Продолжение

Над огромным залом, где застыли герои и злодеи, повисла тяжелая, почти осязаемая тишина. Экран, мерцающий холодным светом, на мгновение подернулся рябью. Надпись «Загрузка, пожалуйста, подождите...» казалась издевкой над теми, чьи нервы были натянуты до предела.

Кай сжал кулаки так, что побелели костяшки. Его стихийная сила была заблокирована, но ярость внутри пылала ярче любого огня. Рядом с ним Гармадон, в своем истинном облике разрушителя, сверкал четырьмя глазами, в которых читалась не просто ненависть, а первобытный страх за сына.

– Это не может быть правдой, – прошептала Мисако, прижимая ладонь к губам. – Первый Мастер... он не мог создать такое существо, чтобы мучить Ллойда.

– Он не мучает его, – раздался холодный, лязгающий голос Оверлорда. Тьма вокруг него клубилась, несмотря на ограничения зала. – Он переделывает его. Ник — это инструмент эволюции. Ключ, который повернет замок Баланса. Посмотрите на экран, глупцы. Вы увидите то, что Ллойд выбрал вместо вас.

Изображение наконец стабилизировалось.

На экране комната была залита мягким утренним светом. Ллойд, лохматый и заспанный, медленно поднялся с кровати. Его движения были лишены той резкости и готовности к бою, к которой привыкли ниндзя. Он выглядел... обычным. Почти. Только странный блеск в глазах и чуть более бледная кожа выдавали в нем присутствие чего-то иного.

Зрители в зале наблюдали, как Ллойд зашел в ванную. Он умылся холодной водой и принялся чистить зубы. Когда он закончил и посмотрел в зеркало, Харуми вскрикнула, а Джей отшатнулся.

– О боги... – выдохнул Коул. – Смотрите на его зубы.

Ллойд широко открыл рот, проверяя чистоту. В ряду ровных белых зубов отчетливо выделялись две пары клыков. Они были меньше, чем у Ника, но достаточно острыми, чтобы напомнить о его наследии Они. Ллойд лишь коснулся одного из них пальцем и улыбнулся своему отражению, словно это было самой естественной вещью в мире.

В нос ему ударил аппетитный аромат, доносящийся с кухни. Ллойд зажмурился от удовольствия и, стараясь ступать бесшумно, направился на запах.

На кухне у плиты стоял Ник. Но в этом видении он выглядел иначе — домашним, почти уютным, если не считать его пугающей ауры. Он переворачивал блины, насвистывая тихую мелодию.

Ллойд, как маленький ребенок, подкрался сзади и внезапно обхватил его руками за талию.

– Попался! – весело воскликнул Ллойд.

Ник вздрогнул, едва не выронив лопатку, и прижал руку к груди, театрально выдыхая.

– Боже мой, Ллойд! Не пугай меня так, – он обернулся, глядя на смеющегося парня с притворной строгостью. – У меня же инфаркт случится. Ты хочешь остаться без повара?

Ллойд уткнулся лицом в его плечо, все еще подхихикивая.

– Ты лучший в целом свете, Ник. Спасибо тебе за всё.

– А ты умылся? Зубы почистил? – Ник приподнял бровь, погладив Ллойда по золотистым волосам.

Вместо ответа Ллойд широко открыл рот, демонстрируя те самые клыки и идеально чистые зубы.

– А-а-а-а! Видишь? Я всё сделал, – прошамкал он, сияя от гордости. – Теперь можно есть?

– Иди за стол, чудовище, – усмехнулся Ник, подталкивая его.

В зале Ниндзяго воцарился хаос эмоций.

– Он называет его «лучшим в мире»? – Кай едва не сорвался на крик, обращаясь к пустоте. – После всего, что мы прошли? После того, как мы были его семьей?!

– Вы были его долгом, Кай, – тихо произнес Мастер Ву, его голос дрожал от печали. – А этот Ник... он стал для него убежищем. Мы требовали от Ллойда быть героем. Ник позволил ему быть сломленным.

На экране Ллойд уселся за стол, но вдруг замер, оглядываясь по сторонам.

