Люблю тебя

Солнечный свет пробивался сквозь занавески, освещая пылинки, танцующие в воздухе. Сайори, как всегда, проснулась с улыбкой на лице. Сегодня был очередной день в Литературном клубе, и она предвкушала встречу с Моникой, Юри и Нацуки. Было что-то особенное в атмосфере клуба, что заставляло ее сердце биться чаще. Возможно, это была возможность писать стихи, делиться идеями или просто проводить время с друзьями.

Она быстро собралась, наскоро позавтракала и, весело напевая, направилась в школу. По дороге Сайори размышляла о том, какой стих написать сегодня. Может быть, о небе? Или о дружбе? Ее мысли перескакивали с одного на другое, как бабочки в летний день.

Придя в клуб, Сайори обнаружила, что она одна.
– Странно, – пробормотала она себе под нос. – Обычно кто-нибудь уже здесь.

Она поставила свою сумку на стол и огляделась. Клубная комната была залита солнечным светом, но что-то казалось… не так. Воздух был неподвижен, и даже привычное легкое эхо ее шагов отсутствовало. Сайори почувствовала легкое беспокойство, которое, как правило, быстро исчезало под натиском ее оптимизма. Но сегодня оно задерживалось, словно легкий, едва ощутимый холодок.

Она подошла к окну и выглянула наружу. Улица была пуста. Ни единой души, ни проезжающей машины, ни даже птицы в небе.
– Что происходит? – ее голос прозвучал немного тише, чем обычно.

Внезапно она услышала шорох за спиной. Сайори резко обернулась. Никого. Ее сердце забилось быстрее. Она попыталась убедить себя, что это просто ее воображение, что она слишком много читала страшных историй. Но шорох повторился, на этот раз чуть громче, словно кто-то медленно передвигался по комнате.

Сайори сделала шаг назад, затем еще один. Ее взгляд метался по комнате. Она заметила, что дверь, которую она оставила приоткрытой, теперь была плотно закрыта.
– Эй! – окликнула она, надеясь, что это просто кто-то из девочек решил над ней подшутить. – Это не смешно!

В ответ – тишина. Только ее собственное учащенное дыхание нарушало ее. Сайори почувствовала, как по ее спине пробежал холодок. Она не была трусихой, но эта ситуация была… необычной.

Внезапно из-за книжного шкафа выскочила Моника. Она была одета в свою обычную школьную форму, но ее глаза горели каким-то странным, озорным огоньком. На ее губах играла легкая, хитрая улыбка.
– Бу! – воскликнула Моника, расставив руки в стороны.

Сайори вскрикнула, ее сердце подпрыгнуло к горлу. Она отшатнулась, споткнулась и чуть не упала.
– Моника! – воскликнула она, прижимая руку к груди. – Ты меня напугала!

Моника рассмеялась, ее смех был мелодичным и легким, но в нем проскальзывали нотки чего-то… еще.
– Ой, Сайори, – сказала она, подойдя ближе. – Ты такая забавная, когда пугаешься.

Сайори еще не до конца отошла от шока. Ее щеки порозовели, а дыхание было прерывистым.
– Это было нечестно! – надулась она, но в ее глазах уже промелькнул озорной огонек.

Моника подошла еще ближе, сокращая расстояние между ними. Сайори почувствовала легкий запах ванили и чего-то цветочного, исходящий от Моники. Этот запах всегда успокаивал ее, но сейчас он, казалось, только усиливал ее волнение.

Моника протянула руку и нежно коснулась щеки Сайори.
– Ты такая милая, когда сердишься, – прошептала она, ее голос стал ниже и мягче.

Сайори почувствовала, как ее сердце снова заколотилось, но на этот раз не от страха. Она посмотрела в зеленые глаза Моники, и в них она увидела нечто большее, чем просто озорство. Там было что-то глубокое, что-то, что заставляло ее чувствовать себя… особенной.

Моника медленно, почти гипнотически, повела рукой от щеки Сайори к ее подбородку, затем по шее. Сайори вздрогнула от прикосновения, но не отстранилась. Ее взгляд был прикован к глазам Моники, словно она была под чарами.

– Знаешь, Сайори, – прошептала Моника, ее дыхание опалило ухо Сайори. – Ты такая открытая, такая искренняя.

Сайори почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Она не понимала, что происходит, но ей нравилось это чувство. Это было волнующе и немного пугающе одновременно.

Моника сделала еще один шаг, и Сайори оказалась прижатой к стене. Холодная штукатурка коснулась ее спины, но она почти не заметила этого. Все ее внимание было сосредоточено на Монике.

