Перерождение

Тони Старк, ныне известный в этом странном, пропитанном сыростью и предрассудками мире как Гарри Поттер, сидел в гостиной Рейвенкло и задумчиво вертел в руках сломанный «напоминал Невилла Лонгботтома. Стеклянный шар был разбит, а внутренний механизм, отвечающий за дым, заклинило. Для Тони это было всё равно что чинить тостер в перерыве между созданием искусственного интеллекта и спасением планеты.

Под мантией, прямо в центре груди, привычно и едва ощутимо гудел дуговой реактор. Это было единственное, что связывало его с прошлой жизнью, — и единственное, что удерживало его в этой. Шрапнель, перекочевавшая вместе с ним из того рокового боя с Таносом, всё так же стремилась к сердцу, и лишь холодный свет палладия (или того магического суррогата, в который он превратился) удерживал её на месте.

– Ты же понимаешь, что это невозможно починить без заклинания «Репаро»? – Гермиона Грейнджер, казалось, материализовалась из воздуха прямо у него за плечом. Она уже успела подружиться с ним в поезде, хотя её явно раздражало, что «Мальчик-Который-Выжил» предпочитает отвертку волшебной палочке.

– «Невозможно» — это слово из словаря людей, у которых не хватает воображения, Грейнджер, – Тони даже не поднял глаз, аккуратно подцепляя крошечную шестеренку самодельным пинцетом, выточенным из серебряной вилки. – Магия — это просто физика, которую вы ещё не успели записать в формулы.

– Но это магический артефакт! – воскликнула она, присаживаясь напротив. – И... Гарри, почему твоя грудь светится?

Тони замер. До Хогвартса никто не замечал сияния через одежду. Дурсли видели в нём лишь странного племянника, а врачи в больнице списывали всё на галлюцинации после аварии. Но здесь, в замке, где стены дышали чарами, маскировка давала сбой. Магия этого места словно вступала в резонанс с реактором, заставляя его сиять ярче.

– Это — моё сердце, – коротко бросил Тони, решив, что полуправда звучит эффектнее. – И оно требует техобслуживания.

– Поверить не могу, – пробормотал подошедший Рон Уизли, жуя какую-то сладость. – Ты правда попал на Рейвенкло? Мой брат Перси говорит, что там одни заучки. Но ты... ты какой-то другой. Ты весь день ковыряешься в мусоре.

– Это не мусор, Рон, – вздохнул Тони, наконец-то заставив «напоминалку» вспыхнуть ровным белым светом. – Это запчасти. Кстати, держи. Теперь он будет не просто краснеть, когда ты что-то забыл, а выдавать список того, что именно ты забыл. Я встроил туда простенький логический блок на основе твоих же нейронных импульсов.

Рон ошарашенно принял шар, который тут же высветил внутри дымную надпись: «Домашнее задание по Снейпу».

– Ой, – Рон побледнел. – У нас же Зельеварение через пять минут!

***

Подземелья встретили их холодом и запахом плесени. Тони это место не нравилось. Оно напоминало ему худшие лаборатории его конкурентов, где техника безопасности была пустым звуком.

Северус Снейп ворвался в класс подобно огромной летучей мыши, его мантия развевалась, а взгляд обещал мучительную смерть любому, кто посмеет дыхнуть не в такт.

– Вы здесь для того, чтобы изучить тонкую науку и точное искусство приготовления зелий, – начал он своим фирменным ледяным шепотом. – Здесь не будет глупых взмахов палочками...

Тони, сидевший за первой партой, не удержался и тихо хмыкнул. Снейп мгновенно замолчал, и его взгляд, словно лазерный прицел, сфокусировался на Поттере.

– Поттер... – процедил профессор, медленно приближаясь. – Наша новая... знаменитость. Очевидно, вы считаете, что основы химии ниже вашего достоинства?

– Напротив, профессор, – Тони откинулся на спинку стула, приняв свою самую уверенную позу, ту самую, что бесила сенаторов и генералов. – Я обожаю точность. Но ваша лаборатория... скажем так, она нуждается в модернизации. Использование открытого огня под котлами с нестабильными смесями без вытяжки — это прямой путь к токсическому отравлению.

В классе воцарилась такая тишина, что было слышно, как в углу маринуется в банке какая-то склизкая тварь. Гермиона рядом с Тони зажмурилась, словно ожидая взрыва.

– Вы позволили себе критиковать мои методы, Поттер? – голос Снейпа стал опасно тихим. Он навис над столом, и в этот момент его взгляд упал на воротник рубашки Гарри, из-под которого пробивалось отчетливое голубоватое свечение. – Что это у вас?

