семья

Бар «Маяк» гудел, как встревоженный улей. Неоновые огни отражались в недопитых бокалах, превращая дешевый алкоголь в некое подобие магического зелья. Света сидела за стойкой, вцепившись пальцами в край высокого стула. Ей было тридцать, и сегодня она чувствовала каждый прожитый год как тяжелый камень на шее. Развод с Кириллом, бесконечные споры из-за Максима, работа в школе, где каждый день приходилось натягивать маску строгого учителя химии — всё это вылилось в желание просто исчезнуть.

Она была пьяна. Намного сильнее, чем планировала. Короткое черное платье, которое Ксюша уговорила её надеть, казалось сейчас слишком тесным, слишком вызывающим.

– Светлана Витальевна? Здравствуйте, – раздался над ухом знакомый ломающийся голос.

Света с трудом сфокусировала взгляд. Перед ней стояли трое. Девятый «Б». Влад, заводила и главный прогульщик, стоял в центре, рассматривая своего учителя химии с нескрываемым, липким интересом.

– Здравствуй, Влад, – заплетающимся языком выговорила она, пытаясь выпрямить спину. – Мальчики, вам не место в таких заведениях.

– А вам, Светлана Витальевна, не хотите повеселиться с нами в номере? Тут наверху есть отличные комнаты, – второй парень, чье имя вылетело у неё из головы, сделал шаг вперед, обдавая её запахом дешевого одеколона.

Света горько усмехнулась, отодвигая бокал.

– Не рановато ли для веселья? К тому же предлагать такое своему учителю химии... Это как минимум глупо.

– Мне кажется, в самый раз, – Влад нагло окинул её взглядом с ног до головы. – К тому же вы так откровенно одеты. Явно не для проверки тетрадок.

– Не для вас одета, ребят. Идите, куда шли, пока я не вспомнила, что завтра у вас контрольная, – Света попыталась встать, но ноги предательски дрогнули.

– А то что? – Влад прищурился. – Позовете своего семилетнего сына? Скажете Максиму, что плохие дяди обижают маму?

Света почувствовала, как внутри закипает ярость, смешанная с беспомощностью. Она хотела ответить, но вдруг увидела за спинами подростков знакомую фигуру. Егор. Её нынешний парень, человек, который обещал ей спокойствие после бурного брака с Кириллом.

– Мальчики, обернитесь, – тихо сказала она.

Подростки синхронно повернулись. Егор стоял, скрестив руки на груди, с холодным, непроницаемым выражением лица.

– Один из вас, подойди ко мне, – скомандовал он.

Влад, растеряв всю свою спесь, медленно подошел к мужчине.

– Извините, мы больше не будем, – пробормотал он, глядя в пол. – Мы просто пошутили.

Егор внезапно усмехнулся и положил руку парню на плечо. Но в его жесте не было дружелюбия, только странный, пугающий расчет.

– Да не бойся ты. Если вы так хотите её, то можете сегодня пробраться к нам домой. Подсыпьте ей слабительное в чай, она расслабится и не будет сопротивляться.

Влад замер, не веря своим ушам. Света, сидевшая позади, не слышала этих слов из-за шума музыки, она лишь видела, как Егор о чем-то шепчется с её учеником. Ей показалось, что он их отчитывает. Если бы она только знала, какую сделку заключает человек, которому она доверила ключи от своего дома.

***

Вечер 23.00.

В квартире было тихо. Максим давно спал в своей комнате, обнимая плюшевого медведя — подарок отца. Кирилл звонил вечером, хотел забрать сына на выходные, но Света не взяла трубку. Голова раскалывалась.

Егор стоял на кухне, наблюдая за тем, как закипает чайник. В его руке был небольшой пузырек. Он аккуратно отсчитал капли в любимую кружку Светы. В этот момент зазвонил телефон.

– Да, Влад, – негромко произнес Егор в трубку. – Она сейчас будет пить чай, в который я подсыпал ей достаточно много слабительного. Ты сейчас должен стоять возле входной двери и ждать, пока я не открою тебе. Когда она выпьет, она должна уснуть и ничего не слышать. Это её вырубит.

– Точно всё хорошо пройдет? – голос подростка на том конце провода дрожал. – Это же... это подсудное дело.

– Если ты не боишься, то да, – Егор раздраженно повел плечом. – Хотя ты её ученик, должен лучше, чем я, знать её тело. Ты же на неё на уроках пялишься, я видел, как ты на неё смотрел в баре.

– Ну, я же не лезу к ней под юбку или под штаны, как я могу его знать? – огрызнулся Влад.

– А мог бы залезть. Я бы попробовал на твоем месте, уверен, она была бы не против, – Егор усмехнулся, глядя на то, как пар поднимается над кружкой. – Жди у двери.

Он вынес чай в гостиную. Света сидела на диване, прикрыв глаза.

– Выпей, дорогая. Тебе станет легче, – мягко сказал он, протягивая чашку.

Она благодарно улыбнулась, не замечая странного блеска в его глазах. Сделала один глоток, затем другой. Вкус показался ей странным, металлическим, но она списала это на выпитый в баре алкоголь.

– Спасибо, Егор. Ты такой заботливый... – прошептала она.

Через пять минут её веки отяжелели. Она попыталась что-то сказать, но язык не слушался. Мир поплыл, превращаясь в серое марево. Егор подхватил кружку, прежде чем она выпала из её ослабевших рук, и бережно уложил Свету на подушки.

Он подошел к двери и повернул замок. Влад стоял на лестничной клетке, бледный и взволнованный.

– Заходи, – бросил Егор. – Она готова.

Они вошли в спальню, куда Егор успел перенести Свету. В комнате горел только ночник, отбрасывая длинные тени на стены. Влад замер на пороге, его била мелкая дрожь.

– Ну что ты встал? – Егор обернулся к парню. – Иди сюда.

Но как только они подошли к кровати, Егор замер. Егор включил основной свет, и оба вскрикнули от ужаса.

Света лежала на спине, её лицо было белым, как мел. Но ужас внушало не это. Из её носа, из уголков рта и даже из-под рукавов пижамы, где находились капельницы или просто тонкая кожа запястий, начала сильно идти кровь. Она не просто сочилась — она толчками выходила наружу, мгновенно пропитывая белоснежные простыни густым, багровым цветом.

– Что... что ты ей дал?! – закричал Влад, отшатнувшись к стене. – Это не слабительное!

Егор стоял в оцепенении, глядя на пузырек, который всё еще сжимал в кармане.

– Я... я взял его в её кабинете химии, – пробормотал он, и его голос сорвался на хрип. – Там была этикетка... я думал...

– Ты идиот! – Влад бросился к выходу, но споткнулся о ковер. – Ты её убил!

В этот момент в прихожей раздался звук открывающейся двери.

– Света? Максим? Я забыл ключи от гаража, – голос Кирилла, бывшего мужа, прозвучал в тишине квартиры как смертный приговор.

Кровь продолжала литься, заливая пол, а в коридоре уже слышались шаги человека, который еще не знал, что его жизнь и жизнь его сына только что превратились в кошмар. Света дернулась в последний раз, её глаза широко открылись, наполненные невыносимой болью и непониманием, и замерли, глядя в потолок. Химия, которую она так любила, сегодня сыграла с ней последнюю, роковую шутку.