Моника поставила руку на стену рядом с головой Сайори, заключая ее в своеобразный плен. Ее взгляд стал более интенсивным, почти хищным. Сайори почувствовала, как ее щеки вспыхнули еще ярче.

– Ты такая красивая, Сайори, – прошептала Моника, ее губы были так близко, что Сайори чувствовала их тепло. – Твои глаза, твоя улыбка… все в тебе прекрасно.

Сайори не могла ответить. Слова застряли у нее в горле. Она просто смотрела на Монику, чувствуя, как ее тело наливается жаром.

Моника наклонилась еще ниже, и ее губы нежно коснулись губ Сайори. Это был легкий, почти невесомый поцелуй, который, однако, заставил Сайори вздрогнуть. Она закрыла глаза, чувствуя, как мир вокруг нее исчезает, оставляя только Монику и ее.

Моника углубила поцелуй, ее губы стали более настойчивыми. Сайори почувствовала, как ее тело отзывается на каждое прикосновение Моники. Она не знала, что делать, но ее инстинкты подсказывали ей одно – ответить.

Она неуклюже положила руки на плечи Моники, пытаясь обнять ее. Моника издала тихий стон, и поцелуй стал еще более страстным. Сайори почувствовала, как ее голова кружится от нахлынувших эмоций. Это было что-то новое, что-то, чего она никогда раньше не испытывала.

Моника отстранилась, лишь на мгновение, чтобы поймать дыхание. Ее глаза горели, а дыхание было прерывистым.
– Сайори, – прошептала она, ее голос был хриплым. – Ты не представляешь, как долго я хотела это сделать.

Сайори открыла глаза. Ее взгляд был затуманен, а губы слегка припухли. Она посмотрела на Монику, и в ее глазах читалось замешательство, но в то же время и нескрываемое желание.
– Моника… – начала она, но Моника снова прильнула к ее губам, не давая ей договорить.

На этот раз поцелуй был более глубоким и требовательным. Моника нежно обхватила талию Сайори, притягивая ее ближе к себе. Сайори инстинктивно обхватила шею Моники, позволяя себе полностью погрузиться в этот вихрь чувств.

Ее тело горело, а сердце билось, как сумасшедшее. Она чувствовала, как ее дыхание учащается, а кровь приливает к щекам. Это было так… неожиданно и так… правильно.

Моника оторвалась от Сайори, но не отпустила ее. Она нежно поцеловала ее в лоб, затем в щеку, спускаясь к шее. Сайори запрокинула голову, выгнув шею, чтобы Моника могла свободно ласкать ее кожу.

– Ты такая нежная, Сайори, – прошептала Моника, оставляя легкие поцелуи на ее шее. – Я хочу тебя.

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба, но Сайори не испугалась. Наоборот, они только усилили ее собственное желание. Она почувствовала, как ее тело отзывается на слова Моники, как внизу живота зарождается приятное тепло.

– Я… я тоже, – прошептала Сайори, ее голос был едва слышен.

Моника подняла голову и посмотрела в глаза Сайори. В ее глазах читалось нескрываемое желание, но в то же время и нежность.
– Ты уверена? – спросила она, ее голос был полон надежды.

Сайори кивнула, ее щеки покраснели. Она не могла говорить. Ее тело говорило само за себя.

Моника улыбнулась, ее улыбка была одновременно нежной и хищной. Она взяла Сайори за руку и повела ее к столу, на котором стояла куча книг и тетрадей. Она быстро смахнула все это на пол, освобождая пространство.

Сайори смотрела на нее, не понимая, что происходит.
– Моника, что ты делаешь? – спросила она, ее голос был слегка дрожащим.

Моника повернулась к ней, ее глаза горели.
– Я хочу тебя, Сайори, – повторила она, ее голос был низким и сексуальным. – Прямо здесь, прямо сейчас.

Сайори почувствовала, как ее сердце пропустило удар. Она никогда не думала, что такое может произойти. Но, глядя на Монику, она поняла, что хочет этого не меньше.

Моника нежно подтолкнула Сайори к столу. Сайори легла на него, чувствуя холодную поверхность под своей спиной. Моника нависла над ней, ее волосы слегка щекотали лицо Сайори.

Она начала медленно расстегивать пуговицы на блузке Сайори. Сайори закрыла глаза, чувствуя, как каждая пуговица, расстегнутая Моникой, вызывает у нее дрожь. Когда блузка была расстегнута, Моника откинула ее в сторону, открывая взгляду нежное тело Сайори.

