Первая брачная ночь

Тяжелая дубовая дверь затворилась за ними с глухим, окончательным звуком, отсекая шум свадебного торжества, звон бокалов и бесконечные крики «Горько!». В коридоре отеля воцарилась тишина, нарушаемая лишь их прерывистым дыханием. Артем прислонился спиной к косяку, не сводя глаз с жены. В приглушенном свете бра его русые кудри казались золотистым ореолом, а рост в сто восемьдесят шесть сантиметров делал его фигуру почти монументальной в этом замкнутом пространстве.

Ангелина стояла напротив, чувствуя себя совсем крошечной. Со своими ста пятьюдесятью четырьмя сантиметрами она едва доставала ему до груди, и сейчас, без каблуков, которые она скинула еще в лифте, эта разница в росте казалась особенно волнующей. Ее русые волосы, выбившиеся из сложной прически, мягкими волнами рассыпались по плечам.

– Наконец-то мы одни, – негромко произнес Артем. Его голос, обычно спокойный, сейчас вибрировал от сдерживаемого напряжения.

– Я думала, этот день никогда не закончится, – улыбнулась Ангелина, делая шаг к нему.

Он протянул руку, обхватывая ее за талию и притягивая к себе. Разница в росте заставила ее закинуть голову далеко назад, чтобы встретиться с ним взглядом. Артем медленно склонился, сокращая расстояние, пока их губы не соприкоснулись в первом за этот вечер по-настоящему глубоком, интимном поцелуе. Это не было похоже на те целомудренные касания перед гостями. Это был голод, копившийся долгие месяцы подготовки.

Его большие ладони скользнули вниз по спине, сминая дорогую ткань свадебного платья. Ангелина тихо застонала в его губы, запуская пальцы в густую копну его кудрей, притягивая его еще ближе, словно пытаясь слиться с ним воедино.

– Ты такая маленькая, – прошептал он, отрываясь от ее губ и переходя к нежной коже шеи. – Моя маленькая жена.

– А ты слишком высокий, – выдохнула она, выгибаясь в его руках. – Но мне это чертовски нравится.

Артем подхватил ее под бедра, легко, словно она ничего не весила, и прижал к стене. Ангелина обхватила его ногами, чувствуя жесткую ткань его брюк и жар, исходящий от его тела. Он нес ее к огромной кровати, застеленной белоснежным бельем, не прерывая поцелуя ни на секунду.

Когда ее спина коснулась мягкого матраса, а Артем навис сверху, заполняя собой все пространство, Ангелина почувствовала, как сердце пустилось вскачь. Он начал медленно расстегивать бесконечный ряд пуговиц на спине ее платья. Его длинные пальцы действовали осторожно, но уверенно.

– Помочь? – прошептала она, пытаясь дотянуться до его галстука.

– Нет, – он поцеловал ее в ключицу. – Я хочу сделать это сам. Каждую деталь.

Когда платье наконец соскользнуло, открывая взору кружевное белье и нежную, фарфоровую кожу, Артем на мгновение замер. Его взгляд потяжелел. Он смотрел на нее с таким обожанием и страстью, что у Ангелины перехватило дыхание. Она потянулась к пуговицам его рубашки, расправляясь с ними гораздо быстрее. Под тканью скрывались литые мышцы и жар, который, казалось, мог обжечь.

– Артем, – позвала она, когда он наконец избавился от лишней одежды.

– Я здесь, Ангел, – откликнулся он, накрывая ее своим телом.

Контраст их тел был поразительным: его широкие плечи и длинные, сильные ноги против ее хрупкости и изящества. Он двигался медленно, дразня, покрывая поцелуями каждый сантиметр ее тела. Его кудри щекотали ее живот, когда он спускался ниже, вызывая волны мурашек. Ангелина сжимала простыни, запрокидывая голову и прикусывая губу, чтобы не вскрикнуть слишком громко.

– Не молчи, – попросил он, поднимаясь и снова оказываясь лицом к лицу. – Я хочу слышать тебя.

– Тогда не останавливайся, – выдохнула она, притягивая его за затылок.

Их соединение было резким и одновременно невероятно правильным. Ангелина вскрикнула, впиваясь ногтями в его плечи, когда Артем вошел в нее до конца, заполняя собой всё ее существо. Он замер на мгновение, давая ей привыкнуть, глядя прямо в глаза. В его зрачках отражался свет ночного города, пробивающийся сквозь неплотно задернутые шторы.

– Ты в порядке? – спросил он, смахнув прядь волос с ее лба.

– Да... Боже, да, – она подалась навстречу, побуждая его к движению.

Он начал двигаться — сначала медленно и ритмично, а затем все быстрее, теряя контроль, который так старательно поддерживал весь день. Кровать скрипела в такт их движениям, а воздух в комнате стал густым и влажным. Ангелина чувствовала каждый толчок, каждую мышцу его тела, работающую в унисон с ее собственным ритмом.

– Я люблю тебя, – прохрипел Артем, ускоряясь. Его голос сорвался, когда он почувствовал, как она содрогается под ним, достигая пика.

– Люблю... – эхом отозвалась она, теряясь в ощущениях.

Мир вокруг перестал существовать. Не было больше ни гостей, ни обязательств, ни усталости — только этот неистовый танец двух тел, только запах его парфюма, смешанный с естественным запахом кожи, и мягкость его кудрей под ее пальцами.

Когда последняя волна экстаза накрыла их, Артем рухнул на подушки рядом с ней, тяжело дыша и не отпуская ее из своих объятий. Он притянул ее к себе, укрывая одеялом, и Ангелина уткнулась носом в его плечо, чувствуя себя в полной безопасности.

– Знаешь, – прошептал он спустя долгое время, перебирая ее волосы. – Я готов жениться на тебе каждый день, если ночи будут такими.

– Хватит и одного раза, – сонно улыбнулась она, закрывая глаза. – Главное, что теперь все ночи — наши.

Он поцеловал ее в макушку, вдыхая аромат ее волос, и в этой тишине, наступившей после бури, они оба поняли, что это было только начало их долгого и счастливого пути. Кудрявый великан и его маленькая русая жена заснули, сплетясь руками и ногами, словно боясь потерять друг друга даже во сне.