Дружба

Две пары глаз, совершенно разные по выражению, но одинаково внимательные, встретились над чашками с дымящимся кофе. На часах было семь утра, за окном только-только начинал брезжить рассвет, окрашивая небо в нежные пастельные тона. Леша Середа, чемпион по прыжкам в воду, с растрепанными волосами и легкой улыбкой, отпил глоток, прищурившись. Его сосед, Леша Волков, студент-прикладник, уже успел привести себя в полный порядок, его движения были точны и выверены, даже когда он просто помешивал сахар в своей чашке.

– Ну что, математик, готов к новым испытаниям? – игриво подмигнул Середа, его голос был бодр и полон энергии, несмотря на ранний час.

Волков хмыкнул, подняв взгляд. – Смотря к каким. Если ты опять задумал учить меня прыгать с десятиметровой вышки, то я, пожалуй, пас. Моя задница до сих пор помнит твою педагогику.

На лице Середы расцвела широкая улыбка. – А, ну это было… особенное занятие. Зато теперь ты знаешь, что такое настоящий спортивный азарт, да? И что такое не выполнять нормативы.

Волков пожал плечами, на его губах тоже появилась легкая улыбка. – Я бы сказал, что я знаю, что такое синяки цвета индиго. Но да, азарт был. И обещание реванша.

Они действительно съехались случайно. Общая знакомая, которая сдавала свою двухкомнатную квартиру, как-то умудрилась свести их вместе. Леша Середа искал жилье поближе к бассейну, где он тренировался, а Леша Волков – к университету. Оба Леши, оба молодые, амбициозные, но такие разные. Середа – воплощение стихии воды, движения, энергии. Волков – воплощение логики, расчёта, порядка. И именно эта разница, как оказалось, и стала катализатором их странной, но крепкой дружбы.

Началось все, конечно, с бассейна. Середа, узнав, что его новый сосед абсолютно не умеет плавать и тем более прыгать, загорелся идеей "ликбеза". Он был уверен, что каждый человек должен уметь красиво и правильно входить в воду. Волков, с его аналитическим складом ума, поначалу отнесся к этому как к очередной задаче, которую нужно решить. Он внимательно слушал инструкции, пытался повторить движения, но вода, кажется, не хотела подчиняться его логике.

Первые занятия были полны смеха и брызг. Середа терпеливо объяснял, показывал, а Волков, пытаясь выполнить хоть что-то похожее на "солдатиков", постоянно плюхался животом или спиной, вызывая у чемпиона приступы хохота. Но Середа был упрям. Он верил, что сможет научить кого угодно. И вот, когда после очередной неудачной попытки Волков, весь мокрый и разочарованный, вылез из воды, Середа, весь светясь от предвкушения, произнес:

– Ладно, математик, сегодня у нас будет показательный урок. Не справишься – будет наказание. Спортивное.

Волков, еще не до конца понимая, что его ждет, лишь хмыкнул. Он думал, что это будет отжимания или что-то в этом духе. Но Середа, с его неистощимой фантазией, придумал нечто иное.

Когда Волков в очередной раз не смог выполнить норматив – то есть, хоть как-то прилично войти в воду с тумбы – Середа, с торжествующим видом, схватил полотенце. Волков наблюдал за ним с легким недоумением. Чемпион опустил полотенце в бассейн, хорошенько его намочил, затем скрутил в тугой жгут.

– Ну что, Леша, готов к уроку анатомии? – просиял Середа, его глаза блестели озорным огоньком.

Волков почувствовал легкое беспокойство. – Э-э, а что ты собираешься делать?

Середа не ответил, лишь улыбнулся загадочно. Он подошел к Волкову, который стоял на краю бассейна в одних плавках, и, не дав ему опомниться, резко замахнулся и ударил мокрым полотенцем по его ягодицам.

– Ай! – вырвалось у Волкова. Он подпрыгнул от неожиданности и боли.

Середа, наслаждаясь произведенным эффектом, повторил удар. И еще раз. И еще. Каждый удар был хлестким, оставляя на коже красные полосы. Волков сначала пытался увернуться, потом просто смирился, стиснув зубы. Это было больно, непривычно больно, но в то же время, в этом было что-то абсурдно-веселое, учитывая, кто его наказывал и за что.

