Засада

Вечер в Париже дышал обманчивым спокойствием. Огни города отражались в Сене, а воздух был пропитан запахом цветущих каштанов и выхлопных газов. Лука и Джулека шли по узким улочкам, сокращая путь к «Либерти». Музыка после вечеринки всё еще гудела в ушах, но прохладный ночной ветер постепенно приводил чувства в порядок.

Лука прижимал телефон к уху, стараясь перекричать шум проезжающего мимо мотоцикла.

– Да, мам, я знаю, уже поздно, – он мягко улыбнулся, глядя на сестру, которая шла рядом, задумчиво перебирая пряди своих фиолетовых волос. – Прости, мы просто не уследили за временем. Обещаю, через десять минут будем на месте. Мы уже почти у причала.

Джулека тихо вздохнула, поправив рукав своей кофты. Она не любила шумные сборища, но Лука всегда умел убедить её, что немного общения ей не повредит. Сейчас же ей хотелось только одного — оказаться в своей каюте и раствориться в тишине.

– Хорошо, мам. Скоро будем. Целую, – Лука сбросил вызов и убрал телефон в карман джинсов. – Поднажмем? А то Анарка начнет строить баррикады, если мы не явимся вовремя.

– Угу, – едва слышно отозвалась Джулека.

Они свернули в один из тех переулков, которые днем кажутся живописными, а ночью превращаются в мрачные каменные мешки. Тени здесь были гуще, а свет редких фонарей едва пробивался сквозь нависшие балконы старых домов.

Внезапно из темноты впереди вышли три фигуры. Они двигались неторопливо, с той пугающей уверенностью, которая бывает только у хищников, загнавших жертву в угол. Лука инстинктивно выставил руку вперед, преграждая путь сестре.

– Эй, ребят, – голос одного из незнакомцев, высокого мужчины в грязной толстовке, прозвучал хрипло. – Есть мелочь? Или, может, телефоны завалялись?

Лука почувствовал, как Джулека вцепилась в его куртку сзади. Ее пальцы дрожали.

– У нас нет проблем, – спокойно сказал Лука, стараясь сохранять ровный тон. – Возьмите кошелек, там немного, но это всё, что есть. Просто дайте нам пройти.

Он медленно потянулся к карману, но один из бандитов, пониже и коренастее, резко шагнул вперед. В его руке блеснуло лезвие ножа.

– А если мы хотим больше, чем просто кошелек? – осклабился он.

Лука среагировал мгновенно. Когда нож метнулся в его сторону, он попытался оттолкнуть Джулеку назад, закрывая её своим телом. Боль пришла не сразу — сначала был лишь резкий холод в области живота, а затем обжигающее пламя, растёкшееся под кожей.

– Лука! – закричала Джулека, когда брат пошатнулся и осел на колени, прижимая руки к ране, сквозь которые быстро просачивалась темная кровь.

– Сиди смирно, парень, – прорычал тот, что был с ножом, отпихивая Луку ногой в сторону. – А то в следующий раз я не промахнусь мимо сердца.

Двое других уже схватили Джулеку. Она пыталась вырваться, царапалась, но их хватка была железной. Один из них, с сальными волосами и неприятным запахом изо рта, заломил ей руки за спину, прижимая к стене дома.

– Смотри-ка, какая куколка, – прошептал второй, проводя грубой ладонью по ее лицу, стирая челку с глаз. – А ты прятала такую красоту.

Лука пытался подняться, его перед глазами всё плыло, а земля уходила из-под ног.

– Оставьте... её... – прохрипел он, захлебываясь болью.

– Заткнись, – бросил главарь, даже не оборачиваясь.

Тот, что держал Джулеку, начал водить носом по ее шее, вдыхая запах волос.

– М-м-м, пахнет цветами и страхом, – пробормотал он, лизнув её щеку. – Мой любимый аромат.

Джулека зажмурилась, слезы катились по её щекам. Она чувствовала, как чужая рука бесцеремонно легла ей на грудь поверх футболки, сжимая плоть. Другой бандит в это время начал тереть её пах через ткань джинсов, издевательски нахваливая её фигуру.

– Не надо, пожалуйста... – умоляла она, но её голос был едва слышен из-за рыданий.

– Не бойся, милая, – прошептал тот, что ласкал её внизу. – Мы просто немного повеселимся. Тебе даже понравится.

Он расстегнул её ремень, и Джулека почувствовала, как холодный ночной воздух коснулся её кожи, когда штаны поползли вниз. Чужие пальцы грубо проникли под резинку белья, раздвигая ткань. Она вскрикнула, когда почувствовала резкое нажатие на клитор. Боль и унижение смешались в один невыносимый коктейль.

Второй бандит в это время уже задрал её футболку, впиваясь зубами в кожу плеча и оставляя багровые засосы. Его руки жадно сминали её тело, не оставляя живого места.

Лука видел это сквозь пелену, он пытался ползти, но удар тяжелым ботинком в ребра отбросил его обратно в грязь.

– Смотри, как твоя сестренка расцветает, – хохотнул один из нападавших.

Они повалили Джулеку на холодный асфальт. Она больше не кричала — шок сковал её горло. Один из мужчин рывком снял с неё штаны и белье, обнажая её беззащитность перед ночным небом.

– Обещаю, больно не будет, – соврал он с издевательской ухмылкой, нависая над ней. – Просто расслабься.

Он не стал размениваться на нежности. Резкое, грубое движение заставило Джулеку выгнуться дугой. Крик боли наконец вырвался из её груди, отразившись от стен переулка. На сером бетоне под ней расплылось небольшое алое пятно.

Лука закрыл глаза, не в силах больше на это смотреть. Звуки ударов плоти о плоть, тяжелое дыхание мужчин и тихие, ломаные всхлипы сестры заполнили пространство, вытесняя из него всё человеческое. В этот момент музыка в его душе, которую он слышал всегда, окончательно смолкла, оставив после себя лишь звенящую, мертвую пустоту.

Когда всё закончилось, бандиты, перебрасываясь короткими фразами, быстро исчезли в тени. Переулок снова погрузился в тишину, нарушаемую лишь отдаленным гулом города, которому не было дела до трагедии, разыгравшейся в его недрах.

Лука, превозмогая тошноту и гаснущее сознание, подполз к сестре. Джулека лежала неподвижно, глядя в пустоту остекленевшими глазами. Ее одежда была разорвана, тело покрыто синяками и следами чужих прикосновений.

– Джу... – его голос сорвался. – Джулека...

Он накрыл её своей курткой, стараясь не смотреть на кровь, размазанную по её бедрам. Она не пошевелилась, лишь её губы едва заметно дрогнули.

Вдалеке послышался звук сирены, но для них мир уже никогда не станет прежним. Ночь в Париже продолжалась, холодная и равнодушная.