Врач

Лето медленно, но верно подходило к концу, уступая место прохладной осени. Для Феликса это означало одно: возвращение в университет. Хотя он и любил учебу, предвкушение нового семестра всегда сопровождалось легким волнением. Впрочем, в этом году волнение оказалось гораздо сильнее обычного. Дело в том, что всех студентов обязали пройти полный медицинский осмотр.

Феликс, как и большинство его сверстников, не видел в этом ничего особенного. Ну, сдаст кровь, пройдет флюорографию, поболтает с терапевтом – обычная рутина. Именно с такими мыслями он и отправился в университетскую поликлинику. В регистратуре ему выдали стопку направлений, и Феликс, не глядя, сунул их в карман, предвкушая, как быстро отделается от этой обязанности.

Однако когда настал день осмотра, и он, наконец, вытащил листок с записью к врачу, его глаза округлились. «Уролог». Слово это прозвучало в его голове как гром среди ясного неба. Уролог? Он? Феликс никогда в жизни не был у уролога и, честно говоря, надеялся, что и не будет. Для него это казалось чем-то… унизительным. Личным. Он почувствовал, как к щекам приливает жар.

Но отступать было некуда. Направление есть, и не явиться – значит навлечь на себя гнев деканата. С глубоким вздохом Феликс отправился на поиски нужного кабинета. Коридоры поликлиники были полны студентов, но все они, казалось, шли к другим специалистам. Ему казалось, что каждый взгляд прохожего прикован к его спине, словно все знали, куда он направляется.

Найдя заветную дверь с табличкой «Уролог», Феликс задержал дыхание. Его сердце колотилось как сумасшедшее. Он поднял руку, чтобы постучать, но медлил. Что он будет там делать? Что будет спрашивать врач? От одной мысли о предстоящем осмотре его бросало в дрожь.

Наконец, собрав всю свою волю в кулак, он робко постучал.

— Войдите! — раздался изнутри приятный мужской голос.

Феликс осторожно открыл дверь и заглянул внутрь. Кабинет был светлым и чистым, без устрашающих инструментов, которые он себе представлял. За столом сидел молодой мужчина в белом халате. И, к удивлению Феликса, он был невероятно красив. Темные волосы аккуратно уложены, проницательный взгляд, легкая улыбка на губах.

— Здравствуйте, — сказал врач, жестом приглашая Феликса сесть на стул напротив. — Присаживайтесь.

Феликс, чувствуя себя еще более неловко под пристальным взглядом такого привлекательного человека, кивнул и опустился на стул.

— Феликс Ли? — уточнил врач, глядя в его медицинскую карту.

— Да, это я, — пробормотал Феликс, стараясь не смотреть врачу в глаза.

— Меня зовут Хёнджин. Я ваш уролог на сегодня.

Хёнджин. Имя тоже было красивым. Феликс почувствовал, как его щеки снова начинают гореть.

— Итак, Феликс, — начал Хёнджин, откладывая карту в сторону. — Расскажите, что вас беспокоит? Есть какие-то жалобы?

Феликс растерялся. Жалобы? Он сюда пришел по принуждению!

— Эм… нет, никаких жалоб, — пролепетал он. — Я просто… на медосмотр. От университета.

Хёнджин кивнул, его улыбка стала чуть шире, словно он прекрасно понимал замешательство Феликса.

— Понятно. Ну, в таком случае, будем проводить плановый осмотр. Для начала, несколько вопросов.

И Хёнджин начал задавать вопросы. О его образе жизни, привычках, общем самочувствии. Феликс отвечал односложно, стараясь не краснеть при каждой формулировке. Он чувствовал себя ужасно неловко, отвечая на вопросы о своих интимных привычках, даже если они были сформулированы максимально деликатно. Он лишь поддакивал, надеясь, что на этом все и закончится. Что врач просто запишет что-то в карту и отпустит его.

Но его надежды быстро развеялись.

