Трах

В тот вечер на побережье бушевал шторм. Молнии разрезали свинцовое небо, а шум прибоя заглушал любые звуки, кроме тех, что доносились из уютного дома Соника. Внутри было тепло и сухо, но воздух казался наэлектризованным — и дело было вовсе не в погоде.

Соник метался по комнате, не в силах найти себе место. Внутри него разгорался пожар, который не могли потушить ни морские брызги, ни привычный бег. Его взгляд то и дело возвращался к Шедоу, который с невозмутимым видом сидел на диване, сложив руки на груди. Темная фигура ежа в полумраке гостиной выглядела особенно притягательно. Соник чувствовал, как желание скручивает его изнутри, делая дыхание прерывистым и тяжелым.

Наконец, не выдержав, синий еж подошел ближе. Он остановился прямо перед Шедоу, глядя на него затуманенным взглядом.

– Шедоу... – прошептал он, едва сдерживая дрожь в голосе. – Трахни меня, пожалуйста... Папочка, накажи меня.

Шедоу медленно поднял взгляд. На его губах заиграла опасная, хищная ухмылка, а в алых глазах вспыхнул огонь, который он больше не собирался скрывать.

– Вот как? – Шедоу чуть откинулся на спинку дивана и вальяжно раздвинул ноги. – Ты действительно этого хочешь, Соник? Что ж, я согласен. Но только если ты сначала хорошенько отсосешь мне. Приступай.

Соник сглотнул, чувствуя, как сердце пустилось вскачь. Он опустился на колени между коленей Шедоу, его руки слегка дрожали, когда он потянулся к застежке на его шортах. Когда плоть Шедоу — внушительная, горячая и уже полностью готовая к действию — оказалась на свободе, Соник невольно издал тихий стон.

Он начал медленно, обводя кончиком языка головку, пробуя Шедоу на вкус. Тот в ответ лишь сильнее вжался в диван, его пальцы впились в мягкую обивку. Соник взял его в рот, стараясь захватить как можно глубже. Он двигался ритмично, лаская языком каждый сантиметр, уделяя внимание уздечке и не забывая про яички.

– Мх-мх... – Шедоу запрокинул голову, из его груди вырвался низкий, гортанный стон. – Да, Соник... именно так. Продолжай.

Синий еж старался изо всех сил. Он слышал, как дыхание Шедоу становится все более рваным, как он буквально кайфует от его действий. Соник чувствовал себя победителем, видя, как этот вечно холодный и неприступный еж плавится под его губами.

В какой-то момент Шедоу резко подался вперед, хватая Соника за иглы и направляя его движения.

– Я сейчас... – прохрипел он.

Через мгновение Шедоу содрогнулся всем телом. Соник почувствовал, как горячая, густая струя ударила ему в горло. Он не отстранился, принимая всё до последней капли, глотая семя, которое казалось ему самым сладким нектаром на свете.

Шедоу тяжело дышал, глядя на Соника, у которого по подбородку стекала белая капля. Но в его глазах не было жалости — только нарастающая похоть.

– Это было неплохо, – Шедоу резко поднялся, подхватывая Соника на руки, словно тот ничего не весил. – Но я обещал тебе наказание. И я намерен сдержать слово.

Он потащил Соника в спальню, ногой распахивая дверь. Бросив синего ежа на кровать, Шедоу навис над ним, придавливая своим весом. Соник смотрел на него снизу вверх, ах ах, тяжело дыша и предвкушая то, что последует дальше.

Шедоу не стал тратить время на прелюдии. Он грубо развел ноги Соника, закидывая их себе на плечи.

– Сейчас ты узнаешь, что бывает с теми, кто так нагло выпрашивает порку, – прошептал он прямо в ухо Сонику, прикусывая мочку. – Я собираюсь вытрахать из тебя всю эту дурь. Ты будешь умолять меня остановиться, но я не закончу, пока не заполню тебя до краев.

Без лишних слов Шедоу вошел в него одним мощным толчком. Соник вскрикнул, выгибаясь в спине, его пальцы впились в простыни. Это было больно и одновременно невероятно приятно.

– О боже, Шедоу! – выдохнул Соник, задыхаясь.

– Молчи и принимай, – Шедоу начал двигаться, задавая жесткий, беспощадный темп. – Ты ведь этого хотел? Чтобы я взял тебя как последнюю шлюху? Смотри на меня, Соник.

Он вбивался в него снова и снова, каждый толчок заставлял кровать жалобно скрипеть. Шедоу не скупился на грязные слова, описывая всё, что он делает с телом Соника, как он растягивает его и как глубоко заходит.

– Ты такой узкий, – рычал Шедоу, не сбавляя темпа. – И такой горячий. Мой маленький герой... сейчас ты просто моя подстилка. Тебе нравится, когда я так глубоко? Нравится чувствовать, как я рву тебя изнутри?

– Да... да! – Соник мотал головой, его глаза закатывались от наслаждения. – Еще, пожалуйста, еще!

Комната наполнилась звуками шлепков плоти о плоть и сбивчивыми стонами. Шедоу был неутомим. Он менял позы, заставляя Соника стоять на четвереньках, вжимая его лицом в подушки, а затем снова переворачивая на спину, чтобы видеть его искаженное экстазом лицо.

Наконец, когда оба были на пределе, Шедоу ускорился до предела. Его движения стали резкими, почти судорожными.

– Я кончаю... Соник, я сейчас... всё в тебя... – прорычал он.

С последним, самым глубоким толчком Шедоу замер, изливаясь внутрь Соника. Он чувствовал, как его семя заливает нутро синего ежа, наполняя его теплом. Соник в этот же момент содрогнулся в мощном оргазме, даже не касаясь себя, его тело обмякло под тяжестью Шедоу.

Несколько минут они лежали в полной тишине, слыша только шум дождя за окном и собственное тяжелое дыхание. Шедоу медленно отстранился, глядя на то, как из Соника вытекают остатки его удовольствия.

– Надеюсь, ты получил свое наказание, – негромко произнес Шедоу, ложась рядом и притягивая тяжело дышащего ежа к себе.

– Это было... лучшее наказание в моей жизни, – прошептал Соник, закрывая глаза и прижимаясь к теплому боку Шедоу.

Шторм на улице продолжал бушевать, но здесь, в спальне, наконец воцарился покой. По крайней мере, до следующего раза.