3 сестры и скромный мальчик

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая прибрежные скалы в оттенки расплавленного золота и глубокого пурпура. Дикий пляж, скрытый от глаз любопытных туристов густыми зарослями можжевельника и острыми валунами, казался отдельным миром, где время замерло. Здесь, вдали от цивилизации, воздух был пропитан солью, хвоей и чем-то неуловимо интимным.

Лола первой сбросила с себя легкий сарафан, оставшись в чем мать родила. Она не признавала купальников, считая их оковами для своего тела. Ее кожа, уже тронутая бронзовым загаром, блестела в лучах заката. Она вошла в воду с грацией хищницы, чувствуя, как прохладные волны ласкают ее бедра.

– Ну же, сестренки, не будьте такими занудами! – крикнула она через плечо, тряхнув копной распущенных волос. – Здесь никого нет на мили вокруг. Только мы и море.

Лина, средняя из сестер, нерешительно топталась у кромки воды, прижимая к груди полотенце. Она всегда была самой рассудительной и скромной. Даже мысль о том, чтобы обнажиться на открытом воздухе, заставляла ее щеки пылать румянцем. Она надела закрытый купальник пастельного цвета, который, впрочем, лишь подчеркивал ее хрупкую, девичью красоту.

– Лола, веди себя приличнее, – тихо проговорила Лина, оглядываясь на скалы. – А вдруг кто-то увидит?

– И что они увидят? – рассмеялась Лола, заплывая глубже. – Искусство в чистом виде. Расслабься, Лина, ты слишком зажата. Тебе нужно выпустить своих демонов на прогулку.

Люси, самая младшая, сидела на плоском камне, подтянув колени к подбородку. Она молчала, глядя на горизонт своими огромными, темными глазами. В семье ее считали «тихоней», но те, кто знал ее ближе, чувствовали скрытую в ней силу. Люси была похожа на спящий вулкан: спокойная снаружи, но полная обжигающей страсти внутри. Она медленно стянула через голову футболку, оставшись в простом белье, и вошла в воду вслед за сестрами, двигаясь бесшумно и плавно.

Тишину вечера нарушил мерный всплеск весел. Из-за выступающей скалы медленно выплыла старая деревянная лодка.

Сестры замерли. Лола кокетливо прикрыла грудь руками, хотя в ее глазах плясали озорные искорки. Лина вскрикнула и поспешно бросилась к своему полотенцу, а Люси лишь глубже погрузилась в воду, не сводя взгляда с незваного гостя.

В лодке сидел молодой человек. На нем была простая выцветшая майка и подвернутые джинсы. Его звали Ваня. Он приплыл сюда, чтобы проверить сети, надеясь на тишину и одиночество. Ваня был парнем простым и скромным, выросшим в прибрежной деревушке и привыкшим к тяжелому труду, а не к обществу прекрасных женщин.

Увидев трех нимф в лучах заката, он едва не выронил весло. Его сердце забилось в горле, а лицо мгновенно залила густая краска.

– Ой... я... прошу прощения, – пробормотал он, отводя взгляд и пытаясь развернуть лодку. – Я не знал, что здесь кто-то есть.

Лола, почувствовав его смущение, хищно улыбнулась. Страх Лины и молчание Люси только подстегнули ее азарт. Она грациозно поплыла в сторону лодки, сокращая дистанцию.

– Куда же вы, прекрасный незнакомец? – ее голос прозвучал низко и с хрипотцой. – Мы не кусаемся. Если только вы сами об этом не попросите.

– Лола, прекрати! – донесся с берега возмущенный голос Лины, которая уже успела завернуться в огромное полотенце по самые уши.

Ваня застыл, не зная, куда деть руки. Он смотрел на дно лодки, на свои мозолистые ладони, лишь бы не видеть ослепительную наготу девушки, которая приближалась к нему.

– Я просто рыбак, – выдавил он из себя. – Я сейчас уйду.

– Рыбак? – Лола подплыла вплотную к борту лодки и положила на него свои влажные руки. – И каков улов сегодня? Или вы ищете что-то особенное в этих водах?

Ваня наконец набрался смелости и взглянул на нее. Его глаза встретились с ее вызывающим взглядом. Он никогда не видел таких женщин – уверенных, дерзких, пахнущих морем и искушением.

– Сегодня... сегодня море неспокойно, – тихо ответил он, чувствуя, как пересохло в горле.

В этот момент Люси, которая до этого оставалась в тени, подплыла с другой стороны лодки. Ее мокрые волосы облепили плечи, а глаза смотрели прямо в душу Вани. Она не улыбалась, как Лола, и не пряталась, как Лина. В ее взгляде была странная, притягательная серьезность.

– Ты боишься нас? – спросила Люси тихим, но чистым голосом, который прорезал тишину, словно лезвие.

Ваня вздрогнул. Этот вопрос застал его врасплох.

– Нет, – соврал он. – Просто... это неожиданно.

– Неожиданности – это самое прекрасное в жизни, – Лола провела пальцем по краю лодки, приближаясь к руке Вани. – Ты выглядишь так, будто тебе нужно немного отдохнуть от своих сетей. Как тебя зовут, рыбак?

– Иван, – ответил он, невольно залюбовавшись тем, как капли воды стекают по ее ключицам.

– Ваня... – протянула Лола, пробуя имя на вкус. – Какое простое и надежное имя. Посмотри на нас, Ваня. Разве мы похожи на тех, от кого нужно убегать?

