Дьявол

Тяжелый грузовик, заляпанный засохшей грязью и бурыми пятнами, скрежетнул тормозами у главных ворот Александрии. Охрана на вышках заметно занервничала. Они знали эту машину. Они знали этот рев мотора. Но больше всего они боялись того, кто сидел за рулем.

Натаниэль выпрыгнул из кабины, не дожидаясь, пока ворота откроются полностью. Его движения были кошачьими, полными ленивой грации, но в глазах горел тот самый огонь, из-за которого в общине его шепотом называли «Дьяволом». Омега с запахом спелой, почти черной вишни, он должен был быть нежным украшением этого сурового мира, но Нат предпочел стать его кошмаром. Кожаная куртка, забрызганная кровью ходячих, облегала его стройную фигуру, а на поясе привычно покоились два охотничьих ножа.

– Ну и чего застыли, идиоты? – крикнул он, вскидывая голову. – Открывайте, пока я не решил, что ваши рожи лучше смотрятся на пиках снаружи.

Нат не знал, что сегодня тишина Александрии была обманчивой. Он не знал, что его отец, Рик Граймс, сейчас стоял на коленях в центре поселения, а над ним возвышался человек, чей авторитет не оспаривался.

Пройдя вглубь улиц, Натаниэль сразу почувствовал неладное. Слишком тихо. Слишком много незнакомых людей в куртках с символикой, которую он видел впервые. И густой, подавляющий запах чужого альфы. Запах кожи, дорогого табака и какой-то первобытной опасности.

В центре площади стояла толпа. Рик выглядел постаревшим на десять лет. Его плечи были опущены, а взгляд прикован к земле. А перед ним, поигрывая обмотанной колючей проволокой битой, расхаживал высокий мужчина. Он двигался так, словно весь этот мир принадлежал ему по праву рождения.

– О, Рикки, ты только посмотри, – раздался бархатистый, пропитанный сарказмом голос. – У нас гости. И какой... ароматный гость.

Натаниэль остановился в десяти шагах, сложив руки на груди. Его ноздри трепетали. Запах вишни, обычно дерзкий и вызывающий, смешался с ароматом этого незнакомца, создавая взрывоопасный коктейль.

– Это еще что за клоун в кожанке? – Натаниэль приподнял бровь, игнорируя испуганный взгляд отца. – Пап, ты что, завел себе нового друга, который любит ролевые игры с палками?

Толпа ахнула. Спасители замерли, ожидая, когда их лидер размозжит голову наглецу. Ниган медленно обернулся. Его глаза заблестели от искреннего, почти детского восторга.

– «Клоун»? – Ниган широко улыбнулся, обнажая белоснежные зубы. – Ты слышала это, Люсиль? Малыш назвал меня клоуном.

Он сделал несколько шагов навстречу Натаниэлю, бесцеремонно вторгаясь в его личное пространство. Ниган был выше, массивнее, и его аура доминантного альфы била наотмашь. Любой другой омега уже лежал бы на земле, скуля от страха, но Нат только выше задрал подбородок.

– Малыш у тебя в штанах, если там вообще что-то осталось после всех этих понтов, – огрызнулся Натаниэль. – Я привез припасы. И если ты не хочешь, чтобы я засунул эту твою биту тебе в...

– Нат, замолчи! – выкрикнул Рик, порываясь встать, но один из Спасителей тут же прижал его стволом автомата к земле. – Ниган, пожалуйста, он не знает... он просто...

– О, нет-нет-нет, Рик, замолчи, – Ниган поднял руку, не сводя глаз с юноши. – Не порти момент. Это же просто чудо природы. Откуда у такого унылого парня, как ты, взялось такое сокровище?

Ниган подошел вплотную. Натаниэль чувствовал жар, исходящий от его тела. Вишневый аромат омеги стал гуще, выдавая его внутреннее волнение, которое он отчаянно пытался скрыть за маской ярости.

– Так ты Натаниэль? Слышал о тебе. «Дьявол Александрии». Любишь кровь, любишь убивать, – Ниган наклонился к его уху, понизив голос до интимного шепота. – И, судя по запаху, ты очень, очень плохой мальчик, который нуждается в очень, очень строгом хозяине.

– Пошел ты, – выплюнул Нат, но его голос слегка дрогнул.

Впервые в жизни он встретил кого-то, чья сила не была напускной. Этот альфа не просто доминировал – он владел пространством. Внутри Натаниэля что-то предательски отозвалось на этот властный тон. Его инстинкты омеги, которые он годами подавлял насилием и дерзостью, вдруг признали в этом человеке вожака.

