.

Тилл ненавидел школу. Ненавидел шум, толпы, дурацкие правила и, что самое главное, людей. Особенно тех, кто считал своим долгом постоянно его задирать. Он был эмо: голубые волосы закрывали один глаз, пирсинг на губе, чёрная одежда, вечно угрюмое выражение лица. И, конечно, агрессивность, которая проявлялась в каждом движении, каждом взгляде. Люди сторонились его, но это не мешало им бросать колкости вслед.

Самым большим задирой был Иван. Капитан спортивной команды, популярный, всегда окружённый толпой поклонников. У него были космические глаза, чёрные волосы, которые вечно падали на лоб, и милый торчащий клык, который делал его улыбку ещё более шкодливой. Иван был вездесущ. Он появлялся из ниоткуда, чтобы толкнуть Тилла в коридоре, подкинуть записку с глупой шуткой в его шкафчик или просто пройти мимо, бросив едкое замечание. Тилл кипел от злости, но предпочитал молчать, лишь сжимая кулаки.

Но однажды всё изменилось. Тилл случайно подслушал разговор нескольких девчонок. Они обсуждали Ивана, его популярность, его обаяние… И его чувствительность.
— Да вы что, не знали? — щебетала одна. — Иван такой милашка, на самом деле. Он так легко краснеет, если его пощекотать! И вообще, он очень чувствительный, особенно к прикосновениям.
— Правда? — удивилась другая. — Неужели наш бесстрашный капитан так легко смущается?
— Ага! И ещё он… очень эрогенный, — загадочно прошептала первая. — Моя подруга как-то случайно задела его за шею, и он так подскочил! Сказал, что у него там очень щекотно.

Слова девчонок эхом отдавались в голове Тилла. Эрогенный. Чувствительный. Легко краснеет. В его голове созрел план. План мести. Не просто очередная драка или словесная перепалка. Нет, это будет нечто более изощренное. Он заставит Ивана почувствовать то же унижение, что и он сам, но по-другому.

На следующий день Тилл выслеживал Ивана. После уроков, когда все расходились, он заметил его одного, идущего по пустому коридору в сторону спортзала. Идеально. Тилл ускорил шаг, догнал его и, не говоря ни слова, толкнул в ближайшую нишу между шкафчиками. Иван, застигнутый врасплох, отшатнулся и ударился спиной о металлическую стенку.

— Эй, что за… — начал он, но Тилл уже прижал его к шкафчикам, уперев руки по обе стороны от головы Ивана.
— Наконец-то я тебя поймал, капитан, — прошипел Тилл, его серо-синие глаза сверкали злобой. — Думал, будешь вечно надо мной издеваться?
Иван, несмотря на своё обычное наглое поведение, выглядел немного растерянным. Он никогда не видел Тилла таким близко, таким… угрожающим.
— Да ладно тебе, эмо, — попытался он отшутиться, но голос его прозвучал неуверенно. — Просто шутки. Неужели ты так близко к сердцу всё принимаешь?
— Шутки? — Тилл усмехнулся, его губы растянулись в хищной ухмылке, обнажая пирсинг. — Посмотрим, как ты сам будешь шутить, когда я возьмусь за тебя.

Иван почувствовал, как сердце ёкнуло. Что он собирается делать? Драться? Но Тилл не выглядел так, будто собирался драться. Его взгляд был… странным.
Тилл медленно опустил одну руку, его пальцы слегка коснулись шеи Ивана. Тот вздрогнул, его тело напряглось.
— Что ты… — начал Иван, но Тилл не дал ему договорить.
Его пальцы начали легко поглаживать кожу на шее Ивана, чуть ниже уха. Иван резко выдохнул, его глаза расширились. По коже пробежали мурашки. Это было… неожиданно. И очень странно.
— Что, капитан? — прошептал Тилл, его голос стал чуть ниже, чем обычно. — Неужели тебе… щекотно?

Иван почувствовал, как по его лицу разливается жар. Он не мог поверить, что этот эмо, которого он так часто дразнил, сейчас… ласкает его шею. И, что самое противное, ему это нравилось. Или, по крайней мере, это вызывало очень странные ощущения.
— Отвали, — прохрипел Иван, пытаясь отстраниться, но Тилл лишь сильнее прижал его к шкафчикам.
Пальцы Тилла скользнули дальше, к ключице, затем к плечу, легко поглаживая открытую кожу. Иван почувствовал, как его тело начинает дрожать. Он не мог контролировать себя.
— Ты такой… чувствительный, — промурлыкал Тилл, и его голос теперь звучал совсем по-другому. В нём появилась нотка… чего-то нового. Доминантности. И любопытства.

Иван зажмурился. Он не хотел, чтобы Тилл видел, как он краснеет, как его тело реагирует на эти прикосновения. Но было уже поздно. Он чувствовал, как его щёки горят, а дыхание сбивается.
Тилл наклонился ближе, его дыхание опалило ухо Ивана.
— А знаешь, Иван, — прошептал он, — я слышал, что ты очень эрогенный. Хочешь, проверим?
Иван вздрогнул. Эти слова, произнесённые таким низким, почти мурлыкающим голосом, заставили его тело пронзить волну возбуждения. Он почувствовал, как его пах напрягся. Чёрт.

Тилл заметил его реакцию. Улыбка на его лице стала шире, более хищной. Он опустил руку ниже, к талии Ивана, и легко сжал её. Иван издал тихий стон. Это был не стон боли, а стон… удовольствия. Или, по крайней мере, чего-то очень близкого к нему.
— Что за звуки, капитан? — прошептал Тилл, его глаза блестели. — Неужели тебе нравится, когда я тебя трогаю?
Иван замотал головой.
— Нет! Отпусти меня! — Он попытался вырваться, но Тилл держал его крепко.