– Личный источник энергии, – ответил Тони, не отводя взгляда. – Предотвращает попадание посторонних предметов в жизненно важные органы. Технология, профессор. Слышали о таком?

Снейп прищурился. Его легилименция наткнулась на стену. Не на ту стену, которую возводят опытные маги, а на странный, хаотичный шум — словно тысячи радиостанций кричали одновременно на разных языках, перемежаясь с цифрами и чертежами.

– Минус пять баллов с Рейвенкло за дерзость, – Снейп выпрямился, скрывая замешательство. – И скажите мне, Поттер, что я получу, если добавлю размельченный корень асфоделя в отвар полыни?

Тони улыбнулся. Это было слишком просто.

– Вы получите классическое снотворное, известное как Напиток Живой Смерти. Хотя, если изменить температуру нагрева на три градуса и добавить немного кобальта, можно получить отличный электролит. Но я так понимаю, мы здесь не батарейки собираем?

Снейп замер. Его губы дрогнули, но он не нашел, что ответить. Поттер не просто знал ответ — он анализировал состав так, как не под силу было одиннадцатилетнему ребенку.

– Идиотская самоуверенность, – наконец выдавил профессор. – Приступайте к работе. Инструкции на доске.

Весь урок Снейп кружил вокруг стола Тони, словно акула. Он ждал ошибки, ждал, когда этот странный мальчишка, который держал нож для нарезки ингредиентов как скальпель, совершит промах. Но Тони работал с пугающей эффективностью. Он не просто следовал рецепту — он модифицировал его на ходу.

– Вы добавили иглы дикобраза раньше времени? – Снейп оказался рядом, готовый снять баллы.

– Я понизил температуру зелья с помощью охлаждающего контура, который собрал из медных трубок и чар заморозки, – Тони указал на странную конструкцию, обмотанную вокруг его котла. – Реакция нейтрализации прошла быстрее, и осадок не выпал. Посмотрите на цвет, профессор. Идеальный фиолетовый. Как в учебнике, только без риска взорвать класс.

Снейп посмотрел в котел. Зелье было безупречным. Более того, оно было чище, чем то, что обычно получалось у него самого при такой скорости приготовления.

– Вы... – Снейп запнулся, глядя на то, как синий свет в груди мальчика пульсирует в такт его движениям. – Откуда у вас эти знания, Поттер? Ваша мать... она была талантлива в зельях. Но это... это не магия.

– Это интеллект, сэр, – Тони вытер руки тряпкой. – Магия — это всего лишь топливо. А я привык строить двигатели.

***

После уроков, когда Рон и Гермиона пытались выпытать у него, как он не вылетел из кабинета Снейпа с позором, Тони предпочел скрыться в библиотеке. Но не для того, чтобы учить историю магии.

Он нашел самый дальний угол, достал из сумки кучу запчастей, которые он «позаимствовал» в классе трансфигурации (несколько медных кубков, превращенных в тонкие провода), и разложил их на столе. Реактор в груди начал покалывать — верный признак того, что палладиевый сердечник, адаптированный под этот мир, начинает деградировать.

– Мне нужны редкоземельные металлы, – прошептал он себе под нос, набрасывая на пергаменте схему нового фильтра. – Или их магический эквивалент. Если я не найду способ стабилизировать изотоп с помощью магии, я не дотяну до второго курса.

– Тебе помочь? – раздался тихий голос.

Тони вздрогнул — редкий случай — и обернулся. Перед ним стояла Луна Лавгуд, первокурсница с того же факультета. Она смотрела на него своими огромными глазами так, словно видела его насквозь.

– Твои мозгошмыги светятся синим, – сказала она, указывая на его грудь. – Это очень красиво. Но они кажутся... голодными.

Тони усмехнулся, расслабляясь. В этом мире странность была нормой, но эта девочка, кажется, была странной даже по местным меркам.

– Они не голодны, Луна. Им просто не хватает запчастей.

– В Запретном лесу есть серебряная смола единорогов, – безмятежно произнесла она. – Она проводит свет звезд. Может быть, она подойдет твоим железкам?

Тони замер, его аналитический ум мгновенно обработал информацию. Органический полупроводник с магическим потенциалом...

– Знаешь, Лавгуд, – Тони Старк впервые за долгое время искренне улыбнулся. – Кажется, мы с тобой подружимся. А теперь скажи, где здесь можно достать карту леса и пару мощных магнитов?

Он снова вернулся к чертежам. Магия, палочки, пророчества — всё это было лишь фоновым шумом. У него была цель. И если для того, чтобы выжить, ему нужно было стать величайшим техномагом этого столетия, то так тому и быть.

В конце концов, он — Железный Человек. Даже если сейчас он весит тридцать килограммов и вынужден носить нелепую остроконечную шляпу.