— Хорошо, Феликс, — сказал Хёнджин, закрывая папку. — Теперь перейдем к осмотру.

Сердце Феликса пропустило удар.

— Ложитесь на кушетку, — продолжил Хёнджин, указывая на медицинскую кушетку в углу кабинета. — И, пожалуйста, полностью снимите низ.

У Феликса перехватило дыхание. Снять низ? Полностью? Прямо здесь? Перед этим красивым врачом? Его лицо вспыхнуло, словно его окунули в кипяток. Это было… это было слишком. Унизительно.

— Что? — выдавил он из себя.

— Для полноценного осмотра необходимо, чтобы вы были без одежды ниже пояса, — спокойно повторил Хёнджин, словно это была самая обычная вещь в мире. — Не волнуйтесь, это стандартная процедура.

Феликс чувствовал, как его бросает в жар и холод одновременно. Он нехотя поднялся со стула и подошел к кушетке. Его руки дрожали, когда он расстегивал ремень джинсов. Каждый его жест казался невероятно медленным и мучительным. Джинсы упали на пол, за ними последовало нижнее белье. Он остался стоять, голый ниже пояса, чувствуя себя невероятно уязвимым.

— Ложитесь на спину, — проинструктировал Хёнджин.

Феликс лег на кушетку. Она была такой же, как в кабинете гинеколога, с двумя специальными подставками для ног. Он сглотнул, когда Хёнджин жестом указал ему положить ноги на эти подставки. Феликс послушался, и его ноги максимально раздвинулись, выставляя все напоказ. Он чувствовал себя абсолютно обнаженным, его интимные части были широко раскрыты. Он закрыл глаза, пытаясь отстраниться от происходящего.

Хёнджин тем временем надел латексные перчатки. Шуршание латекса заставило Феликса вздрогнуть.

— Сейчас я проведу пальпацию, — спокойно сказал врач, и Феликс почувствовал прикосновение.

Холодные пальцы Хёнджина начали ощупывать его член. Феликс вздрогнул. Это было… странно. И невероятно смущающе. Он чувствовал, как его лицо горит, и ему приходилось изо всех сил сдерживать стоны, которые норовили вырваться наружу при каждом прикосновении. Пальцы Хёнджина были умелыми и уверенными, но от этого не становилось легче. Феликс сжимал зубы, пытаясь сосредоточиться на чем угодно, только не на том, что происходит. Он чувствовал себя объектом, а не человеком.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Хёнджин закончил пальпацию. Феликс выдохнул, думая, что на этом все закончится. Он уже начал мысленно одеваться.

— Хорошо, — сказал Хёнджин. — Теперь нам нужно проверить простату.

Феликс замер. Простату? Это означало…

— Для этого вам нужно будет лечь на кушетку животом вниз, — продолжил Хёнджин, словно читая его мысли. — И ноги оставьте на тех же подставках, чтобы они оставались раздвинутыми.

У Феликса перехватило дыхание. Животом вниз? С ногами на подставках? Это было… это было еще более унизительно, чем все предыдущее. Он почувствовал, как к глазам подступают слезы от стыда. Он не мог поверить, что это происходит с ним.

Но выбора не было. Скрепя сердце, Феликс перевернулся на живот. Его член прижался к прохладной, слегка липкой поверхности кушетки. Он почувствовал, как его ягодицы приподнимаются, а ноги остаются широко раздвинутыми на подставках. Он был полностью без низа, его зад был выставлен напоказ. Он лежал так, ожидая неизбежного, чувствуя себя абсолютно беспомощным и униженным.

Хёнджин снова надел перчатки. Феликс услышал шуршание упаковки, а затем почувствовал, как на его кожу ложится холодная, скользкая смазка. Он вздрогнул.

— Расслабьтесь, Феликс, — мягко сказал Хёнджин. — Постарайтесь дышать глубоко.