– Ник, а ты не видел... Ника? – Ллойд нахмурился, обращаясь к дедушке — призрачному образу Первого Мастера, который сидел в кресле в углу комнаты, читая книгу.

Зрители в зале ахнули. Первый Мастер Кружитцу присутствовал в этом домашнем кошмаре как обычный член семьи.

– Я не могу его найти, – продолжал Ллойд, обращаясь к дедушке. – Как думаешь, он играет со мной в прятки? Мне интересно, где он на этот раз спрятался. От меня еще никто так не прятался, я ведь мастер в поиске людей, особенно если это он.

Дедушка поднял взгляд от книги и тепло улыбнулся внуку.

– Нет, Ллойд, я его не видел. Может, он ушел в сад?

Ник, который только что стоял у плиты, внезапно исчез в тени угла. Он двигался как истинный хищник — бесшумно, плавно, сливаясь с пространством. Ллойд продолжал вертеть головой, не замечая, как тень за его спиной сгущается.

Внезапно Ник возник прямо за спиной Ллойда, обхватил его в крепкие объятия и звонко поцеловал в щеку.

– Попался! – прошептал Ник прямо ему в ухо.

Ллойд и дедушка одновременно подпрыгнули на месте, хватаясь за сердца.

– А-а-а-а! Боже мой, Ник! – закричали они в унисон. – Не пугай нас так!

Ллойд развернулся в объятиях Ника, его лицо светилось счастьем, которое никто из присутствующих в зале не видел у него годами. Но в глазах Ника, когда он смотрел на Ллойда, не было просто любви. Там была бездонная, пугающая одержимость. Он держал Ллойда так, словно тот был его самой ценной добычей, его личным сокровищем, которое он никогда не выпустит в мир.

– Ты слишком предсказуем, котенок, – Ник слизнул невидимую пылинку с щеки Ллойда, и тот даже не вздрогнул от этого жеста. – Ты искал меня там, где я был, а не там, где я мог бы быть.

В зале Гармадон зарычал, и этот звук был полон боли.

– Он ломает его восприятие, – проскрежетал Лорд Рас, наблюдая за сценой с холодным интересом. – Ллойд больше не отличает реальность от той клетки, которую Ник построил вокруг него. Смотрите, он даже не замечает, что «дедушка» — это лишь проекция.

– Это не просто проекция, – вмешалась императрица Беллатриса, щурясь. – Это магия Баланса. Ник заменяет собой весь мир Ллойда. Сначала друзей, потом семью, теперь — саму память о прошлом.

Сора и Арин стояли плечом к плечу. Молодая изобретательница чувствовала, как по спине пробегает холодок.

– Он выглядит таким счастливым... – тихо сказала Сора. – Почему это кажется более неправильным, чем если бы его пытали?

– Потому что это ложь, – отрезала Ния. – Посмотрите на Ллойда. Он не тренируется, он не думает о защите Ниндзяго. Он просто... существует в этом пузыре.

На экране сцена изменилась. Завтрак закончился, и Ник усадил Ллойда на диван, начав расчесывать его волосы. Движения были нежными, но в то же время властными.

– Скоро наступит время, Ллойд, – тихо проговорил Ник, и его голос в зале прозвучал как гром. – Время, когда нам больше не нужно будет прятаться в этом промежутке между мирами.

Ллойд прикрыл глаза, подставляя голову под гребень.

– А как же остальные? – спросил он едва слышно. – Кай, мама... отец? Они будут там?

Рука Ника на мгновение замерла. Его лицо исказилось в мимолетной гримасе отвращения, которую Ллойд не увидел.

– Они — это шум, – мягко ответил Ник. – Шум, который заставлял тебя страдать. Ты ведь помнишь, как они смотрели на тебя, когда ты терял контроль? С каким страхом?

Ллойд вздрогнул. Его пальцы судорожно сжали край подушки.

– Помню... – прошептал он. – Они боялись меня.

