Арина Шапавалова родила

В кабинете физики стояла такая густая тишина, что её можно было резать ножом, как кусок дешёвого сала. Арина Шапавалова, тяжело дыша и поправляя сползающую лямку засаленного сарафана, сидела на первой парте. Её пухлые щеки горели румянцем, а в голове крутилась только одна мысль: как бы поскорее свалить из школы и съесть пачку чипсов. Но сегодня уйти просто так ей было не суждено.

Вокруг неё, словно стервятники над добычей, кружили они — четверо рыцарей её сомнительного сердца.

Физик, чья лысина отражала свет люминесцентных ламп, тяжело сопел. Его внушительный живот упирался в учительский стол, а в глазах читалась неприкрытая страсть, смешанная с желанием поставить Арине «двойку» за четверть, просто чтобы оставить её на дополнительные занятия.

– Ариночка, – пробасил Физик, вытирая пот со лба несвежим платком. – Законы термодинамики неумолимы. Теплота передаётся от более нагретого тела к менее нагретому. Моё сердце сейчас — это котел под давлением в десять атмосфер. Ты понимаешь, к чему я клоню?

– Да ничё она не понимает, – перебил его Дима.

Дима выглядел как оживший кошмар консервативной бабушки: розовые волосы, подведённые глаза и сетчатые перчатки. Он грациозно, насколько позволяли его узкие джинсы, облокотился на подоконник, поигрывая цепочкой на шее.

– Ариша, забей на этого старого хрыча, – Дима подмигнул ей, картинно поправив чёлку. – Он тебе про формулы, а я тебе про чувства. Мы же с тобой как инь и ян. Я накрашу тебе ногти, и мы будем вместе смотреть аниме. Ты же любишь меня больше, чем эти интегралы?

Арина посмотрела на Диму, потом на Физика. Её сердце, скрытое под слоями жирка, действительно билось чаще только при виде этой парочки. Дима был такой... эстетичный, а Физик — такой надёжный и большой, как гора пельменей.

– Я вас обоих люблю, – прочавкала Арина, доставая из кармана заначку в виде подтаявшей ириски. – А остальные мне нафиг не сдались.

В этот момент из-за шкафа с приборами выскочил Тимурка. Он поправил очки, которые постоянно сползали с его крошечного носа, и задрал голову вверх, чтобы видеть лицо Арины.

– Арина, это статистическая ошибка! – запищал он. – Согласно моим расчётам, Дима слишком нестабилен, а у Физика повышенный холестерин. Я — твой идеальный вариант. Я умный, я буду за тебя делать домашку и приносить тебе булочки из столовой. Я — инвестиция в твоё будущее!

– Уйди, гном, – буркнула Арина, даже не взглянув на него.

В углу класса сидел Матвей. Он пускал слюну на учебник биологии и бессмысленно улыбался, глядя на Арину.

– Арина... красивая... – промямлил он, ковыряя пальцем в ухе. – Арина как трактор... большая... сильная...

– Ой, господи, – Женя и Алина, стоявшие в дверях, синхронно закатили глаза.

– Арин, пойдём отсюда, – шепнула Алина. – Тут какой-то цирк уродов.

– Подождите, – Арина вдруг встала, и стул под ней жалобно скрипнул. – Я решила. Дима, иди сюда.

Дима, сияя победной улыбкой, подошёл к ней. Он обхватил её за пышную талию, почти утопая в её складках, и притянул к себе. Физик позеленел от зависти, Тимурка начал что-то яростно записывать в блокнот, а Матвей просто радостно захлопал в ладоши.

– Ох, Аришка, – прошептал Дима ей в ухо, игнорируя запах немытой головы. – Сейчас я тебе покажу, что такое настоящий нефорский драйв.

Он повалил её прямо на парту, которая опасно прогнулась под весом «королевы». Дима действовал быстро и напористо, его фембойская энергия била ключом. Арина громко сопела, её крики оглашали пустой коридор школы, заставляя Женю и Алину нервно хихикать в кулак.

Когда Дима, запыхавшийся и растрёпанный, наконец отстранился, на авансцену вышел Физик. Он тяжело дышал, его расстёгнутая рубашка обнажала густой лес волос на груди.

– Моя очередь, – прорычал он. – Закон притяжения масс в действии!

Физик не церемонился. Он подхватил Арину, словно она была мешком картошки, и переложил её на свой учительский стол, смахнув на пол журналы и мел. Его действия были грубыми, но методичными, как решение сложной задачи по механике. Арина только и успевала вскрикивать, когда его мощный торс нависал над ней, закрывая свет.

– О да, Физик, – стонала она. – Ставь мне зачёт! Ставь мне всё!

Тимурка стоял рядом, подпрыгивая от нетерпения. Когда Физик, обессиленный, сполз с Арины, гном бросился в атаку.

– Теперь я докажу свою эффективность! – крикнул он, карабкаясь на парту.

Несмотря на малый рост, Тимурка был на удивление шустрым. Он суетился, что-то бормотал про квантовую запутанность и старался изо всех сил произвести впечатление. Арина смотрела в потолок, думая о том, что Тимурка похож на назойливого комара, но в этом тоже было что-то забавное.

Наконец, когда в кабинете воцарилась относительная тишина, из своего угла поднялся Матвей. Он подошёл к Арине, которая лежала на столе, раскинув руки, как выброшенный на берег кит.

– Сладенькое... – прошептал Матвей, облизываясь. – Арина — конфетка...

Он навалился на неё всей своей неуклюжей массой. Его движения были простыми, первобытными и лишёнными всякой логики, но именно это добило Арину. Она закрыла глаза, чувствуя, как мир вокруг окончательно превращается в хаос из пота, школьных парт и безумной любви.

– Ну вы и свиньи, – констатировала Женя, заглядывая в класс через полчаса, когда всё закончилось.

Арина сидела на полу, доедая чью-то брошенную булочку. Вокруг неё лежали поверженные рыцари: Дима поправлял макияж, Физик пил валидол, Тимурка пересчитывал пульс, а Матвей просто спал, пуская пузыри.

– Зато я королева, – довольно хрюкнула Арина, вытирая рот рукавом. – Завтра повторим. На химии.