Воительница

В душных залах Красного Замка, где каждый камень хранил отголоски интриг и шепотов, царило необычное оживление. Король, чей трон был высечен из тысячи мечей, сегодня сиял не от блеска стали, а от отцовской гордости. Его возлюбленные близнецы, Эйрон и Висенья Таргариены, достигли совершеннолетия, и в их честь был устроен грандиозный пир. Но если Эйрон, с его резко очерченными, мужественными чертами, был воплощением силы и будущего Дома Таргариенов, то Висенья… о, Висенья была совсем другим явлением.

С самого рождения о ней ходили легенды. Серебристо-золотые волосы, струящиеся водопадом до самых бедер, и фиолетовые глаза, глубокие, как сама Валирия, – она была не просто красива, она была божественно прекрасна. Говорили, что она сама Богиня, спустившаяся с небес, и те, кто хоть раз видел ее, были готовы поклясться в этом. Ее тонкая, но удивительно сильная фигура, казалось, была выточена из мрамора, а боевой характер лишь добавлял ей притягательности. Когда она шла по замку, даже самые старые лорды, видавшие виды, не могли сдержать вздохов, а молодые рыцари буквально теряли дар речи. Женщины, завистливо или восхищенно, перешептывались о ее несравненной красоте. Висенья могла очаровать кого угодно, но ее сердце, казалось, оставалось неприступной крепостью.

Эйрон, ее брат-близнец, с самого детства испытывал к ней нечто большее, чем братскую привязанность. Это было всепоглощающее, жгучее чувство, которое он тщательно скрывал под маской безразличия. Его кузены, Валлар и Дейрон Таргариены, тоже были безнадежно влюблены в Висенью. Их взгляды, полные тоски и обожания, постоянно скользили по ней, пытаясь уловить хоть малейший знак внимания.

Пир начался. За длинными столами, уставленными яствами и винами, сидели лорды и леди со всех концов Вестероса. Музыка лилась, смех звенел, и воздух был пропитан ароматами жареного мяса и сладких пирожных. Эйрон, Валлар и Дейрон сидели за одним из центральных столов, их глаза беспокойно скользили по залу, ожидая. Они чувствовали, что что-то должно произойти.

И оно произошло.

Внезапно двери Большого зала распахнулись, и на пороге появилась она. Тишина, густая и почти осязаемая, мгновенно окутала зал. Музыка смолкла, смех оборвался на полуслове. Все взгляды, без исключения, обратились к Висенье.

Она стояла там, словно ожившая статуя богини. На ней было платье из темно-красного шелка, расшитое золотыми нитями, что подчеркивало ее королевскую стать и цвет Дома Таргариенов. Серебристо-золотые волосы были заплетены в сложную косу, украшенную драгоценными камнями, а фиолетовые глаза, казалось, светились изнутри, отражая мерцание факелов. Ее появление было подобно явлению кометы – ослепительное, величественное и заставляющее замереть дыхание.

По залу пронесся шепот, затем вздохи. Лорды, молодые и старые, смотрели на нее с благоговением, их лица выражали смесь восхищения и желания. Дамы, даже самые красивые, чувствовали себя померкшими рядом с ней. Каждый в зале хотел хоть на мгновение привлечь ее внимание, получить хоть один взгляд, одну улыбку.

Эйрон, Валлар и Дейрон замерли, наблюдая за ней, их сердца стучали в бешеном ритме. В их глазах читалась почти болезненная тоска. Они знали ее с самого детства, видели ее каждый день, но каждый раз ее появление выбивало их из колеи.

Но Висенья, чье сердце было невосприимчиво к лести и обожанию, лишь слегка окинула зал взглядом. Ее взгляд, скользнув по толпе, остановился на двух фигурах, стоявших у дальнего конца зала. На ее лице появилась легкая, едва заметная улыбка, и она двинулась к ним.

Это были Лорд Джеймс Стронг и Лорд Элион Хайтауэр – ее верные друзья детства, ее соратники, ее "мечи", как она любила их называть. Они были ее тенью, ее опорой, ее доверенными лицами. Слухи об их особом положении при принцессе ходили по всему замку. "Как им повезло", – шептались лорды, "быть в таком внимании у самой Висеньи Таргариен".

Подойдя к ним, Висенья проигнорировала все остальные взгляды и приветствия. Ее тонкие брови были слегка нахмурены, а фиолетовые глаза горели нетерпением.

— Что с Харвином Блэкшотом? – немедленно спросила она, даже не дождавшись приветствия. – Я поручила вам это дело всего три часа назад.

Джеймс Стронг, высокий и статный рыцарь с честным лицом, улыбнулся.

— Все в порядке, принцесса. Он больше не будет нам мешать. Его "путь" был перекрыт окончательно.

Элион Хайтауэр, более утонченный и остроумный, добавил с лукавой усмешкой:

— Он понял свою ошибку, хоть и несколько поздно.

Висенья кивнула, в ее глазах мелькнул огонек удовлетворения. Она доверяла этим двоим больше, чем кому-либо другому. Они были ее правой и левой рукой, способными выполнить любое ее поручение, каким бы деликатным или опасным оно ни было.

