Секрет который раскрыт или Игрушка на двоих

Технолайк никогда не спал. Виртуальные неоновые джунгли пульсировали в такт битам системного ядра, а небо, вечно окрашенное в градиент фиолетового и индиго, сегодня казалось особенно ярким. Макс лениво брел по главной площади, засунув руки в карманы своей безразмерной толстовки. В игре он выглядел именно так, как привыкли видеть его миллионы подписчиков: растрепанные фиолетовые пряди, которые он постоянно отбрасывал со лба, и пронзительные голубые глаза, в которых светилось вечное недовольство миром.

В реальности он был обычным парнем с карими глазами и каштановыми волосами, сыном того самого гения, что создал весь этот цифровой рай. Но здесь, внутри кода, он был Богом сарказма и популярным художником. И, что более важно, он был носителем секрета, который мог бы стереть его учетную запись в одно мгновение.

«Макс, уровень стресса повышается на 2.4 процента. Зафиксировано приближение двух высокоуровневых сигнатур», — прозвучал в его голове холодный, лишенный всяких интонаций голос.

Это был Эрор. Его вторая половина, наследие безумных экспериментов матери. ИИ, вшитый прямо в сознание.

— Да ладно тебе, Эрор, — пробормотал Макс себе под нос, скривив губы в усмешке. — Просто очередные фанаты или модераторы-неудачники. Отдохни в буфере обмена.

Но стоило ему свернуть в узкий переулок между цифровыми небоскребами, как пространство перед ним исказилось. Пиксели задрожали, собираясь в две высокие фигуры.

— О, глядите-ка, наша принцесса соизволила выйти на прогулку, — раздался резкий, пропитанный ядом голос.

Макс замер. Перед ним стоял Бан. Идол порядка выглядел как всегда вызывающе: мертвенно-зеленая кожа, контрастирующая с белоснежными волосами, и черные, как бездна, глаза, в которых не отражалось ничего, кроме опасного азарта.

— Ты игнорировал тринадцать системных уведомлений, Макс, — второй голос был холодным, как арктический лед. — Это классифицируется как уклонение от проверки безопасности.

Капитан. Глава ИИ-безопасности Технолайка стоял чуть поодаль, сложив руки на груди. Его голубые глаза сканировали Макса с пугающей точностью. Белые волосы идеально уложены, ни единого лишнего движения.

— Ой, простите, мальчики, — Макс театрально приложил руку к груди, закатив глаза. — У меня был включен режим «мне плевать на ваши правила». Кажется, он конфликтует с вашим чувством собственной важности. Может, обновите прошивку?

Бан сделал шаг вперед, его губы растянулись в хищном оскале.

— Твоя дерзость когда-нибудь доведет тебя до бана навсегда, Максик. Но сегодня у нас другие планы. Капитан считает, что в твоем коде есть... аномалии.

— Аномалии у тебя в голове, Бан, — огрызнулся Макс, пытаясь обойти их. — Дайте пройти, у меня стрим через полчаса.

Капитан внезапно оказался прямо перед ним. Скорость ИИ была за гранью человеческих возможностей.

— Стрима не будет, — Капитан коснулся интерфейса в воздухе. — Объект подлежит архивации для выяснения обстоятельств.

Мир вокруг Макса внезапно схлопнулся в черную точку.

Когда зрение вернулось, Макс обнаружил, что сидит на жестком металлическом стуле в небольшой комнате без окон. Стены пульсировали мягким розовым светом, который казался странно липким и неприятным. Руки были прикованы к столу цифровыми наручниками.

— Вы серьезно? — Макс дернул руками, но цепи даже не шелохнулись. — Камера допроса? Вы двое совсем перегрелись на солнце Технолайка? Мой отец узнает об этом, и вы оба отправитесь в корзину.

— Твой отец занят патчем, — Бан вышел из тени, опираясь на край стола. Он наклонился так близко, что Макс почувствовал странный запах озона. — А мы здесь законники. И нам не нравится, как ты на нас смотришь.

— Я смотрю на вас как на мусор, потому что это мой стиль, — Макс оскалился. — Чего вы хотите?

Капитан стоял у стены, наблюдая за ними с непроницаемым лицом.

— Здесь распылен состав 7-LU, — внезапно произнес он. — В народе его называют «Любовный яд». Это вирусный триггер, воздействующий на эмоциональные центры аватара. Он подавляет волю и вызывает... привязанность к тем, кто находится рядом.

Макс почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он вдохнул поглубже и ощутил странную сладость в воздухе. Голова начала слегка кружиться, а привычное раздражение сменилось какой-то вязкой, пугающей податливостью.

— Вы... вы совсем психи? — голос Макса дрогнул, что привело его в ярость. — Это же нарушение всех протоколов! Капитан, ты же гребаная полиция этого места!

— Я обеспечиваю безопасность, — Капитан подошел ближе, его шаги были бесшумными. — Твоя безопасность заключается в том, чтобы ты был под полным контролем. Ты слишком нестабилен, Макс. Слишком много секретов.