– Я никогда не буду тебя бояться, – Ник наклонился и прижался лбом к затылку Ллойда. – Ты — мой Баланс. Мой Они. Мой Дракон. И скоро мир увидит твое истинное величие. Наш союз... он изменит всё. Ты готов стать ключом?

Ллойд медленно повернулся к нему. В его глазах отражалась странная смесь преданности и безумия.

– Если ты будешь рядом... я готов на всё.

В зале Оверлорд разразился торжествующим смехом.

– Вы слышали? – он обернулся к застывшим ниндзя. – Свадьба, о которой я говорил — это не просто обряд. Это слияние сил, которые Первый Мастер пытался разделить. Когда Ник и Ллойд окончательно свяжут свои сущности, Баланс перевернется. И ваше Ниндзяго станет лишь тенью того, что создаст Ник.

– Мы этого не допустим! – Кай бросился к экрану, пытаясь ударить по стеклянному барьеру, но лишь отлетел назад от мощного импульса.

– Слишком поздно, мастер огня, – голос Ника внезапно прозвучал не с экрана, а прямо в зале, отозвавшись эхом от стен.

Все обернулись. В дальнем конце зала, в тени колонн, стояла фигура. Это не было видение. Ник стоял там во плоти, одетый в те же одежды, что и на видео, но его аура была настолько тяжелой, что Морро и Пятерка Запретных невольно отступили.

– Вы смотрите на его прошлое, – Ник сделал шаг вперед, и свет ламп замигал. – Но Ллойд уже принадлежит будущему. Моему будущему.

Гармадон шагнул навстречу врагу, его четыре руки были готовы рвать и метать.

– Отдай мне моего сына, тварь! – взревел он.

Ник лишь улыбнулся, и эта улыбка была точной копией той, что только что была у Ллойда на экране — только в три раза шире и полна острых клыков.

– Твой сын? – Ник рассмеялся, и этот звук напоминал скрежет металла. – Ты бросил его, когда он был ребенком. Ты пытался убить его, когда он стал мужчиной. Ты — лишь биологический мусор в его истории. Я же — тот, кто собрал его по кусочкам.

Ник взмахнул рукой, и на экране изображение Ллойда начало трансформироваться. Его кожа стала покрываться темной чешуей, а за спиной начали прорезаться крылья, одновременно похожие на драконьи и на нечто демоническое. Ллойд на видео кричал, но в его крике не было боли — только экстаз обретаемой силы.

– Посмотрите, как он меняется, – прошептал Ник, глядя на экран с обожанием. – Он перестает быть человеком. Он становится богом. И я — его единственный жрец.

Зейн быстро анализировал ситуацию, его глаза лихорадочно мерцали синим.

– Его показатели... это не просто трансформация Они, – сообщил он команде. – Ник вводит в его энергетическое тело чужеродный код. Он переписывает саму суть Ллойда. Если мы не выберемся отсюда в ближайшие часы, Ллойд Гармадон перестанет существовать. Останется только... это.

– Ключ к смене Баланса, – закончил за него Коул, чувствуя, как внутри всё сжимается от ужаса.

Ник внезапно исчез, растворившись в воздухе, оставив после себя лишь запах озона и старой бумаги.

– Найдите выход! – скомандовал Ву, его голос вновь обрел стальную твердость. – Мы должны прервать это видение. Если Ллойд примет этот «союз» в своем сознании, мир, каким мы его знаем, исчезнет.

На экране Ллойд снова улыбался. Он сидел на коленях у Ника, а тот кормил его блинами, словно прирученного зверя. Но когда Ллойд оборачивался к камере, на мгновение его глаза становились прежними — испуганными, полными слез и мольбы о помощи.

Этот взгляд длился лишь секунду, прежде чем тьма Ника снова застилала его взор.

– Мы идем за тобой, Ллойд, – прошептал Кай, прижимаясь лбом к холодной преграде экрана. – Только держись. Пожалуйста, просто держись.

Но экран лишь показывал, как Ник нежно закрывает Ллойду глаза своими длинными пальцами, погружая его в вечный, золотисто-черный сон. Загрузка новой реальности была почти завершена.