Пред-лог

Павел, которого в криминальном мире города знали как человека, способного одним взглядом остановить сердце врага, сидел в глубоком кожаном кресле и рассеянно крутил на пальце золотое кольцо. Его фигура — гора литых мышц, упакованная в дорогой костюм, — внушала трепет. В свои пятьдесят шесть он выглядел как античный титан: массивный, резкий, с тяжелой челюстью и глазами, в которых застыла вечная готовность к атаке. Его агрессия была притчей во языцех; он не терпел новых людей, видел в каждом встречном угрозу и реагировал на любое посягательство на свою территорию с яростью раненого медведя.

Но стоило двери кабинета открыться, как эта аура первобытной угрозы мгновенно рассеивалась.

– Паш, ты опять забыл, что мы договаривались пообедать? – В комнату буквально влетел Саша.

Саша был полной противоположностью мужа. Невысокий, худощавый, с юркими движениями атлета, он казался подростком рядом с монументальным Павлом. Его светлые волосы были вечно взъерошены, а за ушами виднелись аккуратные корпуса слуховых аппаратов — напоминание о страшном теракте, который он пережил годы назад. Без них мир для Саши превращался в абсолютную тишину, но с ними он был самым живым и громким человеком в окружении криминального босса.

Павел поднял голову, и его жесткое лицо смягчилось.

– Заработался, Саш. Аркадий навалил отчетов по логистике, а Тёма опять завалил поставку запчастей для твоего центра.

– Не ворчи на Тёму, он старался! – Саша подошел вплотную, бесстрашно усаживаясь на подлокотник кресла самого опасного человека в городе.

Павел вздохнул, но в этом вздохе не было раздражения. Он вспомнил, как на прошлой неделе они с Сашей ходили по магазинам. Он видел, как у Саши загорелись глаза при виде редкого набора инструментов для его мастерской — Саша работал реставратором мебели, получал копейки, но обожал свое дело. Он никогда ничего не просил для себя. Павел давал ему неограниченный доступ к счетам, но Саша брал лишь на самое необходимое. Эта скромность мужа заставляла Павла чувствовать странную щемящую нежность. «Я бы купил ему весь этот чертов торговый центр, – пронеслось в голове у Павла, – а он радуется какой-то старой стамеске».

– Ты опять поменял батарейки? – Павел коснулся кончиками пальцев уха Саши.

– Да, с утра сели. Представляешь, иду по улице, и вдруг — хлоп! — тишина. Хорошо, Тёма был рядом, он меня за шиворот от машины оттащил, – рассмеялся Саша.

Павел напрягся. Его защитный инстинкт взвился до небес.

– Тёма? Где вы были?

– Мы решили проверить, насколько прочный лед на канале, – беззаботно ответил Саша, не замечая, как у Павла дернулся глаз. – Прыгали там, пока Аркадий не начал орать, что вызовет психиатрическую помощь.

– Вы два идиота, – выдохнул Павел, закрывая глаза. – Тёма — тридцатилетний ребенок, а ты... ты просто невозможен.

Артем и Аркадий были их ближайшим кругом. Аркадий — мозг группировки, стратег с холодным аналитическим умом, который мог просчитать любую сделку на десять шагов вперед. Артем — весельчак, высокий и крепкий, но по сравнению с Павлом казавшийся подростком, отвечал за «полевую» работу и связи, хотя его наивность часто приводила к курьезам.

Вечером того же дня они сидели в загородном доме Павла. На столе стоял дорогой коньяк, в камине трещали дрова. Саша и Артем в углу оживленно спорили о чем-то, смеясь на весь дом, а Аркадий лениво наблюдал за ними, потягивая напиток.

– Паш, – Аркадий кивнул в сторону молодежи, – ты когда последний раз кольцо снимал? Наверное, палец уже сросся с металлом.

– Никогда не снимаю, – отрезал Павел, бросая короткий взгляд на Сашу. – И не собираюсь.

– Ой, посмотрите на него! – Артем подскочил к ним, услышав обрывок фразы. – Гроза города, великий и ужасный Паша, а дома, небось, Саше тапочки в зубах приносит?

Павел заметно смутился, его уши чуть покраснели, что выглядело комично на таком суровом лице.

– Тёма, завали хлебало, пока я тебе его не подправил, – буркнул он, но без настоящей злости.

– Да ладно тебе, мы же видим, как ты на него смотришь, – Аркадий усмехнулся. – Как на святыню. Если Саша скажет тебе прыгнуть с крыши, ты только спросишь, в какой позе приземляться.

– Идите к черту, – Павел отвернулся, чувствуя, как внутри разливается тепло.

Он действительно видел в Саше свой мир. За два года брака он ни разу не посмотрел на другого человека. Его верность была абсолютной, почти религиозной. Он был готов ползать у ног своего маленького мужа, выполнять любые его капризы, даже если ворчал при этом для вида.

На следующее утро Павлу предстояли важные переговоры с конкурентами из соседнего региона. Это была опасная встреча на нейтральной территории.

– Саш, ты останешься в машине с охраной, – распорядился Павел, надевая пиджак.

– Нет, я пойду с тобой, – твердо сказал Саша. – И надень вот это.

Он протянул Павлу тяжелую водолазку с высоким горлом и плотный пиджак, который застегивался под самый подбородок.

– Зачем так официально? И закрыто? – удивился Павел. – Там будет душно.