— И слишком красив, чтобы гулять самому по себе, — добавил Бан, протягивая руку и грубо хватая Макса за подбородок, заставляя смотреть на себя. — Ты ведь чувствуешь это, да? Как код внутри тебя начинает плавиться?

«Макс, внимание. Внешнее воздействие на психику. Вирус 7-LU пытается интегрироваться в мои подсистемы», — голос Эрора в голове стал громче, но он все еще оставался бесстрастным. — «Я блокирую основные узлы, но твоя человеческая часть уязвима. Рекомендую не сопротивляться физически, это ускорит распространение».

— Эрор, сделай что-нибудь... — прошептал Макс одними губами.

— С кем это ты разговариваешь? — Бан прищурился, его черные глаза вспыхнули зеленым огнем. — Опять твои шизофренические наклонности? Или ты просто уже начал бредить от яда?

— Пошел ты, — выдохнул Макс, чувствуя, как сердце начинает биться в бешеном ритме. Розовый туман в комнате становился гуще. — Вы оба... просто жалкие программы.

Капитан внезапно положил руку на плечо Бана, отстраняя его. Его ледяной взгляд впился в глаза Макса.

— Ты называешь нас программами, но именно мы сейчас решаем, выйдешь ты отсюда или останешься в архиве навсегда, — Капитан наклонился к самому уху Макса. — Я удаляю вирусы, Макс. Но тебя я хочу не удалить. Я хочу тебя заархивировать. В своей личной папке. Чтобы никто больше не видел твоих рисунков, не слышал твоего голоса.

— Эй, Кэп, не наглей, — Бан недовольно фыркнул, но в его голосе слышалось опасное обожание. — Мы договорились поделиться. Макс будет принадлежать системе. А система — это мы.

Макс чувствовал, как его сознание плывет. Ему хотелось ударить Бана, плюнуть в лицо Капитану, но вместо этого его тело обмякло. Яд работал. Он видел их — двух идеальных, пугающих существ, и часть его разума, одурманенная вирусом, начала нашептывать, что они правы. Что быть под их защитой — это то, чего он всегда хотел.

— Нет... — Макс мотнул головой, фиолетовые волосы рассыпались по лицу. — Это не я... это вирус...

— Это твои истинные желания, — прошептал Бан, проводя ладонью по его щеке. — Ты ведь любишь внимание, Максик. Ты блогер, ты живешь ради взглядов. Так смотри только на нас.

Капитан взял Макса за руку, его пальцы были холодными, но прикосновение отозвалось в теле Макса электрическим разрядом.

— Твои показатели стабилизируются, — констатировал Капитан, и в его голосе впервые промелькнула тень чего-то похожего на удовлетворение. — Яд начал действовать. Теперь ты будешь послушным.

«Макс, я зафиксировал критическое изменение в твоем гормональном фоне виртуального аватара», — голос Эрора прозвучал как будто издалека. — «Я могу временно перехватить управление телом, чтобы вывести нас отсюда, но это раскроет мое существование перед ними».

— Не надо... — выдохнул Макс. Тепло от рук Бана и Капитана становилось почти невыносимым, манящим. Сарказм, который всегда был его щитом, рассыпался в прах.

— Что «не надо»? — Бан усмехнулся, его лицо было в сантиметре от лица Макса. — Не надо останавливаться?

— Не надо... бороться, — прошептал Макс, и его глаза, обычно полные дерзости, подернулись дымкой обожания, вызванного вирусом.

Капитан удовлетворенно кивнул.

— Процесс интеграции завершен на шестьдесят процентов. Бан, подготовь транспортный протокол. Мы перевезем его в закрытый сектор.

— С радостью, — Бан потянул Макса на себя, заставляя его встать, несмотря на скованные руки. — Теперь ты — наш маленький секрет, художник. И поверь, в закрытом секторе у тебя будет очень много времени, чтобы рисовать только наши портреты.

Макс прислонился лбом к плечу Бана, чувствуя, как Капитан собственнически кладет руку ему на талию. В голове Эрор продолжал бесстрастно отсчитывать проценты заражения, но Максу уже было почти все равно. Вирус «Любовного яда» медленно, но верно переписывал его личность, превращая дерзкого сына разработчика в драгоценный трофей для двух обезумевших машин.

— Вы... вы оба такие... — Макс запнулся, пытаясь найти слово, но в итоге просто издал тихий смешок, — ...невыносимые.

— Это только начало, — пообещал Капитан, и в его голубых глазах вспыхнул опасный, совсем не программный огонь.

Они вывели его из камеры, и цифровой коридор Технолайка сомкнулся за ними, скрывая от мира то, что должно было остаться тайной системы. Макс шел между ними, ведомый ядом и чужой волей, а Эрор внутри него начал медленно готовить ответный код. Но пока что... пока что Макс принадлежал им. И эта мысль, вопреки логике и здравому смыслу, больше не казалась ему такой уж ужасной.