Маг земли

В воздухе витал густой аромат лекарственных трав и свежезаваренного чая из корня дягиля. Солнечные лучи пробивались сквозь бамбуковые жалюзи, рисуя на полу ровные золотистые полосы. Аанг лежал на широкой кровати, чувствуя, как каждая мышца в его теле налита свинцовой тяжестью. Его лоб все еще был влажным от пота, а дыхание — прерывистым, но на губах играла слабая, почти блаженная улыбка.

Рядом с ним, завернутые в мягкие пеленки, посапывали два крошечных свертка. Весь его мир, вся его вселенная теперь сосредоточились в этих двух маленьких существах.

Один из мальчиков, которого назвали Сора, был вылитой копией Аанга: те же мягкие черты лица и спокойствие, даже во сне. Но второй... второй был маленьким отражением Юки. У него уже виднелись пушки темных волос, а линия подбородка обещала стать такой же волевой и точеной, как у его отца.

Девять месяцев назад, во время празднования пятилетия победы над Озаем, всё изменилось. Юки, лучший друг Аанга, маг земли, чья красота могла соперничать с божествами — высокий, с фарфоровой кожей, небесно-голубыми глазами и короткими черными волосами, подчеркивающими его идеальные скулы, — тогда выпил лишнего. Юки всегда был скалой: надежным, сильным, владеющим редчайшими техниками металла и лавы. Но в ту ночь скала дала трещину.

Аанг же был трезв. Его чувства к Юки давно перестали быть просто дружескими. Он любил его тихую уверенность, его смех и даже то, как поблескивали серьги в его ушах, когда он тренировался. Аанг хранил секрет, о котором знали лишь Катара и Тоф: его тело было особенным. Природа наделила Аватара способностью, скрытой от глаз мира, — способностью дарить жизнь так, как это делают женщины.

– Ты должен отдохнуть, Аанг, – тихо проговорила Катара, меняя прохладную повязку на его лбу. Она была единственной, кто принимал роды, используя свою магию воды, чтобы облегчить боль и залечить раны.

– Я не могу закрыть глаза, Катара, – прошептал Аанг, протягивая дрожащую руку к крохотному кулачку Соры. – Мне кажется, если я усну, они исчезнут.

Катара присела на край кровати, ее взгляд был полон сочувствия и решимости.

– Они никуда не денутся. Но есть кое-кто, кто должен быть здесь. Юки должен знать, Аанг. Ты не можешь скрывать это вечно.

Аанг вздрогнул, и в его серых глазах промелькнул страх.

– Я боюсь, Катара. Что, если он не так отреагирует? Что, если он возненавидит меня за то, что я не сказал раньше? Или за то, что случилось в ту ночь? Он ведь почти ничего не помнит...

– Он не посмеет, – раздался резкий голос от двери.

Тоф стояла в проеме, скрестив руки на груди. Несмотря на юный возраст, она уже была легендой, и ее связь с Юки была особенной. Для нее он был как старший брат, единственный, кто мог соревноваться с ней в мастерстве магии металла, не вызывая у нее раздражения.

– Мы поможем тебе, Искорка, – добавила Тоф, «глядя» своим особым зрением в сторону Аанга. – Если этот олух начнет качать права или испугается, я лично вколочу его в землю по самые уши.

– Тоф, будь помягче, – вздохнула Катара.

– Я буду такой, какой нужно, – отрезала слепая бандитка. – Я сама лично притащу его сюда. Он только что пересек городские ворота. Политическая миссия закончена, пора возвращаться в реальность.

Тоф развернулась и вышла, ее шаги по каменному полу звучали как удары молота.

Юки спрыгнул с верхового животного, чувствуя приятную усталость в теле. Месяц переговоров в Царстве Земли вымотал его больше, чем любая битва. Он поправил воротник своей темно-зеленой туники, и его серьги тихо звякнули. Он мечтал только об одном: увидеть Аанга. В последнее время Аватар вел себя странно — избегал встреч, ссылаясь на медитации, и почти не покидал Храм.

Стоило Юки переступить порог дома, как он почувствовал, что что-то не так. Воздух был наэлектризован.

– Наконец-то ты явился, красавчик, – раздался голос Тоф прямо перед ним.

