Опытный дедктив Ман поехал на очередное преступление но не ожидал там увидеть судмедэксперт который занимается раскрытиемд дел Дина который обожает трупы шип Ман/Дин. Ман влюбится первым

Промозглый утренний туман окутывал заброшенный складской район так плотно, что свет полицейских мигалок казался расплывчатыми неоновыми пятнами. Ман Сейфер, потирая затекшую шею, вышел из своей машины. Ему было двадцать четыре, и за два года службы в детективном отделе он видел достаточно грязи, чтобы перестать удивляться человеческой жестокости. Поправив козырек черной кепки, он пригладил выбившуюся из хвоста прядь каштановых волос и направился к оцеплению.

На его серой футболке красовался «удивительный» смайлик — нелепая деталь для места убийства, но Ман всегда считал, что капля абсурда помогает не сойти с ума.

– Опять бытовуха, Сейфер? – окликнул его патрульный у входа.

– Надеюсь, что нет, – буркнул Ман, перешагивая через желтую ленту. – Скука убивает хуже пуль.

Внутри склада пахло сыростью, ржавчиной и тем самым специфическим сладковатым запахом, который ни с чем не спутает ни один коп. Но к этому запаху примешивалось что-то еще. Резкий, почти стерильный аромат антисептика.

В центре помещения, под единственной работающей лампой, кипела работа. Но внимание Мана сразу привлек не труп, а человек, склонившийся над ним.

Это был парень, на вид совсем юный, почти подросток, если бы не осанка и пугающая сосредоточенность. Его черные с синим отливом волосы были растрепаны, а на переносице поблескивали белые очки в толстой оправе. На нем был надет белый лабораторный халат поверх черной кофты с высоким горлом, скрывающей шею.

Ман подошел ближе, и его взгляд замер на лице незнакомца. Через всю щеку парня тянулся старый, бледный шрам, резко контрастирующий с его бледной кожей.

– Вы кто еще такой? – спросил Ман, остановившись в паре шагов. – Где старик Гилберт?

Парень не обернулся. Он продолжал водить скальпелем по одежде жертвы с хирургической точностью.

– Гилберт на пенсии уже два дня, детектив, – голос парня был тихим, но удивительно четким, с какой-то странной, пугающей хрипотцой. – Я Дин. Ваш новый судмедэксперт.

Дин наконец выпрямился и повернулся к Ману. Детектив невольно сглотнул. Ростом парень был едва ли выше ста пятидесяти восьми сантиметров — Ман со своими 185 сантиметрами чувствовал себя рядом с ним настоящим великаном. Но в этих ярко-голубых глазах за стеклами очков было столько холодной уверенности, что Ману стало не по себе.

– Дин, значит? – Ман попытался вернуть себе самообладание и засунул руки в карманы джинсов. – И сколько тебе лет, парень? Выглядишь так, будто тебе еще пиво не продают.

– Мне двадцать два, – Дин слегка принюхался, его ноздри едва заметно дрогнули. – А от вас пахнет дешевым кофе, старой кожей салона вашей машины и... лавандовым ополаскивателем для белья. Марка «Scent-Free», верно?

Ман замер, приоткрыв рот.

– Как ты...

– Слух и обоняние, – Дин равнодушно пожал плечами и снова повернулся к телу. – Помогают в работе. Например, я слышу, как в стене за этим стеллажом скребется крыса, у которой повреждена задняя лапа. И я чувствую, что наш покойник перед смертью ел миндальное печенье. Горькое. С цианидом.

Дин произнес слово «цианид» с таким упоением, будто говорил о любимом десерте. Он наклонился к самому лицу трупа, почти касаясь его своим носом.

– Посмотри на него, детектив, – прошептал Дин, и в его голосе прорезался восторг. – Какая чистота линий. Яды — это искусство. Никакой крови, никаких ошметков. Только тихая остановка сердца и этот прекрасный синюшный оттенок кожи.

Ман почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он видел много судмедэкспертов, но этот парень... он буквально наслаждался процессом. В его движениях не было брезгливости, только искреннее, почти детское любопытство.