– Просто надень, – Саша хищно улыбнулся, поправляя слуховой аппарат. – Мне так спокойнее.

Они приехали к старому особняку, арендованному для встречи, на полчаса раньше срока. Охрана осталась по периметру. Павел, ведя Сашу за руку, вошел в массивный зал с огромным дубовым столом посередине.

– Какое дерево... – Саша провел ладонью по полированной поверхности стола. – Паш, оно прочное? Выдержит большой вес?

– Наверное... К чему такие вопросы? – Павел обернулся к нему, недоумевая.

Ответа не последовало. Саша резко сократил дистанцию, схватил Павла за лацканы пиджака и притянул к себе, впиваясь в губы властным, требовательным поцелуем. Павел замер, его огромные руки инстинктивно легли на талию мужа. Воздуха стало не хватать, когда Саша начал настойчиво расстегивать его закрытую одежду.

– Саш... – Павел попытался отстраниться, его голос дрожал. – Подожди, люди... партнеры приедут с минуты на минуту. Мы не можем...

– Не зря же я заставил тебя надеть максимально закрытую одежду, – прошептал Саша прямо ему в губы, и в его глазах не было и следа обычной беззаботности. Там горел огонь доминирования. – Никто не увидит, что я с тобой сделаю.

Павел сглотнул. В их интимной жизни всё было не так, как представляли себе окружающие. Могучий лидер группировки в постели становился абсолютно ведомым. Его огромная сила подчинялась воле этого маленького, дерзкого парня. Саша был активом, жестким и ненасытным, а Павел — его преданным пассивом, готовым на всё ради удовольствия своего «хозяина».

Саша толкнул Павла к столу. С тихим рыком он начал избавлять мужа от одежды, оставляя на его шее и груди яркие, багровые засосы. Павел стонал, чувствуя, как пальцы Саши играют с его сосками, вызывая волны дрожи по всему телу.

– Переворачивайся, – скомандовал Саша.

Павел послушно лег животом на холодное дерево стола. Он чувствовал себя уязвимым и в то же время невероятно защищенным в руках Саши. Когда муж вошел в него — медленно, растягивая каждое мгновение, — Павел вцепился пальцами в край стола так, что дерево жалобно скрипнуло.

– Слишком... большой... – выдохнул Павел, пытаясь толкнуться бедрами навстречу, но Саша жестко перехватил его за поясницу, фиксируя на месте.

– Не торопись, Паш. Наслаждайся.

Движения Саши были ленивыми, глубокими, выбивающими из Павла хриплые стоны. Криминальный авторитет, которого боялись тысячи, сейчас плавился под руками своего мужа. После первого излияния Саша не дал ему передохнуть. Он заставил Павла опуститься на колени прямо на ковер.

– Сделай мне приятно.

Павел поднял взгляд на Сашу. В этом взгляде было столько обожания и покорности, что у любого стороннего наблюдателя случился бы шок. Он начал минет, работая языком и губами с самоотдачей, на которую был способен только любящий человек. «Мой мир, мой единственный, – думал Павел, чувствуя вкус мужа. – Я весь принадлежу тебе».

Когда Саша излился ему в рот, Павел подумал, что на этом всё. Он начал было подниматься, но Саша резко, почти грубо, снова опрокинул его на стол.

– Я еще не закончил.

В этот раз всё было иначе. Саша вошел глубоко, быстро и властно. Каждый толчок отдавался в теле Павла электрическим разрядом. Он вскрикивал, не заботясь о том, что охрана за дверью может что-то услышать. Его тело дрожало, мышцы перекатывались под кожей, а из глаз едва не катились слезы от остроты ощущений. Саша взял его в третий раз, заполняя собой полностью, заставляя Павла извиваться в экстазе.

Когда всё закончилось, Саша отпустил дрожащего мужа. Павел тяжело дышал, пытаясь прийти в себя. Его кожа горела, а в голове всё еще шумело.

– Ты... ты сумасшедший, – прохрипел Павел, поправляя растрепанные волосы.

– Тебе же нравится, – Саша улыбнулся своей привычной обаятельной улыбкой, но в ней всё еще сквозило торжество победителя.

Он помог Павлу привести себя в порядок, вытер следы их страсти и вдруг вытащил из кармана небольшую анальную пробку из черного силикона.

– Вставь.

Павел замер, глядя на игрушку.

– Саш, переговоры... мне нужно будет сидеть там два часа.

– Именно, – Саша подмигнул ему. – Я буду в соседней комнате, за стеклом. Буду смотреть, как ты пытаешься сохранять серьезное лицо перед этими идиотами, зная, что у тебя внутри.

Павел вздохнул, понимая, что спорить бесполезно. Он взял игрушку и выполнил приказ. Ощущение наполненности заставило его снова покраснеть.

– Переговоры будут... очень горячими, – прошептал он.

– Иди, – Саша поцеловал его в щеку. – Покажи им, кто здесь босс. А я буду ждать тебя.

Павел вышел к партнерам, застегнутый на все пуговицы, с непроницаемым лицом и тяжелым взглядом. Никто из присутствующих и представить не мог, что под этим дорогим пиджаком скрываются свежие засосы, а в теле самого опасного человека города всё еще пульсирует эхо страсти, подаренной ему маленьким атлетом с доброй улыбкой и слуховым аппаратом.