Когда Середа наконец закончил свою "педагогическую" экзекуцию, Волков, тяжело дыша, стянул плавки. То, что он увидел, заставило его присвистнуть. Его задница была расцвечена всеми оттенками красного, синего и даже фиолетового. Настоящие синяки цвета индиго.

Середа, наблюдая за ним, не смог сдержать смеха. – Ну что, теперь запомнишь, как надо прыгать?

Волков медленно повернулся к нему, его глаза горели. – Запомню. И запомню, кто меня так "учил". Это был самый запоминающийся урок в моей жизни. Но… это еще не конец.

Именно тогда, стоя в раздевалке бассейна, с покрасневшей от полотенца задницей, Волков и бросил Середе вызов. – Я тебе это припомню. И реванш будет. На моей территории.

Середа с интересом поднял бровь. – О, а это уже интригует. На твоей территории – это где? В библиотеке? В лаборатории?

– Увидишь, – загадочно ответил Волков, натягивая джинсы. Боль от полотенца была еще свежа, но в его голосе уже звучали нотки предвкушения.

С тех пор прошло несколько недель. Синяки давно сошли, но память о них осталась. И обещание реванша тоже.

Сегодняшнее утро было началом этого реванша.

– Итак, математик, каков твой план мести? – Середа отставил пустую чашку. Он был готов к чему угодно, от интеллектуальной дуэли до марафона по решению задач.

Волков допил свой кофе, затем поставил чашку на стол. – Мой план прост. Ты говоришь, что умеешь прыгать в воду. А я говорю, что умею считать. И сегодня ты узнаешь, что такое настоящая математика.

Середа рассмеялся. – О, ты хочешь меня заставить решать уравнения? Ну, это будет не так весело, как мои прыжки.

– Не только уравнения, – Волков поднялся из-за стола и направился в свою комнату. – Сегодня ты узнаешь, что такое логика, алгоритмы, дискретная математика. И, конечно же, решим несколько головоломок. За каждую ошибку – наказание.

Середа почувствовал легкое волнение. Он был чемпионом в воде, но в мире чисел и формул чувствовал себя, как рыба на суше. – Наказание? Какое?

Волков вернулся с толстой книгой по высшей математике и стопкой листков. На его лице играла хитрая улыбка. – Увидишь. Но поверь мне, это будет не менее… запоминающимся, чем твои полотенечные экзекуции.

Они расположились за большим столом в гостиной. Волков разложил перед Середой листы с задачами. Некоторые из них выглядели как китайская грамота для прыгуна.

– Начнем с простого, – сказал Волков, протягивая ему первый листок. – Эта задача на логику. Если ты ее не решишь, то… ну, посмотрим.

Середа взял листок. Задача была проста: три мудреца и три шапки. Красная, синяя, зеленая. Нужно было определить, какого цвета шапка на каждом мудреце, основываясь на их ответах. Он читал, хмурился, пытался представить ситуацию. Его мозг, привыкший к координации движений, к расчету траектории полета, сейчас буксовал.

– Так, если первый мудрец говорит, что не знает… – Середа бормотал себе под нос, пытаясь распутать клубок логических связей.

Волков наблюдал за ним с невозмутимым видом. Он видел, как Середа напрягается, как его обычно легкое и беззаботное выражение лица сменяется сосредоточенным, даже немного страдальческим.

Через десять минут Середа поднял голову. – Я сдаюсь. Мой мозг не создан для таких пыток.

Волков удовлетворенно кивнул. – Отлично. Первая ошибка. Теперь перейдем к наказанию.

Середа с опаской посмотрел на него. – Ну? И что это будет? Ты заставишь меня учить таблицу умножения?

Волков покачал головой. – Нет. Наказание будет… физическим. Но не таким, как твое.

Он встал, подошел к холодильнику и достал оттуда… лимон. Большой, сочный лимон.

Середа удивленно поднял брови. – Лимон? Ты хочешь меня им побить?

Волков усмехнулся. – Нет. Ты должен съесть его целиком. Без сахара. Без воды. Просто съесть.

На лице Середы появилось выражение ужаса. Он обожал сладкое, а кислые продукты переносил с трудом. – Ты шутишь?

– Нисколько, – серьезно ответил Волков, протягивая ему лимон. – Это твое первое наказание.