Моника нежно поцеловала ее в ключицу, затем медленно спустилась ниже, оставляя влажные поцелуи на ее коже. Сайори издала тихий стон, выгнувшись под прикосновениями Моники.

Моника подняла глаза и посмотрела на Сайори.
– Ты такая красивая, – прошептала она, ее голос был полон восхищения.

Сайори почувствовала, как ее тело горит от желания. Она хотела Монику, хотела ее прикосновений, ее поцелуев.

Моника медленно сняла свою собственную блузку, затем юбку, оставаясь только в нижнем белье. Сайори смотрела на нее, ее взгляд был прикован к ее телу. Моника была так прекрасна.

Моника снова наклонилась к Сайори, и ее губы снова нашли губы Сайори. Поцелуй был глубоким и страстным, полным желания. Руки Моники блуждали по телу Сайори, вызывая у нее волны мурашек.

Сайори чувствовала, как ее тело отзывается на каждое прикосновение Моники. Она не могла думать ни о чем другом, кроме Моники, ее запаха, ее вкуса, ее прикосновений.

Моника медленно спустилась ниже, оставляя поцелуи на животе Сайори. Сайори закрыла глаза, ее дыхание было прерывистым. Она чувствовала, как ее тело дрожит от предвкушения.

Моника нежно сняла юбку Сайори, затем ее нижнее белье. Сайори почувствовала легкий ветерок на своей коже, и это только усилило ее желание.

Моника поднялась и снова посмотрела на Сайори.
– Ты готова, Сайори? – спросила она, ее голос был полон нежности и желания.

Сайори кивнула, ее глаза были полны слез от нахлынувших эмоций. Она была готова. Она хотела Монику.

Моника медленно опустилась между ног Сайори, и Сайори почувствовала легкое прикосновение, которое заставило ее вздрогнуть. Моника начала нежно ласкать ее, и Сайори издала тихий стон.

Чувства нахлынули на нее волнами. Она никогда не испытывала ничего подобного. Это было так интенсивно, так приятно. Она чувствовала, как ее тело сжимается и расслабляется, как ее дыхание учащается, а сердце колотится в груди.

Моника продолжала ласкать ее, и Сайори чувствовала, как она приближается к краю. Ее тело дрожало, а мысли путались. Она была полностью во власти Моники.

Внезапно Сайори почувствовала сильный толчок, и ее тело выгнулось. Она вскрикнула, ее голос был полон удовольствия. Волны оргазма прокатились по ее телу, заставляя ее дрожать и стонать.

Моника поднялась и нежно поцеловала Сайори в губы.
– Ты прекрасна, Сайори, – прошептала она, ее голос был полон любви.

Сайори открыла глаза и посмотрела на Монику. В ее глазах читалось счастье и удовлетворение. Она обняла Монику, прижимаясь к ней всем телом.

– Я люблю тебя, Моника, – прошептала она, ее голос был слегка хриплым.

Моника улыбнулась и крепче обняла Сайори.
– Я тоже тебя люблю, Сайори.

Они лежали так некоторое время, наслаждаясь тишиной и близостью друг друга. Солнечный свет все еще проникал в комнату, но теперь он казался более мягким, более теплым.

Сайори почувствовала, как ее тело расслабляется. Она была счастлива. Она была с Моникой, и это было все, что имело значение.

Моника нежно поцеловала ее в голову.
– Нам нужно собраться, – сказала она, ее голос был слегка игривым. – Скоро придут девочки.

Сайори кивнула. Она не хотела, чтобы этот момент заканчивался, но она знала, что они еще будут вместе.

Они медленно поднялись, одеваясь. Сайори чувствовала себя немного неловко, но в то же время и взволнованно. Она посмотрела на Монику, и Моника улыбнулась ей.

– Все хорошо, – сказала Моника, взяв ее за руку. – Это наш секрет.

Сайори улыбнулась в ответ. Она знала, что это их секрет, и она была счастлива разделить его с Моникой.

Когда девочки пришли, они обнаружили Монику и Сайори сидящими за столом, как ни в чем не бывало. Но в воздухе витало что-то новое, что-то, что заставляло Сайори улыбаться каждый раз, когда она смотрела на Монику. И Моника отвечала ей такой же улыбкой.

Этот день навсегда остался в памяти Сайори как день, когда она открыла для себя новую сторону любви, новую сторону себя. И она знала, что это только начало их истории.