Солнечные лучи пробивались сквозь широкие листья тропических растений, заливая светом комнату для практик.

Зеркальные стены танцевального зала отражали каждое движение. Мин Джи, которую когда-то весь Париж знал как Маринетт, тяжело дышала, но не позволяла себе расслабиться. Ритм новой песни Dreamcatcher пульсировал в венах, вытесняя из головы любые лишние мысли. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь тропическую зелень в студии, золотили её волосы.

Два года. Ровно столько времени прошло с того дня, как она, собрав чемоданы и получив благословение родителей, покинула город огней. Прошлые обиды на Алью, Нино и даже Адриана давно затянулись, как старые шрамы. Она простила их через три месяца после приезда в Сеул — ненависть требовала слишком много энергии, которую она предпочла направить на тренировки. Но простить не значило вернуться. Маринетт Дюпэн-Чэн исчезла, уступив место Ким Мин Джи.

– Девочки, ещё раз с третьего куплета! – скомандовала она, поправляя микрофонную гарнитуру. – Мы должны быть идеальны. Париж — это не просто очередная точка в туре.

Она знала, что возвращение будет непростым. Но теперь у неё была броня, которую не пробил бы ни один акума: её группа и человек, ставший её скалой.

В это же время в Париже, в знакомом классе мадам Бюстье, царило оживление. Учительница тщетно пыталась привлечь внимание учеников к заданию по литературе.

– Мама, ты не понимаешь! – воскликнул маленький Лео, сын мадам Бюстье, размахивая ярким плакатом. – Dreamcatcher уже здесь! Они прилетели сегодня утром! А через две недели будет концерт Вонхо! Это же лучшие две недели в истории!

Алья, сидевшая за первой партой, усмехнулась, глядя на экран своего телефона.

– Малыш прав, мадам Бюстье. Сейчас весь город только об этом и говорит. Говорят, лидер Dreamcatcher, Ким Мин Джи, просто невероятная. Она кажется такой знакомой...

Адриан, сидевший рядом с Нино, задумчиво смотрел в окно. С тех пор как Маринетт уехала «учиться дизайну в закрытую академию в Азии», в его жизни образовалась пустота, которую не удавалось заполнить. Он часто ловил себя на мысли, что Мин Джи на фотографиях из соцсетей напоминает ему ту самую девочку с хвостиками, но отбрасывал эти мысли как безумные.

Тем временем в роскошном отеле «Гранд Париж», принадлежащем отцу Хлои, Мин Джи стояла на балконе президентского люкса. Сильные руки обвили её талию, и знакомый запах парфюма с нотками мускуса и свежести заставил её улыбнуться.

– О чём думаешь? – тихий, низкий голос Вонхо прозвучал над самым ухом.

– О том, как странно возвращаться сюда в таком статусе, – призналась она, откидывая голову ему на плечо. – Когда наш контракт на запрет отношений закончился, я и представить не могла, что мы будем стоять здесь, в моем родном городе, и нам больше не нужно прятаться.

– Ты прошла долгий путь, Мин Джи-я, – Вонхо мягко поцеловал её в макушку. – И сегодня вечером ты покажешь им всем, кто ты на самом деле.

На следующий день после триумфального концерта, который буквально взорвал зал, Мин Джи и Вонхо решили провести совместную прямую трансляцию для фанатов. Они сидели в уютной гостиной отеля, перед ними стоял ноутбук, а чат летел с невероятной скоростью.

– Всем привет! – Мин Джи помахала в камеру, сияя улыбкой. – Мы решили немного пообщаться с вами после вчерашнего безумия.

– Вы были потрясающими, – добавил Вонхо, придвигаясь ближе к ней. – Париж встретил нас очень горячо.

Чат заполнился сердечками и вопросами. Мин Джи начала отвечать, переходя с корейского на безупречный французский и обратно.

– Мои любимые группы? Конечно, мои девочки из Dreamcatcher, – смеялась она. – А еще я обожаю Stray Kids и, конечно, творчество этого парня рядом со мной. Что касается жанров, мне близок рок-концепт нашей группы, но в душе я всё та же любительница баллад. Моя карьера началась с вдохновения творчеством Айю, она — мой вечный кумир.

В это время в классе мадам Бюстье все сгрудились вокруг парты Лео. Мальчик держал планшет, его глаза горели восторгом.

– Смотрите! Она сейчас расскажет про дебют! – шептал Лео.

– Знаете, мой путь не был усыпан лепестками роз, – продолжала Мин Джи на экране. – Переезд в Корею был прыжком в неизвестность. Смена имени, языка, культуры... Но девочки из группы стали моей семьей. А потом я встретила Вонхо.

Она взглянула на него с такой нежностью, что у половины зрителей перехватило дыхание.

– Мы познакомились на одном из музыкальных шоу. Я тогда ужасно нервничала из-за своей первой роли в дораме «Свет за кулисами», а он просто подошел и предложил мне протеиновый батончик, сказав, что голодные люди не могут хорошо играть.

Вонхо рассмеялся, приобнимая её за плечи.

– Она выглядела такой потерянной, я не мог пройти мимо. Мы начали общаться как друзья, поддерживали друг друга во время камбэков. И когда ограничения контракта остались позади, мы поняли, что это нечто большее.

– Кстати, о вчерашнем концерте, – Мин Джи вдруг стала серьезнее, её взгляд потеплел. – Я видела в первом ряду маленького мальчика с плакатом, на котором было написано «Мин Джи — моё вдохновение». Его зовут Лео.

В классе воцарилась тишина. Лео замер, боясь дышать.

– Да, Лео, я тебя видела! – Мин Джи помахала рукой, словно видела его сквозь экран. – И у меня есть сюрприз. Наша компания и менеджеры решили, что в новом выпуске нашего реалити-шоу в Париже примет участие один из фанатов. И мы выбрали тебя, Лео. Завтра мы заедем за тобой.

– О ГОРЕ! – закричал Лео, вскакивая с места. – Она назвала моё имя! Она меня видела!

– Подождите... – Алья прищурилась, глядя на экран. – То, как она наклоняет голову... И эта родинка...

– Ты тоже это видишь? – тихо спросил Нино, переводя взгляд с экрана на пустую парту, где когда-то сидела их лучшая подруга.

Адриан молчал. Он смотрел на экран, где Ким Мин Джи — уверенная, успешная и любимая — смеялась над шуткой мирового айдола. Она больше не была той застенчивой девочкой, которая заикалась в его присутствии. Она была королевой своей собственной жизни.

– Завтра будет особенный день, – закончила трансляцию Мин Джи. – Париж, спасибо, что принял меня снова. Но теперь я дома там, где моё сердце.

Когда экран погас, в классе еще долго стояла тишина, прерываемая только радостными возгласами Лео. Они все поняли. Маринетт не просто уехала — она переродилась. И в этой новой жизни, полной софитов и музыки, им оставалось только место зрителей в первом ряду.

Мин Джи закрыла ноутбук и выдохнула.

– Ты в порядке? – спросил Вонхо, беря её за руку.

– Да, – она улыбнулась, и это была самая искренняя улыбка за последние годы. – Я наконец-то свободна.

– Тогда идем? Девочки уже ждут нас на ужин внизу. Хлоя обещала закрыть для нас весь ресторан на крыше.

– Идем, – кивнула она.

Прошлое осталось лишь тенью в зеркале. Впереди был новый день, новый город и жизнь, которую она создала сама, своими руками и своим голосом. Ким Мин Джи больше не носила масок — ни супергеройских, ни девичьих. Она была собой. И этого было более чем достаточно.