Середа взял лимон, его щеки надулись. Он откусил кусочек. Его лицо тут же скривилось. Он начал жевать, пытаясь сохранить невозмутимый вид, но это было выше его сил. Глаза заслезились, рот наполнился кислотой.

– Ух, ты… это… это жесть! – прохрипел он, пытаясь проглотить.

Волков наблюдал, сдерживая смех. – Зато бодрит, не правда ли? Чувствуешь, как каждая клеточка твоего организма просыпается?

Середа, с трудом доев лимон, запил его водой, которую Волков милостиво ему предложил. – Ладно, математик. Это было… эффективно. Но я еще не сдался. Давай следующую задачу.

Следующей задачей был небольшой код на языке программирования, который нужно было отладить. Середа, конечно, ничего не понимал в коде, но Волков терпеливо объяснял ему основы. Он видел, что чемпион старается, пытается вникнуть, но его мозг просто не был заточен под такую логику.

После получаса мучений Середа снова сдался. – Это какой-то… язык пришельцев. Я ничего не понимаю.

Волков улыбнулся. – Вторая ошибка. И второе наказание.

На этот раз он достал из шкафа гантель. Не очень тяжелую, но достаточно весомую.

– Что, ты хочешь, чтобы я ею жонглировал? – Середа уже с опаской смотрел на своего соседа.

– Нет. Ты должен будешь поднять ее сорок раз. Каждой рукой. – Волков объяснил. – Это не так уж и много, но ты почувствуешь.

Середа, который привык к динамичным нагрузкам, к плаванию, к прыжкам, к растяжке, нашел это упражнение довольно скучным и утомительным. Он пыхтел, поднимая гантель, считая вслух. Его мышцы, привыкшие к более сложным движениям, быстро устали от монотонности.

– Ух, это… это скучно! – проворчал он, когда закончил. – Я лучше сто раз отожмусь, чем это.

– В этом и смысл, – удовлетворенно кивнул Волков. – Математика не всегда зрелищна, но она эффективна. И иногда утомительна.

Так они провели весь день. Середа пытался решать задачи, Волков придумывал все новые и новые "наказания". Было и отжимание, и приседание, и даже попытка заставить Середу написать эссе на тему "Влияние теории вероятностей на результаты соревнований по прыжкам в воду". Середа, конечно, не написал ничего вразумительного, чем вызвал у Волкова приступ смеха.

К вечеру Середа был измотан. Его мозг гудел от непривычной нагрузки, а тело – от выполнения "наказаний". Он сидел, облокотившись на стол, и смотрел на Волкова, который, казалось, был полон энергии.

– Ну что, чемпион, как тебе мой ликбез? – Волков поднял бровь, на его лице играла легкая улыбка.

Середа поднял голову, его глаза блестели от усталости, но в них был и огонек азарта. – Твой ликбез… он был… познавательным. И я чувствую, что моя голова скоро взорвется от всех этих цифр и формул. И да, я признаю, что ты победил в этом раунде. Моя задница, конечно, не сине-бордовая, но я чувствую себя так, будто пробежал марафон по ментальным лабиринтам.

Волков довольно кивнул. – Отлично. Значит, мы квиты. На данный момент.

Середа усмехнулся. – На данный момент. Но это еще не конец. Я чувствую, что мне нужно освоить эту твою… математику. Чтобы в следующий раз я смог дать тебе отпор.

Волков посмотрел на него с легким удивлением. Он ожидал, что Середа просто отмахнется от всего этого и вернется к своим тренировкам. Но что-то в глазах чемпиона говорило о том, что он действительно заинтересовался.

– Хорошо, – сказал Волков. – Тогда завтра начнем с основ. И я обещаю, что не буду давать тебе лимоны. По крайней мере, пока.

Середа рассмеялся. – Отлично. А я обещаю, что не буду махать полотенцем. По крайней мере, пока.

Они посмотрели друг на друга, и на их лицах расцвели улыбки. Их дружба, начавшаяся с боли и смеха, с сине-бордовых синяков и кислых лимонов, только начинала набирать обороты. И кто знает, какие еще необычные испытания они придумают друг для друга в будущем. Ведь главное – это азарт, и, конечно же, всегда есть место для реванша.