Макс и вероника

Мистик-Фоллс всегда был городом секретов, но Максим был ходячим секретом, который даже древние вампиры не могли до конца разгадать. Он сидел на подоконнике в особняке Сальваторе, залитый лунным светом, и его смазливое лицо выражало крайнюю степень концентрации. Максим был тем типом парня, на которого оборачивались девушки, пока он не открывал рот или не начинал совершать свои странные ритуалы.

– Слушай, Деймон, я тебе клянусь, вчера я в одиночку затащил катку в Фортнайт против целого сквада оборотней, – вдохновенно врал Максим, не отрывая взгляда от экрана телефона.

Деймон Сальваторе, стоявший у бара с бокалом бурбона, лишь закатил глаза. Он привык к «воздуханству» этого парня. Максим мог пообещать достать лунный камень из кармана джинсов, а в итоге достать оттуда только скомканный фантик и кучу оправданий.

– Ты врешь так же часто, как дышишь, Макс, – лениво отозвался Деймон. – И убери палец из носа, это выглядит не так аристократично, как тебе кажется.

Максим замер, его палец действительно совершал глубокие археологические раскопки в ноздре. Он ничуть не смутился, вытер руку о штаны и вдруг интенсивно почесал пятую точку.

– Это не то, что ты думаешь, – буркнул Максим, запуская руку под пояс джинсов, чтобы извлечь некую досадную «баребуху», которая мешала ему сосредоточиться на строительстве башни в игре. – Это... это аллергия на вербену. Очень редкий симптом.

Стефан, вошедший в гостиную, тяжело вздохнул. Он искренне не понимал, как этот парень вообще оказался в их компании. Максим был другом детства Елены, и хотя он был абсолютно бесполезен в бою против Клауса, его присутствие почему-то разряжало обстановку.

– Максим, нам нужно обсудить план, – произнес Стефан, стараясь не смотреть на то, как парень продолжает копошиться у себя в штанах. – Аларик говорит, что в лесу видели странную активность.

– Да-да, план, – Максим спрыгнул с подоконника, при этом из его кармана выпала пачка чипсов. – Я в деле. Я вчера как раз выучил новый мув в Фортнайте, могу применить его в реальности. Я практически ассасин, если вы не знали. Мой дед служил в спецназе... на Марсе.

– Хватит нести чушь, – отрезал Деймон, но в его голосе не было злости, скорее привычное раздражение.

Отношения Максима с этой компанией были странными. Когда-то он и Кэролайн пытались встречаться — еще до того, как она стала вампиром. Это было недолгое, нелепое время, которое закончилось тем, что Максим «забыл» прийти на свидание, потому что «спасал мир от инопланетного вторжения» (на самом деле он просто заигрался в приставку). Они расстались как старые бывшие, сохранив ту странную смесь неловкости и теплоты, которая бывает только у людей, знающих друг о друге слишком много постыдных подробностей.

Вечером того же дня, когда туман окутал Мистик-Фоллс, Максим столкнулся с Кэролайн у Мистик-Гриль. Она выглядела безупречно, как и всегда, в то время как Максим пытался незаметно поправить трусы, которые снова предательски скатались в те самые пресловутые баребухи.

– Опять чешешься? – Кэролайн сложила руки на груди, выгнув бровь. – Макс, мы не виделись неделю, и первое, что я вижу — это твои маневры в районе копчика.

– Кэр, радость моя! – Максим тут же расплылся в своей самой обаятельной и фальшивой улыбке. – Я просто проверял, не подкинули ли мне жучок люди из Совета. Ты же знаешь, за мной следят. Я слишком много знаю о поставках вербены в Макдоналдс.

– Ты неисправим, – она вздохнула, но в ее глазах промелькнула искра симпатии. – Пойдем пройдемся. Мне нужно отвлечься от драмы с Клаусом и Тайлером.

Они пошли по темной аллее парка. Максим продолжал вдохновенно врать о том, как он почти стал гибридом, но вовремя отказался, потому что у него «непереносимость собачьей шерсти». Кэролайн слушала его вполоборота, иногда посмеиваясь. В этом и была магия Максима — его ложь была настолько нелепой, что становилась почти искусством.

– Знаешь, – вдруг тихо сказала Кэролайн, остановившись у старого дуба. – Иногда я скучаю по тому времени, когда мы были парой. Всё было... проще. Ты врал про оценки, а не про древних вампиров.

Максим замер. Он перестал ковыряться в носу и даже на секунду забыл про Фортнайт. Его смазливое лицо вдруг стало серьезным, что случалось раз в високосный год.

– Я тогда не врал про одно, – произнес он, глядя ей прямо в глаза. – Мне реально нравилось, как ты пахнешь вербеной... Ой, нет, тогда ты ею не пахла. Цветами какими-то.

– Это был кондиционер для белья, дурачок, – Кэролайн сделала шаг ближе.

В этот момент Максим почувствовал непреодолимое желание почесать спину, но он сдержался. Это был момент истины. Старые чувства, которые они похоронили под слоями бытовых ссор и вампирских разборок, начали прорастать снова.

– Кэр, я, конечно, могу сказать, что я сейчас богат и у меня есть замок в Шотландии, – начал Максим, понизив голос. – Но правда в том, что у меня в кармане только двадцать долларов и не доигранный матч. Но если ты хочешь... мы могли бы попробовать снова. Без всей этой лжи.

Кэролайн внимательно посмотрела на него. Она видела его насквозь: его нелепые привычки, его вечное бахвальство, его неумение вести себя в приличном обществе. Но в этом городе монстров Максим был чем-то настоящим, хоть и состоял наполовину из выдумок.

– Без лжи, Макс? – переспитала она. – Совсем?

Максим замялся, его рука непроизвольно дернулась к карману, где лежал телефон с запущенным Фортнайтом.

– Ну... на девяносто процентов, – честно признался он. – Десять процентов я оставлю на экстренные случаи, когда нужно будет объяснить, почему я опять потратил все деньги на скины.

Кэролайн рассмеялась. Этот смех был тем самым звуком, который заставлял Максима чувствовать себя героем, даже если он просто стоял посреди леса и чесал попу.

– Ладно, – она подошла вплотную и поправила ему воротник куртки. – Но если я еще раз увижу, как ты достаешь баребухи при Елене, я тебя лично запру в подвале Сальваторе.

– Договорились! – радостно воскликнул Максим и тут же добавил: – Кстати, а ты знала, что Стефан на самом деле мой фанат в ТикТоке? Он просто стесняется признаться.

– Макс! – предупреждающе воскликнула Кэролайн.

– Молчу-молчу, – он примирительно поднял руки.

Они пошли дальше, держась за руки. В ту ночь Мистик-Фоллс казался чуть менее мрачным. Бывшие влюбленные, ставшие друзьями, снова превращались в пару — самую странную, нелепую и невозможную пару в истории города.

Максим шел рядом с Кэролайн, чувствуя себя королем мира. В его голове уже созревал план, как он расскажет Деймону, что Кэролайн вернулась к нему, потому что он победил в дуэли на мечах самого Клауса. Но глядя на улыбку Кэр, он решил, что, возможно, сегодня он придержит эту историю при себе.

Хотя бы на ближайшие пять минут.

– Слушай, Кэр, – вдруг прервал он тишину. – А у тебя нет лишней салфетки? А то я, кажется, нашел там кое-что... ну, ты поняла.

Кэролайн только закрыла глаза рукой и тяжело вздохнула. Да, это определенно была любовь. Странная, пахнущая Фортнайтом и приправленная бесконечным враньем, но самая что ни на есть настоящая.