Ревность

В квартире пахло имбирным печеньем и чем-то неуловимо домашним — так всегда пахло там, где находился Ань. Он стоял у плиты, сосредоточенно помешивая что-то в сотейнике. Темные кудри забавно подпрыгивали при каждом его движении, а сам он казался таким маленьким и хрупким в огромном фартуке, что Даня, наблюдавший за ним из дверного проема, невольно улыбнулся. Для Дани Ань был чем-то за гранью реальности. Рыжеволосый парень часто ловил себя на мысли, что такие люди просто не рождаются в этом грубом мире — слишком добрый, слишком нежный, слишком «правильный».

Даня подошел ближе и, не удержавшись, обнял Аня со спины, утыкаясь носом в его шею.

– Даня, ты напугал меня, – тихо рассмеялся Ань, но не отстранился, а наоборот, чуть сильнее прижался к старшему другу. От этого жеста у Дани внутри всё потеплело.

– Просто хотел убедиться, что ты настоящий, – пробормотал Даня, вдыхая запах его волос. – Ты сегодня весь день на ногах, отдохнул бы.

– Я почти закончил, – Ань обернулся в его руках, сияя своей особенной, кроткой улыбкой. – Ярик обещал зайти, хотел угостить его.

Упоминание Ярика заставило Даню слегка нахмуриться. Он знал, как блондин смотрит на Аня. Ярик всегда старался проводить с ним каждую свободную минуту, будто пытался выстроить вокруг него невидимую стену, через которую не пробраться остальным. Но больше всего Даню бесил Влад.

Влад появился в гостиной как раз в тот момент, когда Даня неохотно выпустил Аня из объятий. Самодовольная ухмылка не сходила с его лица. Влад всегда вел себя так, будто весь мир — это его личная сцена, а Ань — главный приз, который он уже почти положил в карман.

– О, наш шеф-повар снова при делах? – Влад бесцеремонно подошел к Аню и перехватил его тонкое запястье. – Ань, ну посмотри на свои руки. Такие нежные, а ты их в горячем пару держишь.

Влад начал медленно поглаживать ладонь Аня, перебирая его пальцы. Даня почувствовал, как внутри начинает закипать глухая ярость. Он ненавидел, когда Влад так по-хозяйски прикасался к нему.

– Оставь его, Влад, – процедил Даня, скрещивая руки на груди. – Он готовит ужин, не мешай.

– А я и не мешаю, я вдохновляю, – Влад подмигнул и, внезапно подтянув руку Аня к своим губам, чувствительно прикусил кожу у основания большого пальца.

Ань вздрогнул и тихо ойкнул, пытаясь отстраниться, но Влад держал крепко, продолжая с улыбкой рассматривать покрасневший след от зубов. Ему нравилось это доминирование, нравилось чувствовать, как миниатюрный азиат теряется под его напором. Влад уже представлял, как на стримах фанаты будут сходить с ума от их взаимодействия, как будут писать в комментариях, что они идеальная пара. Он обожал эту мысль: он — яркий, дерзкий, и Ань — его тихая, прекрасная тень.

– Больно же, – прошептал Ань, потирая руку, когда Влад наконец его отпустил.

– Это любя, котенок, – бросил Влад и, насмешливо глянув на Даню, вышел из кухни.

Даня подошел к Аню и осторожно взял его за руку, рассматривая отметину.

– Он придурок, Ань. Не позволяй ему так с собой обращаться.

– Он просто такой человек, Даня, – Ань виновато улыбнулся, хотя в глазах читалась усталость. – Он не хочет зла.

– Ты слишком добрый, в этом твоя проблема, – вздохнул Даня.

Вечер прошел в напряжении. Пришел Ярик, который тут же занял место рядом с Анем на диване, демонстративно игнорируя попытки Влада подколоть его. Ярик злился каждый раз, когда видел, как Даня или Влад тискают Аня. Ему хотелось другого — тишины, искренности, настоящих отношений, где Ань не был бы объектом для шуток или тактильных экспериментов.

– Слушай, Ань, – тихо сказал Ярик, пока остальные спорили о чем-то своем. – Может, сходим завтра куда-нибудь только вдвоем? В парк или в то кафе, которое тебе нравилось.

– Я бы с радостью, Ярик, – ответил Ань, и его глаза на мгновение вспыхнули интересом.

Но их разговор прервал Влад, который снова влез в личное пространство Аня, закидывая руку ему на плечи.

– Никаких парков без меня. Нашего ангела нельзя оставлять без присмотра, вы же знаете, как на него люди на улице реагируют.