Но как он мог расслабиться в такой ситуации? Он чувствовал, как его тело напряжено до предела.

И вот, Феликс почувствовал давление. Затем, легкое, но настойчивое проникновение. Один палец Хёнджина вошел в него.

Из горла Феликса вырвался тихий, невольный стон. Он тут же прикусил губу, сгорая от стыда. Он не должен был издавать никаких звуков! Это было слишком!

Слезы навернулись на его глаза, но он старался сдержать их. Унижение было невыносимым. Какой-то человек, которого он видит впервые в жизни, сует ему пальцы в зад! Это было просто… невообразимо.

Хёнджин осторожно двигал пальцем внутри Феликса, ощупывая простату. Каждое движение было невероятно интимным, и Феликс чувствовал, как его тело реагирует на это. Он пытался сопротивляться, но его мышцы были слишком напряжены.

Вдруг, Хёнджин слегка надавил. И это было… это было совершенно неожиданно. Феликс почувствовал резкое, но приятное ощущение, пробежавшее по всему телу. Из его горла вырвался громкий, невольный стон. Он тут же прикрыл рот рукой, его лицо горело. Он почувствовал, как его член слегка напрягся.

Хёнджин вынул палец. Феликс лежал, тяжело дыша, сжимая рот рукой, его глаза были закрыты. Он чувствовал, как его сердце колотится, а кровь приливает к лицу.

— Что вы почувствовали? — спокойно спросил Хёнджин. В его голосе не было ни осуждения, ни насмешки, только профессиональное любопытство.

Феликс опустил руку и медленно открыл глаза. Он посмотрел на Хёнджина, его взгляд был смущенным и растерянным.

— Я… я почувствовал… приятно, — прошептал Феликс, чувствуя, как его щеки снова вспыхивают. Он хотел провалиться сквозь землю. Сказать такое врачу! Это было просто ужасно.

Хёнджин кивнул.

— Понятно. Это вполне нормальная реакция. Мы проверяли вашу простату, и я надавил на так называемую точку G. У некоторых мужчин это может вызывать стимуляцию.

Феликс молчал, его мозг пытался переварить услышанное. Точка G? Стимуляция? Он чувствовал себя одновременно смущенным и… немного любопытным. Он никогда не думал, что такое возможно.

— Все в порядке, Феликс, — сказал Хёнджин, снимая перчатки и выбрасывая их в мусорное ведро. — Осмотр закончен. Можете одеваться.

Феликс быстро перевернулся, стараясь максимально быстро подняться с кушетки и натянуть одежду. Его руки все еще дрожали. Он чувствовал себя полностью опустошенным и в то же время странно возбужденным.

Пока он одевался, Хёнджин что-то записывал в его медицинскую карту.

— Итак, Феликс, — сказал Хёнджин, когда Феликс наконец застегнул джинсы. — По результатам осмотра, все у вас в норме. Никаких отклонений не обнаружено.

Феликс кивнул, все еще не в состоянии произнести что-либо членораздельное.

— Если у вас возникнут какие-либо вопросы или беспокойства в будущем, не стесняйтесь обращаться, — добавил Хёнджин, протягивая Феликсу его медицинскую карту.

Феликс взял карту, его пальцы слегка коснулись пальцев Хёнджина. Он почувствовал легкий электрический разряд.

— Спасибо, — пробормотал он, стараясь как можно быстрее покинуть кабинет.

Он вышел в коридор, чувствуя себя так, словно только что пробежал марафон. Его сердце все еще колотилось, а щеки горели. Он прошел мимо других студентов, не обращая на них внимания, его мысли были полностью поглощены произошедшим.

Этот визит к урологу оставил в нем неизгладимое впечатление. Он был унижен, смущен, но в то же время, в глубине души, он чувствовал что-то… новое. Что-то, что он не мог объяснить. И, к своему собственному удивлению, он поймал себя на мысли, что образ красивого врача Хёнджина крепко засел в его голове.