Вокруг них продолжался шепот. Каждый в зале пытался привлечь ее внимание. Лорды и юные рыцари подходили, чтобы пригласить ее на танец, предложить бокал вина, завести разговор. Но Висенья, казалось, не замечала их. Ее внимание было полностью сосредоточено на Джеймсе и Элионе, с которыми она продолжала обсуждать свои дела, иногда тихо смеясь над их остротами.

Эйрон, Валлар и Дейрон наблюдали за этой сценой с затаенным дыханием и сжатыми кулаками. "Чем эти Стронг и Хайтауэр лучше нас?" – эта мысль сверлила их, разжигая едва сдерживаемую ревность. Они были королевской крови, они были ее семьей, но ее улыбки, ее внимание, ее доверие – все это доставалось другим. Это было невыносимо.

***

Дни после пира текли своим чередом, но напряжение в Красном Замке не ослабевало. Присутствие Висеньи, ее непокорный дух и несравненная красота действовали на всех как катализатор. Каждый лорд, каждый рыцарь, каждый принц стремился заслужить ее благосклонность.

Одним вечером король объявил о еще одном ужине, менее формальном, но не менее значимом. За большим круглым столом в одной из малых обеденных комнат собрались самые влиятельные лорды, их жены и дочери, а также принцы – Эйрон, Валлар и Дейрон. И, конечно же, сама Висенья. К ее удивлению (хотя на самом деле она уже привыкла к такому раскладу), рядом с ней сидели Джеймс Стронг и Элион Хайтауэр. Напротив троицы расположились Эйрон, Валлар и Дейрон, их взгляды, полные тоски и ревности, не отрывались от Висеньи.

Ужин проходил под гул разговоров, но все взгляды, время от времени, скользили к Висенье и ее "мечам". Они втроем увлеченно обсуждали какие-то свои дела, смеялись, обменивались шутками, иногда бросая насмешливые взгляды на лордов и их дочерей, которые, казалось, были слишком озабочены тем, чтобы произвести впечатление. Висенья, как всегда, была равнодушна к всеобщему вниманию, наслаждаясь обществом своих верных друзей.

***

На следующее утро, когда солнце едва показалось над горизонтом, в тронном зале уже собрались члены Малого Совета, лорды и рыцари. Все ждали. Ждали ее – принцессу Висенью. И, конечно, ее "мечей".

Двери зала распахнулись, и она вошла. Высокая, грациозная, с гордо поднятой головой. По ее сторонам, как две тени, шли Джеймс и Элион. Все головы повернулись, все взгляды устремились на нее. Тройка подошла к трону, где сидели Король и Королева. С грациозным поклоном они отдали дань уважения своим монархам.

Подняв глаза, Висенья встретилась взглядом со своим отцом. В его глазах читалось безграничное обожание, гордость и нежность. Затем она перевела взгляд на свою матушку, Королеву, и увидела в ее глазах ту же любовь и гордость. Улыбнувшись им, она поприветствовала родителей и встала рядом со своими неизменными спутниками, ожидая слова Короля.

Король поднялся с трона, его голос прозвучал громко и уверенно.

— Моя любимая дочь, – начал он, его взгляд был прикован к Висенье, – сегодня тебе предстоит выполнить важное задание. То, что мы обсуждали.

Висенья выпрямилась, ее фиолетовые глаза загорелись предвкушением. Она знала, что речь идет о деле, которое требовало не только ума, но и отваги, и, возможно, даже силы.

— Я готова, Ваше Величество, – ответила она твердо, в ее голосе звенела решимость.

Король кивнул, довольный ее ответом.

— Отправляйся же. И пусть Боги будут с тобой.

Висенья повернулась к Джеймсу и Элиону. Они уже знали, что их ждет. Без лишних слов, с гордостью и решимостью, троица покинула тронный зал.

Весь день в замке царило напряжение. Все знали, что принцесса отправилась на задание, но мало кто знал, на какое именно. Слухи, как всегда, витали в воздухе, но никто не осмеливался говорить об этом открыто.

Когда вечер спустился на Вестерос, принеся с собой прохладу и звезды, над Красным Замком повисла тишина. Но вот, вдалеке послышался топот копыт. Вскоре в ворота въехала троица – Висенья, Джеймс и Элион. Их одежда была слегка испачкана пылью, но на лицах сияла усталая, но торжествующая улыбка.

Они вернулись с победой. Король, узнав о их возвращении, немедленно потребовал их к себе. В его покоях, при свете факелов, Висенья коротко и ясно доложила о выполнении задания. Король слушал, его глаза сияли гордостью. Она снова доказала, что является истинной дочерью Дома Таргариенов – смелой, решительной и непокорной. И, конечно, несравненной.

Наблюдая за ней, Эйрон, Валлар и Дейрон, стоявшие в тени, понимали, что их любовь к ней не знает границ. Но они также понимали, что их путь к ее сердцу будет гораздо сложнее, чем любой из них мог себе представить. Ведь Висенья была не просто принцессой – она была силой, с которой нужно было считаться, и женщиной, которая сама выбирала свою судьбу.