Даня скрипнул зубами. Влад был прав в одном: Ань притягивал людей как магнит. Даня помнил, как на последнем концерте какие-то парни буквально прохода ему не давали, пытались обнять, шептали сальности о том, какой он «миниатюрный и сладкий». Даня тогда чуть не ввязался в драку, защищая его. Его тошнило от того, как посторонние обсуждали Аня, смакуя подробности своих грязных фантазий.

Позже той ночью, когда Ярик ушел, а Даня заперся в своей комнате, пытаясь успокоиться, в квартиру вернулся Влад. Он уходил «проветриться», но судя по тяжелым шагам и грохоту в прихожей, проветривание включало в себя изрядное количество алкоголя.

Ань, который еще не спал, вышел в коридор, чтобы помочь.

– Влад? Ты в порядке? – тихо спросил он, подходя ближе.

Влад поднял голову. Его глаза были затуманены, а лицо искажено какой-то странной, пугающей нежностью, смешанной с агрессией.

– Ань... мой маленький Ань, – пробормотал он, резко сокращая дистанцию.

Он навалился на Аня всем весом, прижимая его к стене. Ань охнул, почувствовав, как из легких выбило воздух. Влад был намного крупнее и сильнее, и сейчас, в состоянии опьянения, он совершенно не контролировал свою силу.

– Знаешь, как я тебя хочу? – прошипел Влад прямо ему в ухо. – Все эти люди... они смотрят на тебя, они хотят тебя. Но ты мой. Моя кукла.

Он начал грубо лапать Аня, сжимая его бока так сильно, что у того потемнело в глазах от боли. Ань попытался оттолкнуть его, но руки Влада были как железные тиски.

– Влад, пусти... мне больно, – прохрипел Ань, по-настоящему пугаясь.

Влад не слушал. Он впился зубами в плечо Аня, прокусывая тонкую ткань футболки и кожу под ней. Боль была резкой, обжигающей. Ань зажмурился, чувствуя, как к горлу подступает ком слез. Ему всегда было спокойно рядом с друзьями, но сейчас этот порыв пьяной страсти превращался в кошмар.

– Ты такой крошечный, – бормотал Влад, переходя к шее. – Я могу тебя сломать, если захочу.

В этот момент дверь комнаты Дани распахнулась. Увидев картину в коридоре, рыжеволосый парень на мгновение замер, а затем бросился вперед.

– Ты что творишь, ублюдок?! – Даня схватил Влада за шиворот и с силой оттащил от Аня.

Влад, не ожидавший сопротивления, пошатнулся и врезался в вешалку. Даня тут же встал между ними, закрывая собой дрожащего Аня.

– Пошел вон в свою комнату, пока я тебе лицо не разбил, – голос Дани дрожал от ярости.

Влад тупо моргнул, глядя на них, затем что-то невнятно пробурчал и, спотыкаясь, побрел по коридору. Когда дверь его комнаты захлопнулась, Даня тут же обернулся к Аню.

Тот стоял, прижавшись к стене, обхватив себя руками. На его щеках блестели слезы, а на плече медленно проступало багровое пятно.

– Ань... Боже, иди сюда, – Даня осторожно, боясь напугать еще сильнее, притянул его к себе.

Ань буквально вжался в него, пряча лицо на груди старшего. Его била крупная дрожь. Даня чувствовал, как его собственное сердце разрывается от жалости и нежности. Он гладил Аня по кудрявым волосам, нашептывая успокаивающие слова.

– Всё хорошо, я здесь. Я не дам ему больше тебя тронуть.

– Он... он был такой странный, – всхлипнул Ань. – Я испугался.

– Я знаю, маленький, знаю, – Даня крепче прижал его к себе, наслаждаясь тем, как Ань доверчиво льнет к нему.

В этот момент Даня окончательно понял: он не отдаст этого человека никому. Ни самовлюбленному Владу с его собственническими замашками, ни Ярику, ни тем более случайным фанатам или знакомым, которые видели в Ане лишь красивую игрушку.

Для Дани Ань был смыслом. Он был тем самым ангелом, которого хотелось защищать от всего мира, даже если этот мир состоял из их общих друзей.

– Пойдем, – тихо сказал Даня, бережно ведя Аня в сторону кухни. – Я обработаю плечо, а потом ты ляжешь спать. Со мной. В безопасности.

Ань только кивнул, не выпуская руки Дани. Ему было всё равно на синяки и боль, пока эти теплые, надежные руки держали его, не давая упасть в темноту. А Даня, глядя на него, клялся себе, что больше ни одна тень не упадет на это светлое лицо. По крайней мере, пока он дышит.