Лина, видя, что ситуация выходит из-под контроля, осторожно подошла к кромке воды.

– Пожалуйста, простите мою сестру, – крикнула она, стараясь придать голосу строгость, хотя ее руки дрожали. – Она любит играть на публику. Вам лучше продолжить свой путь, Иван.

Ваня посмотрел на берег. Лина стояла там, окутанная мягким светом заката, такая хрупкая и правильная. Она казалась ему воплощением чистоты, в то время как две другие сестры в воде олицетворяли собой первобытную страсть и тайну.

– Я... я, пожалуй, пойду, – Ваня взялся за весла, но Лола крепко вцепилась в борт.

– Не так быстро, Ванечка, – прошептала она. – Море не отпускает так легко тех, кто увидел его сокровища. Помоги нам выбраться. Там, под скалой, мои туфли застряли в расщелине.

Это была очевидная ложь, но Ваня, в силу своей порядочности и неопытности, не мог отказать в помощи. Он неловко кивнул и направил лодку к берегу, чувствуя на себе взгляды трех пар глаз, каждая из которых сулила ему что-то свое.

Когда лодка коснулась песка, Лина отступила назад, плотнее кутаясь в полотенце. Лола и Люси вышли из воды. Лола сделала это максимально эффектно, выпрямившись во весь рост и не спеша потянувшись к своей одежде. Люси же просто вышла и села на песок, наблюдая за Ваней.

Парень вышел на берег, стараясь смотреть исключительно под ноги. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, его было слышно за шумом прибоя.

– Где... где ваши туфли? – спросил он, обращаясь к Лоле.

– О, я, кажется, ошиблась, – Лола подошла к нему вплотную, игнорируя тот факт, что на ней нет ничего, кроме капель воды. – Наверное, они остались в другом месте. Но раз уж ты здесь... может, угостишь нас рыбой? Мы ужасно проголодались.

– У меня только сети... я еще ничего не поймал, – Ваня чувствовал, как его воля тает под ее напором.

– Тогда поймай что-нибудь для нас, – подала голос Люси. Она встала и подошла к нему. – Или позволь нам поймать тебя.

Ваня замер. В этом предложении было столько скрытого смысла, что у него закружилась голова. Он посмотрел на Лину, ища у нее поддержки, но та лишь отвела глаза, хотя по ее позе было видно, что она внимательно слушает каждое слово.

– Вы... вы очень странные, – наконец выдавил он.

– Мы просто свободные, – Лола положила ладонь ему на грудь. Ее пальцы были прохладными, но кожа Вани под ними буквально горела. – Ты когда-нибудь чувствовал себя по-настоящему свободным, Ваня? Без своих сетей, без своей деревни, без правил?

Он посмотрел в ее глаза, полные вызова, а затем перевел взгляд на Люси, в чьем молчании скрывался огонь, и на Лину, чья скромность была самым изысканным искушением.

– Я не знаю, – честно ответил он.

– Тогда мы тебе покажем, – прошептала Лола, склоняясь к его уху. – Но за это тебе придется заплатить.

– Чем? – голос Вани сорвался на шепот.

– Своей покорностью, – ответила за сестру Люси, подходя с другой стороны.

Лина сделала шаг вперед, ее любопытство наконец победило страх.

– Лола, Люси, вы пугаете его, – сказала она, но в ее голосе уже не было прежней уверенности. Она подошла к Ване и робко коснулась его плеча. – Но они правы в одном... сегодня особенный вечер. И море сегодня принадлежит только нам.

Ваня оказался в кольце трех граций. Запах соли, женских тел и надвигающейся ночи опьянял его лучше любого вина. Он понимал, что этот вечер изменит его жизнь навсегда, что он больше никогда не будет прежним скромным рыбаком.

– Что мне делать? – спросил он, сдаваясь на милость победительниц.

Лола улыбнулась, и эта улыбка была предвестником бури.

– Для начала, Ванечка, сними эту скучную майку. На диком пляже нет места для одежды.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и на берег опустились сумерки, скрывая от мира то, что начало происходить под сенью древних скал. Море продолжало свой вечный танец, смывая следы на песке, а сети Вани так и остались лежать в лодке, забытые и ненужные. В этот вечер он сам стал добычей, и, судя по выражению его лица, это было именно то, чего он подсознательно жаждал всю свою жизнь.

– Ты дрожишь, – заметила Лина, чьи пальцы теперь смелее скользили по его руке. – Тебе холодно?

– Нет, – ответил Ваня, глядя на нее сквозь пелену нахлынувших чувств. – Мне... мне жарко.

– Это только начало, – Лола прижалась к его спине, обнимая за талию. – Ночь длинная, а мы только начали изучать глубины.

Люси встала перед ним, глядя снизу вверх. Ее тихий голос прозвучал как приговор и обещание одновременно:

– Добро пожаловать в наш океан, Ваня. Постарайся не утонуть слишком быстро.

И Ваня понял: он готов тонуть снова и снова, лишь бы эти руки не отпускали его, а этот дикий берег оставался их маленькой, порочной тайной. Впереди была целая ночь, полная открытий, о которых не пишут в книгах, но которые навсегда выжигаются в памяти огненными знаками.

Дикий пляж хранил свои секреты надежно, и только шепот волн мог бы рассказать о том, как скромный рыбак попал в самые прекрасные и опасные сети в своей жизни. Но волны умеют молчать, а Ваня... Ваня больше не хотел говорить. Он хотел только чувствовать.