Тилл не обращал внимания на его слова. Он был заинтригован. Этот наглый, уверенный в себе Иван, который всегда казался таким недосягаемым, сейчас дрожал в его руках, краснел и издавал такие… возбуждающие звуки. Это было совершенно неожиданно. И это пробудило в Тилле нечто, о чём он даже не подозревал. Что-то тёмное, властное, и очень, очень заинтересованное.

Тилл наклонился ещё ниже, его губы легко коснулись мочки уха Ивана. Иван вздрогнул, его тело пронзила волна мурашек.
— Ты такой… мягкий, — прошептал Тилл, его голос стал хриплым. — И такой… податливый.
Он начал легко покусывать мочку уха Ивана, затем перешёл к шее, оставляя лёгкие, дразнящие поцелуи. Иван застонал громче, его голова запрокинулась назад, открывая Тиллу доступ к его нежной коже.
— Тилл… Прекрати, — прошептал Иван, его голос был едва слышен. Но в его словах не было настоящей просьбы. Скорее, это было похоже на мольбу о продолжении.

Тилл почувствовал прилив власти. Он наслаждался тем, как Иван реагировал на его прикосновения, как его тело подчинялось ему. Это было опьяняюще. Он всегда считал себя неуклюжим и неловким, но сейчас он чувствовал себя сильным и доминирующим.
Его губы скользнули вниз по шее Ивана, оставляя за собой дорожку влажных поцелуев. Иван тяжело дышал, его грудь вздымалась.
Тилл остановился у яремной вены, легко прикусил её. Иван резко выдохнул, его колени подогнулись.
— Чёрт… — прошипел он, пытаясь устоять на ногах.

Тилл обхватил его талию, прижимая к себе ещё крепче. Он почувствовал, как Иван дрожит.
— Не сопротивляйся, — прошептал Тилл, его голос был полон власти. — Просто расслабься.
Иван, казалось, не мог сопротивляться. Его тело, несмотря на все его попытки разума, отвечало на каждое прикосновение Тилла. Он чувствовал, как его лицо горит, а внизу живота разгорается жар. Это было так постыдно. Но так… возбуждающе.

Тилл поднял голову, его глаза встретились с расширенными, затуманенными глазами Ивана.
— Ты такой красивый, когда смущаешься, — промурлыкал Тилл, его большой палец легко провёл по губам Ивана.
Иван почувствовал, как его сердце заколотилось. Он никогда не думал, что этот угрюмый эмо может быть таким… чувственным. И таким опасным.
Тилл медленно наклонился, его глаза не отрывались от глаз Ивана. Он видел в них смесь страха, смущения и… чего-то ещё. Желания?

Его губы легко коснулись губ Ивана. Это был нежный, пробный поцелуй. Иван вздрогнул, но не отстранился. Тилл углубил поцелуй, его губы стали более настойчивыми. Иван сначала был напряжён, но затем медленно, неуверенно ответил. Его губы были мягкими, тёплыми.
Тилл почувствовал, как по его телу разливается жар. Это было не просто месть. Это было нечто большее. Это было… желание.
Он запустил пальцы в чёрные волосы Ивана, легко потянув их на себя, чтобы углубить поцелуй. Иван застонал, его руки поднялись и обхватили шею Тилла, притягивая его ближе.

В этот момент Тилл забыл о мести. Он забыл о школе, о людях, о своей ненависти. Были только он и Иван, запертые в своём собственном мире, в этом узком коридоре, среди пустых шкафчиков.
Поцелуй становился всё более страстным, более требовательным. Язык Тилла легко скользнул в рот Ивана, исследуя каждый уголок. Иван ответил с той же страстью, его тело прижималось к телу Тилла, словно ища ещё большего контакта.

Тилл почувствовал, как его пах напрягся. Он хотел большего. Он хотел всего Ивана.
Он оторвался от губ Ивана, тяжело дыша. Иван тоже тяжело дышал, его щёки горели, а глаза были полузакрыты. Его губы были припухшими и красными от поцелуев.
— Тилл… — прошептал Иван, его голос был хриплым и полным желания.
Тилл усмехнулся, его взгляд был полон похоти.
— Ну что, капитан? — прошептал он, его голос был низким и соблазнительным. — Теперь ты знаешь, что такое настоящая месть.

Иван посмотрел на него, его глаза были полны смущения и желания. Он не знал, что сказать. Он был полностью во власти Тилла.
Тилл наклонился ещё раз, поцеловал его в уголок губ.
— Это только начало, — прошептал он. — У нас ещё много времени, чтобы поиграть.
Иван вздрогнул, но затем на его лице появилась слабая улыбка. Смущённая, но в то же время… интригующая.
Он понял, что эта "месть" может оказаться гораздо интереснее, чем он мог себе представить. И, возможно, он сам этого хотел.

Тилл отпустил его, и Иван, пошатываясь, опёрся о шкафчики. Его тело всё ещё дрожало, а сердце бешено колотилось.
Тилл, с довольной улыбкой, развернулся и пошёл прочь, оставив Ивана одного, совершенно растерянного и возбуждённого.
Иван провёл пальцами по своим припухшим губам. Он не мог поверить в то, что только что произошло. Он, Иван, капитан спортивной команды, был доведён до такого состояния этим эмо, которого он так часто дразнил.
Но, к своему удивлению, он не чувствовал злости. Он чувствовал… предвкушение.
Возможно, эта месть была не такой уж и плохой. Возможно, она была началом чего-то нового. Чего-то, о чём он даже не смел мечтать.