Тарн лс херы

Тарн наблюдал за развертыванием своей маленькой армии с холодным, почти академическим интересом. На экранах «Мирной Тирании» мелькали кадры с нашлемных камер: хаотичное движение, рывки, помехи от статического электричества атмосферы. Для обычного наблюдателя это был хаос, но для Тарна — начальные такты сложной фуги. Он чувствовал ритм этой миссии, слышал, как пульсирует энергия в жилах его подчиненных, и это доставляло ему почти физическое удовольствие.

Его пальцы, длинные и изящные, несмотря на мощь конструкции, едва заметно выстукивали по подлокотнику кресла сложный размер. Это была старая кантилена времен раннего Золотого Века, мелодия, которую он часто связывал с идеей неизбежности. Глядя на то, как Траблмейкер совершает свое нелепое сальто, Тарн лишь слегка сузил оптику. Юношеская энергия — полезный ресурс, если уметь направлять её в нужное русло.

Внимание лидера переключилось на Азуру. Предакон был воплощением первобытной грации, хищником, чьи инстинкты были отточены миллионами лет эволюции и кибернетических улучшений. Когда гигантский зверь двинулся вперед, Тарн почувствовал мимолетный укол зависти к этой простоте бытия. Азуре не нужно было цитировать Мегатрона, чтобы оправдать свою жестокость. Он был жестокостью в чистом виде.

Связь зашипела, передавая голос Траблмейкера из глубин дренажного канала.

– Командир, если связь не прервется, сможете направить нас? Если есть короткий путь до цели, будет замечательно.

Тарн медленно выпрямился. Его фигура в полумраке капитанского мостика казалась высеченной из обсидиана, а фиолетовое свечение грудных пластин пульсировало в такт его ровному искробиению. Он активировал тактическую карту, наложив на неё чертежи вражеского объекта, полученные разведкой.

– Твое нетерпение понятно, Траблмейкер, но помни: кратчайший путь не всегда ведет к триумфу, – голос Тарна лился в эфире подобно густому, темному маслу. – Однако в данном случае время — это валюта, которую мы не можем тратить впустую.

Он вывел данные на передатчик группы. В этот момент Азура, не дожидаясь остальных, первым втиснулся в зев канала. Его когти скрежетали по металлу, высекая искры, которые на мгновение озаряли сырые стены коллектора. Предакон двигался уверенно, ведомый лишь ему одному понятным чутьем. Когда перед ним возникла первая развилка — темный перекресток, пахнущий застоявшимся топливом и ржавчиной, — зверь даже не замедлил шаг. С глухим рыком он свернул направо, исчезая в узком туннеле, где его сегментированный хвост еще долго высекал искры о стены.

Тарн наблюдал за этим через сенсоры Скорвекса и Небельтраумы. Он знал, куда ведет тот путь — в технические отсеки, где мощь Азуры станет идеальным инструментом для создания паники. Но основной группе требовалось иное направление.

– Группа «Альфа», внимание, – произнес Тарн, и в его голосе прорезались властные нотки дирижера, требующего внимания оркестра. – Игнорируйте маневр Азуры. Его путь — это путь хаоса, ваш — путь хирургической точности. На развилке поверните налево. Идите до самого конца, не отвлекаясь на боковые ответвления.

Он сделал паузу, позволяя весу своих слов осесть в сознании подчиненных.

– Там вы найдете вертикальную шахту снабжения. Это прямая артерия к энергоузлу. Идите твердо, но тихо. Помните, мы не просто солдаты. Мы — воля Мегатрона, воплощенная в металле. Каждое ваше движение должно быть наполнено смыслом.

Тарн отключил общую трансляцию и на мгновение прикрыл оптику. В голове всплыла цитата из «Книги Десептиконов», которую он так любил: «Порядок рождается из крови тех, кто не смог осознать величие цели».

Его собственная зависимость напомнила о себе легким тремором в пальцах. Ядерный реактор внутри него требовал подпитки, требовал новой порции энергии, чтобы сдерживать безумие, всегда таящееся за маской. Тарн знал, что если миссия затянется, жажда насилия может возобладать над его стратегическим гением. Но пока... пока музыка была стройной.

Он снова посмотрел на монитор, где Москит уже заняла позицию в небе. Она была его глазами, его невидимым кинжалом, занесенным над головами ничего не подозревающих врагов.

– Азура уже начал свою партию, – прошептал Тарн самому себе, не включая микрофон. – Слышите ли вы её, маленькие автоботы? Это реквием по вашей уверенности.

На экране было видно, как Траблмейкер и остальные последовали его указанию, сворачивая в левый туннель. Темнота поглотила их, оставляя лишь сигналы маячков на тактической карте.

Тарн откинулся на спинку кресла, сложив пальцы домиком. Двуствольная пушка за его спиной тихо лязгнула, настраивая систему охлаждения. Он был готов ждать. Он был готов направлять. И если потребуется, он был готов лично спуститься вниз, чтобы завершить эту симфонию финальным, сокрушительным аккордом.

– Идите, мои верные инструменты, – негромко произнес он, и фиолетовый свет его маски на мгновение вспыхнул ярче. – Покажите им, что значит истинная преданность делу.

В глубинах дренажной системы Азура продолжал свой путь направо, его рычание вибрировало в стенах, предвещая скорую бурю. А группа Траблмейкера, следуя указаниям своего лидера, углублялась в левый коридор, приближаясь к сердцу вражеской цитадели. Все шло согласно партитуре, написанной Тарном. И он не собирался допускать ни одной фальшивой ноты.