– Ты любишь свою работу, я вижу, – осторожно заметил Ман, подходя ближе.

– Я люблю вскрывать их, – поправил Дин, не отрывая взгляда от тела. – Снаружи люди скучные. А внутри... внутри у каждого своя история. Свои секреты. Труп никогда не лжет.

Ман посмотрел на шрам на щеке Дина. В голове всплыли обрывки старого дела, о котором он слышал в участке. Пожар. Шестилетний мальчик, который видел, как его родители сгорели заживо. Выживший ребенок и его старшая сестра Рита.

«Так это он», – пронеслось в голове у Мана.

Детектив почувствовал, как что-то внутри него дрогнуло. Не жалость — Дин явно не нуждался в жалости. Это было странное, тягучее чувство интереса, смешанное с необъяснимым влечением. Было в этом маленьком, странном человеке в белом халате что-то магнетическое.

– И что еще ты можешь сказать, Дин? – Ман подошел вплотную, так что теперь он мог видеть отражение своих зеленых глаз в очках парня.

Дин замер. Он медленно поднял голову, и Ман заметил, как расширились его зрачки.

– У вас учащенное сердцебиение, детектив Сейфер, – Дин слегка наклонил голову набок. – Сто восемь ударов в минуту. Вы чем-то взволнованы? Или это реакция на запах разложения?

– Возможно, меня просто впечатлил твой профессионализм, – Ман едва заметно улыбнулся, сам не понимая, зачем он заигрывает с этим странным парнем на месте преступления.

Дин прищурился. Он сделал шаг к Ману, вторгаясь в его личное пространство. Детектив почувствовал запах стерильности и чего-то еще... едва уловимого аромата черничного чая.

– Вы лжете, – мягко сказал Дин. – Сердцебиение участилось еще сильнее. И ваши зрачки... они реагируют на меня.

Ман почувствовал, как краска заливает его лицо. Он, опытный детектив, который раскалывал самых матерых преступников, сейчас стоял перед этим «недоросликом» и не знал, куда деть руки.

– Слушай, Дин... – начал было Ман, но парень вдруг резко отстранился.

– Рита скоро приедет за мной, – бросил он, возвращаясь к своим инструментам. – Она не любит, когда я задерживаюсь на «свиданиях» с мертвецами. Но это дело интересное. Я заберу его в морг. Приходите через три часа, я покажу вам его печень. Она должна быть изумительного цвета.

Дин снова погрузился в работу, полностью игнорируя присутствие детектива. Ман стоял и смотрел, как тонкие пальцы в латексных перчатках ловко орудуют скальпелем. Серые джинсы, поношенные кеды, огромный белый халат, который был ему явно велик...

– Я приду, – тихо сказал Ман, поправляя кепку. – Обязательно приду.

Он направился к выходу, чувствуя на себе воображаемый взгляд голубых глаз. На улице туман начал рассеиваться, но в голове у Мана всё стало еще более запутанным.

– Черт возьми, Сейфер, – прошептал он себе под нос, садясь в машину. – Тебе нравятся нормальные девушки, помнишь? А не маленькие гении, которые в восторге от цвета печени.

Но, нажимая на газ, он уже знал, что эти три часа до встречи в морге покажутся ему вечностью. Он никогда не верил в любовь с первого взгляда, но Дин Винчестер не был похож ни на кого, кого он встречал раньше. Он был загадкой, которую Ману захотелось разгадать больше, чем любое самое сложное убийство.

А в это время на заброшенном складе Дин на мгновение перестал работать. Он прикрыл глаза и глубоко вдохнул воздух, в котором еще витал запах одеколона Мана.

– Мускус и хвойный лес, – прошептал Дин, едва заметно улыбаясь шрамом. – Интересный экземпляр. Очень интересный.

Он снова принялся за вскрытие, но его движения стали чуть более порывистыми. Впервые за долгое время живой человек заинтересовал его больше, чем те, кто уже не мог ответить на его вопросы.