– Какая оторва, – восхищенно протянул Ниган, отстраняясь и рассматривая лицо юноши. – Знаешь, детка, я обычно забираю половину имущества. Но ради тебя я готов пересмотреть условия сделки.

– Я не имущество, – Нат резко выхватил нож, приставив его к горлу Нигана.

Вокруг послышались щелчки затворов. Рик закричал, умоляя сына опустить оружие. Ниган даже не вздрогнул. Напротив, он рассмеялся – громко, искренне, запрокинув голову.

– О боже, я влюблен! – воскликнул он, глядя прямо в глаза Натаниэлю. – Ты приставляешь нож к моему горлу, пока мои люди целятся тебе в голову. У тебя либо стальные яйца, либо ты просто сумасшедший. И мне нравятся оба варианта.

Ниган плавно, но с железной силой перехватил запястье Ната. Омега попытался вырваться, но хватка была мертвой.

– Послушай меня, малыш, – голос Нигана стал холодным и твердым, как сталь. – В моем мире есть правила. И первое правило: когда я говорю, ты слушаешь. Когда я приказываю, ты подчиняешься.

Он надавил на руку Натаниэля, заставляя его опустить нож. Сила альфы была неоспоримой. Нат почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Это было то самое чувство, которого он втайне жаждал – найти кого-то, кто сможет его сломать и подчинить. Кого-то, кто будет сильнее его ярости.

– И что ты сделаешь? – с вызовом спросил Натаниэль, хотя его дыхание сбилось. – Убьешь меня?

– Убить тебя? – Ниган хмыкнул, отпуская его руку и аккуратно поправляя воротник куртки юноши. – Это было бы преступлением против человечества. Нет, детка. Я забираю тебя с собой. Ты будешь жить в Святилище. Будешь кушать вкусную еду, спать на мягких простынях и учиться манерам.

– Я никуда с тобой не поеду, – Нат попытался вернуть себе прежний дерзкий тон, но он звучал уже не так убедительно.

– Поедешь, – Ниган подмигнул ему. – Иначе я вышибу мозги твоему папаше прямо здесь и сейчас. А потом заставлю тебя смотреть, как я скармливаю его остатки ходячим.

Натаниэль посмотрел на Рика. Отец выглядел сломленным. Нат ненавидел слабость, но Рик был единственным, кто любил его, несмотря на все его безумства.

– Ладно, – бросил Нат, убирая нож в ножны. – Но не надейся, что я буду шелковым.

– О, я на это и не надеюсь, – Ниган снова улыбнулся, и в этой улыбке было нечто хищное. – Мне нравится процесс дрессировки. Особенно когда зверушка такая кусачая.

Ниган повернулся к своим людям.

– Грузите припасы! И подготовьте место в моей машине для нашего нового гостя.

Он снова посмотрел на Натаниэля, который стоял, вызывающе выставив одну ногу вперед, хотя его зрачки были расширены от возбуждения и страха.

– Иди в машину, малыш. И не вздумай капризничать. Моя Люсиль очень ревнивая, она не любит, когда я отвлекаюсь на чужие истерики.

Натаниэль двинулся к грузовику Спасителей, чувствуя на себе тяжелый взгляд Нигана. Проходя мимо отца, он даже не посмотрел на него. В его голове пульсировала одна мысль: этот альфа – настоящий. Не подделка, не слабак, прикрывающийся правилами, а хищник.

Когда Нат сел на заднее сиденье роскошного автомобиля, Ниган устроился рядом, закинув ногу на ногу и положив биту между ними.

– Знаешь, – сказал Ниган, когда машина тронулась, – от тебя пахнет вишней. Но я уверен, что внутри ты на вкус как чистый яд.

– Попробуй – узнаешь, – огрызнулся Натаниэль, отворачиваясь к окну.

– Обязательно попробую, – тихо пообещал Ниган, и в его голосе Натаниэль услышал не угрозу, а предвкушение. – Мы с тобой повеселимся, оторва. Обещаю, тебе понравится подчиняться тому, кто действительно знает, что с тобой делать.

Натаниэль промолчал, но его сердце бешено колотилось. Он знал, что его жизнь в Александрии закончилась. И, честно говоря, глядя на профиль Нигана в зеркало заднего вида, он понимал, что «Дьявол» наконец-то нашел свой персональный ад, в котором ему очень хотелось остаться.