ребёнка, когда застала его с другой. Она растила его одна, скрываясь от всего мира, пока он строил свою «идеальную» и пустую жизнь.

– Я... – Джин Ву запнулся. Величайший правитель теней не находил слов. – Где она? Юкио, где твоя мать?

Юноша усмехнулся, и в этой усмешке было столько горечи и презрения, что Джин Ву захотелось закричать.

– Она там, где ты никогда её не найдёшь, – отрезал Юкио. – Она достаточно настрадалась из-за воспоминаний о «великом герое». Оставь нас в покое.

– Джин Ву, о чём он говорит? – вмешалась Хэ Ин, её голос дрожал от гнева и непонимания. – Кто эта женщина? Кто этот мальчишка?

Юкио перевёл взгляд на Хэ Ин, и та вздрогнула. В его глазах не было ненависти, только холодное, бесконечное безразличие.

– Так вот ты какая, – тихо произнёс он. – Та, ради которой он выбросил свою жизнь на помойку. Мама говорила, что ты красивая. Но она забыла упомянуть, что ты пустая.

– Как ты смеешь! – вскрикнула Хэ Ин, её рука потянулась к невидимому мечу.

– Хватит! – Рявкнул Джин Ву, и его тень мгновенно накрыла половину парка, заставляя птиц замолкнуть, а людей в ужасе разбегаться. – Хэ Ин, замолчи.

Он снова повернулся к сыну. Да, он не сомневался — это был его сын. Сила, бурлившая в жилах Юкио, была идентична его собственной, но смягчённая чем-то человеческим, чем-то, что принадлежало Юми.

– Юкио, послушай, – Джин Ву попытался смягчить тон. – Я совершил ошибку. Огромную ошибку. Я не знал о тебе. Если бы я только мог всё исправить...

– Исправить? – Юкио рассмеялся, и этот смех был полон боли. – Ты хочешь исправить двадцать лет её одиночества? Хочешь исправить те ночи, когда она плакала, думая, что я не слышу? Ты хочешь исправить то, что я рос, зная: мой отец — величайший герой, которому плевать на нас?

– Я не знал! – почти выкрикнул Джин Ву.

– Потому что не искал! – Юкио сделал шаг навстречу, и их ауры столкнулись, высекая искры магического напряжения. – Тебе было удобно верить, что она просто ушла. Тебе было удобно греться в лучах славы с этой женщиной. А теперь, когда ты увидел живое напоминание о своей трусости, ты хочешь «исправить»?

Сухо, всё это время молча наблюдавший за сценой, вдруг вышел вперёд. Он смотрел на Юкио с нескрываемым любопытством и странным чувством родства.

– Значит, ты — мой брат? – спросил он тихо.

Юкио посмотрел на него, и его взгляд немного смягчился.

– По крови — возможно. Но у нас разные миры, парень. Твой мир — это золото и фальшь. Мой мир — это правда, какой бы горькой она ни была.

Юкио надел наушник обратно и развернулся, чтобы уйти.

– Юкио! – Джин Ву протянул руку, но не посмел коснуться его. – Где она? Пожалуйста. Я просто хочу увидеть её.

Парень остановился, не оборачиваясь.

– Она не хочет тебя видеть, Сон Джин Ву. Для неё ты умер в тот день, когда она закрыла дверь вашей квартиры. И для меня ты тоже мёртв.

Юкио зашагал прочь, быстро растворяясь в толпе. Джин Ву стоял посреди парка, окружённый своей «идеальной» семьёй, которая в одну секунду превратилась в пепел. Хэ Ин что-то кричала, требуя объяснений, Сухо смотрел вслед ушедшему брату с немым вопросом в глазах, а Монарх Теней впервые в жизни чувствовал, что его сила абсолютно бесполезна.

Он мог победить богов, мог повернуть вспять легионы нежити, но он не мог вернуть взгляд Юми и прощение сына, которого он никогда не знал.

– Игрис, – прошептал он в пустоту.

Из тени беззвучно поднялся верный рыцарь.

– Мой лорд?

– Следуй за ним. Не приближайся. Просто... узнай, где они живут.

Джин Ву посмотрел на свои руки. Они были в крови тысяч врагов, но сейчас они дрожали. Охота началась, но в этот раз добычей была его собственная искупленная душа. И он знал, что эта битва будет самой сложной в его жизни.