My baby

Вечерний город дышал тяжелым, перегретым за день воздухом. Вика поправила козырек черной кепки, привычным движением затянула потуже хвост черных волос и щелкнула зажигалкой. Огонек на мгновение осветил ее спокойное лицо и татуировки на кистях рук. Она не любила лишний шум, но сегодня тишины ждать не приходилось.

Рядом, прислонившись к обшарпанной стене гаражного кооператива, стояла Ира. Светлые короткие волосы топорщились в разные стороны, а в глазах горел тот самый недобрый огонек, за который ее и прозвали «Деревом» — если упрется, не сдвинешь, а если прилетит от нее, то мало не покажется.

– Долго они еще? – Ира сплюнула под ноги и поправила воротник куртки. – Я не собираюсь тут до утра куковать из-за того, что чьи-то пацаны не поделили район.

– Спокойно, Ир. Сама знаешь, такие терки быстро не решаются. Главное, чтобы без лишнего махача, – Вика выпустила струю дыма, глядя на пустую дорогу.

Конфликт назревал давно. Какая-то новая компания начала захаживать на их территорию, вести себя вызывающе, и сегодня была назначена «стрелка» — обсудить, кто здесь лишний. Вика, как самая рассудительная, шла скорее в качестве сдерживающего фактора, а Ира — как основная ударная сила на случай, если слова закончатся.

Вдалеке показались тени. Несколько человек уверенно шли в их сторону. Когда они вошли в круг света от единственного работающего фонаря, Вика невольно зацепилась взглядом за девушку, шедшую чуть впереди остальных.

Короткие черные кудри, пирсинг в брови и губе, который поблескивал при каждом движении, и дерзкий взгляд. Она выглядела так, будто весь этот мир принадлежит ей, и ни граммом меньше. Рядом с ней шла другая девушка — с очень короткой стрижкой и татуировкой над левой бровью. Несмотря на обстановку, вторая выглядела на удивление мирно, почти уютно, напоминая нахохлившегося котенка, который попал не в ту компанию.

– Ну и кто тут у нас главный? – подала голос кудрявая, остановившись в паре метров. Голос у нее был звонкий, с легкой хрипотцой.

– Допустим, я, – Вика сделала шаг вперед, не вынимая рук из карманов. – Я Вика. А это Ира. Мы здесь не для того, чтобы кулаками махать, если вы, конечно, понимаете человеческий язык.

Кудрявая усмехнулась, оглядывая Вику с ног до головы. Ее взгляд задержался на татуировках и спокойном лице оппонентки.

– Я Адель. А это Катя, – она кивнула на подругу с тату над бровью. – И язык мы понимаем прекрасно. Просто ваши ребята слишком много на себя берут.

– Наши ребята берут то, что всегда было их, – подала голос Ира, делая угрожающий шаг вперед. Ее плечи напряглись, а кулаки сжались. – А вы тут новенькие, так что лучше бы вам поубавить гонор, пока зубы целы.

Катя, которая до этого молчала, вдруг сделала шаг навстречу Ире. Она не выглядела испуганной, скорее — уставшей от всего этого.

– Слушай, давай без этого, а? – Катя посмотрела Ире прямо в глаза. – Драка ничего не решит. Мы просто хотим, чтобы нас не трогали, когда мы здесь танцуем. Мы никому не мешаем.

Ира на мгновение замерла. Она ожидала криков, оскорблений, но никак не этого мягкого, почти просящего тона. Взгляд Кати был обезоруживающим. «Дерево» внутри Иры словно дало трещину.

– Танцуете? – Ира нахмурилась, но пыл заметно поутих. – Здесь? В этих гаражах?

– Здесь отличная акустика и ровный бетон, – вклинилась Адель, не сводя глаз с Вики. – Мы занимаемся танцами. Нам плевать на ваши разборки, но ваши шестерки начали лезть к нам с какими-то претензиями.

Вика молча курила, наблюдая за Адель. В этой девчонке было столько энергии, что она буквально вибрировала в воздухе. Несмотря на пирсинг и вызывающий вид, в ней не чувствовалось злобы — только желание защитить свое пространство.

– Послушай, Адель, – Вика выкинула окурок. – Мы не знали, что вы тут просто танцуете. Мои пацаны решили, что вы барыжите или ищете проблем.

– А мы похожи на тех, кто барыжит? – Адель вызывающе вскинула подбородок.

– На тех, кто ищет проблем — вполне, – Вика позволила себе едва заметную улыбку. – Но я вижу, что вы адекватные.

Адель вдруг рассмеялась. Этот смех был неожиданно теплым и искренним.

– А ты спокойная. Даже слишком. Не боишься, что я сейчас передумаю мириться?

– Не боюсь, – коротко ответила Вика. – Ты активная, это видно. Но я не думаю, что ты глупая.

Тем временем Ира и Катя стояли чуть в стороне. Напряжение между ними сменилось странным любопытством.

– У тебя татуха на лице, – Ира указала пальцем на бровь Кати. – Больно было?

– Терпимо, – Катя чуть улыбнулась, и на ее щеках показались ямочки. – У тебя тоже на руках много. Сама била или в салоне?

– Друг бил, – Ира неожиданно для самой себя расслабилась. – Слушай, Кать... Извини, что я так сразу быканула. Работа такая.

– Ничего, я привыкла, – Катя пожала плечами. – Ты, кажется, добрая, если не злишься.

Ира хмыкнула, чувствуя, как внутри разливается странное тепло. Эта «котенок» Катя каким-то невероятным образом умудрилась погасить ее агрессию за две минуты разговора.

– Ладно, народ, – громко сказала Адель, обращаясь к своей компании и ребятам Вики. – Расходимся. Конфликт исчерпан. Мы договорились.

Толпа недовольно загудела, но авторитет Адель и Вики был непререкаем. Люди начали медленно расходиться, оставляя четверых девушек в тишине под засыпающим небом.

– И что теперь? – спросила Адель, подходя к Вике почти вплотную. От нее пахло хорошим парфюмом и сигаретами. – Теперь мы друзья или просто соседи по району?

Вика посмотрела в ее темные кудрявые волосы, потом в глаза, в которых отражались огни города.

– Время покажет. Но я бы посмотрела, как ты танцуешь.

Адель хитро прищурилась.

– Завтра в семь. Здесь же. Придешь?

– Приду, – кивнула Вика.

Ира посмотрела на Катю, которая уже собиралась уходить вслед за Адель.

– Эй, Кать! – окликнула она.

Девушка обернулась.

– Ты это... если кто обидит из наших — мне скажи. Я разберусь.

Катя улыбнулась так широко, что у Иры на мгновение перехватило дыхание.

– Спасибо, Ир. Обязательно скажу.

Когда Адель и Катя скрылись в темноте переулка, Ира еще долго смотрела им вслед.

– Слышь, Вик, – тихо сказала она. – Кажется, вечер прошел не так уж и плохо.

– Совсем не плохо, Ира, – ответила Вика, доставая новую сигарету. – Совсем не плохо.

Она уже знала, что завтрашний вечер изменит в ее жизни гораздо больше, чем просто границы влияния на районе. Адель оставила после себя шлейф вызова, на который Вике очень хотелось ответить. А Ира, обычно такая шумная и резкая, шла к машине молча, то и дело касаясь своих светлых волос и вспоминая мягкий голос девушки с татуировкой на лице.

Город продолжал шуметь, но для этой четверки мир только что стал немного теснее и гораздо интереснее.