Юки не успел даже поздороваться, как почувствовал, что земля под его ногами пришла в движение. Тоф не церемонилась. Она создала каменные захваты, которые сковали его запястья, и буквально потащила его за собой по коридору.

– Тоф! Что происходит? Какого мага земли ты творишь? – воскликнул Юки, пытаясь высвободиться, но он не хотел применять силу против нее.

– Заткнись и иди, – бросила она через плечо. – У нас тут назрело серьезное «объяснение».

Она привела его к дверям покоев Аанга и одним резким движением распахнула их. В комнате было тихо, только слышалось мерное дыхание и плеск воды в тазу Катары.

Тоф толкнула Юки внутрь и закрыла дверь снаружи, оставив его в полумраке комнаты, залитой мягким светом ламп.

Юки замер. Его взгляд заметался по комнате и остановился на кровати. Там, бледный и осунувшийся, лежал Аанг. А рядом с ним...

Сердце Юки пропустило удар. Он медленно подошел ближе, его ноги казались ватными. Захваты Тоф уже давно рассыпались песком, но он не мог пошевелить и пальцем.

– Аанг?.. – голос Юки сорвался на шепот.

Аватар медленно открыл глаза. В них была такая смесь любви и ужаса, что Юки почувствовал физическую боль в груди.

– Привет, Юки, – едва слышно ответил Аанг.

Юки перевел взгляд на младенцев. Один из них — тот, что был копией него самого — зашевелился и издал тихий звук. Маг земли опустился на колени у кровати, его фарфоровая кожа в свете ламп казалась прозрачной.

– Это... это то, о чем я думаю? – Он протянул руку, но побоялся коснуться детей. – Та ночь... я думал, мне приснилось. Я думал, это был лишь прекрасный сон, за который мне стыдно перед тобой.

– Это не был сон, – Аанг набрался смелости и положил свою ладонь поверх руки Юки. – И это не была ошибка. По крайней мере, не для меня.

Юки поднял свои небесно-голубые глаза на Аанга. В них не было гнева. В них не было отвращения. Только бесконечное изумление и осознание, которое накрыло его, как лавина.

– Ты... ты выносил их? Но как? – Юки осторожно коснулся щеки младенца, похожего на него. Мальчик тут же схватил его за указательный палец своим крошечным кулачком.

– Я особенный, Юки. Мое тело... оно отличается. Катара знала. Теперь знаешь и ты.

Юки молчал долго, глядя на то, как его сын держит его за палец. Его плечи начали подрагивать. Аанг сжался, ожидая худшего, но когда Юки поднял голову, по его щекам текли слезы.

– Аанг, – выдохнул он, прижимаясь лбом к руке Аватара. – Я такой дурак. Я оставил тебя одного на все эти месяцы. Я был так занят делами, так боялся признаться себе, что люблю тебя, что пропустил всё это.

– Ты не сердишься? – прошептал Аанг, чувствуя, как с души падает огромный камень.

– Сержусь? – Юки горько усмехнулся и поцеловал ладонь Аанга. – Я самый счастливый человек во всех четырех народах. У меня есть ты... и у нас есть они.

Он посмотрел на второго ребенка, на Сору.

– Он похож на тебя. Такой же светлый.

– А этот — твоя копия, – улыбнулся Аанг, указывая на первого. – Я назвал его Каи. Океан и Небо.

Юки осторожно присел на край кровати, стараясь не потревожить детей, и обнял Аанга так нежно, словно тот был сделан из самого хрупкого стекла.

– Прости меня, – прошептал маг земли ему в шею. – Я больше никогда не оставлю вас. Клянусь металлом и лавой, я буду защищать вас до последнего вздоха.

В дверях, приоткрыв щелку, стояли Катара и Тоф.

– Ну что, сахарная, я же говорила, что он не сбежит, – тихо шепнула Тоф, хотя ее собственное лицо выражало редкую для нее мягкость.

– Да, Тоф, – улыбнулась Катара, вытирая слезу. – Ты была права.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным сопением двух новых жизней, которые стали мостом между землей и воздухом, между прошлым и будущим. Юки сидел рядом с Аангом, глядя на своих сыновей, и понимал, что никакие политические победы и никакое мастерство магии не сравнятся с тем чудом, которое сейчас лежало перед ним. Он был магом лавы, способным плавить горы, но в этот момент его собственное сердце плавилось от нежности к человеку, который подарил ему целый мир.