омегаверс

В свои пятьдесят шесть лет я привык, что мир вращается вокруг меня. Я — Паша, и в этом городе моё имя произносят либо с благоговейным трепетом, либо с ледяным ужасом. Огромный, широкоплечий, сохранивший стальную мускулатуру, я привык доминировать. Но когда я смотрю в зеркало, я вижу не только лидера группировки, способного раздавить любого конкурента. Я вижу омегу, который два года назад добровольно и счастливо отдал своё сердце, а вместе с ним и власть над собой, одному-единственному альфе.

Саша. Мой маленький, юркий, надменный и бесконечно любимый Саша. Он на тридцать лет младше, он едва достаёт мне до плеча, но когда он смотрит на меня своим хищным взглядом, я чувствую, как подкашиваются мои натренированные ноги.

Сегодняшнее утро началось странно. Мы собирались на важнейшие переговоры, от которых зависел контроль над северным портом. Я ожидал, что выберу свой привычный строгий костюм, подчеркивающий статус, но Саша решил иначе.

– Надень это, Паш, – он бросил на кровать черную водолазку с высоким горлом и плотный пиджак, который застегивался под самый подбородок.

– Саш, на улице жара, я там сварюсь, – проворчал я, но уже потянулся к вещам. Я ненавижу выполнять чужие просьбы, меня тошнит от приказов, но если просит он — я становлюсь ручным.

– Не спорь, – Саша коснулся кончиками пальцев моих слуховых аппаратов, проверяя, плотно ли они сидят. Он знал, что без них я погружаюсь в абсолютную тишину — наследие того проклятого теракта. – Тебе пойдет.

Я лишь вздохнул. В этом весь он. Самолюбивый, уверенный в своей привлекательности, он обожал контролировать мой внешний вид. Я вспомнил, как на прошлой неделе мы заходили в бутик, и я видел, как у него загорелись глаза при виде коллекционных часов. Он никогда не просит их сам. Он работает инструктором по легкой атлетике, получает гроши, но обожает свое дело. Я даю ему любые суммы, стоит лишь намекнуть, но он гордый. Придется купить эти часы самому и «случайно» оставить на тумбочке. Для него — всё что угодно.

В холле нас уже ждали Артем и Аркадий. Тема, наш весельчак и мастер по связям с общественностью (а на деле — лучший водитель-экстремал), как обычно, что-то увлеченно рассказывал Аркадию. Аркадий, наш «мегамозг» и стратег, лишь поправлял очки, внося правки в логистическую схему на планшете.

– О, босс! – Тема расплылся в улыбке, оглядывая мой закрытый наряд. – Что, Саша сегодня в роли строгого стилиста?

– Не паясничай, – буркнул я, чувствуя, как краснеют уши.

– Да ладно тебе, Паш, – Аркадий поднял глаза от экрана. – Мы же знаем, кто у вас в доме настоящий альфа, несмотря на габариты.

Они часто подкалывали меня за глаза, а иногда и в лицо, зная, что за Сашу я им ничего не сделаю. Я — гроза города, но перед этими парнями и своим мужем я был просто Пашей.

– Аркадий, проверь еще раз периметр ресторана, – я попытался вернуть себе суровый вид. – И Тема, если вы с Сашей снова решите прыгать с крыши парковки на спор, я вас обоих запру в подвале.

В прошлый раз эти двое чуть не довели меня до инфаркта, решив проверить, кто быстрее спустится по пожарной лестнице наперегонки. У меня и Аркадия тогда едва сердца не остановились.

– Всё будет в ажуре, Паш! – Тема подмигнул Саше, и тот ответил ему легким кивком.

Мы приехали на место раньше партнеров. Огромный зал переговоров с массивным дубовым столом пах деревом и дорогим табаком. Тема и Аркадий остались снаружи, обеспечивая безопасность.

– Прочное дерево? – вдруг спросил Саша, проводя ладонью по полированной поверхности стола.

– Что? – я обернулся к нему, недоумевая. – Ну да, массив дуба. К чему ты...

Договорить я не успел. Саша шагнул ко мне, схватил за воротник водолазки и впился в мои губы властным, требовательным поцелуем. Он перекрыл мне кислород, сминая мои губы, и я, несмотря на весь свой опыт и возраст, тут же поплыл. Мои огромные руки легли ему на талию, я прижал его к себе, чувствуя, как сердце колотится о ребра.

– Саш... партнеры... они будут через десять минут... – попытался я возразить, когда он начал ловко расстегивать мой ремень.

– Успеем, – хищно улыбнулся он. – Теперь ты понимаешь, почему я заставил тебя надеть закрытую одежду? Чтобы никто не видел, как я тебя помечу.

Он толкнул меня на стол. Я, человек, который весит почти в два раза больше него, послушно повалился на дубовую поверхность. В нашей постели я всегда был ведомым. Мне нравилось отдавать контроль, нравилось чувствовать его силу, которая не имела ничего общего с физическим весом.

Он раздевал меня быстро, оставляя на шее глубокие, яркие засосы, которые точно скроет воротник водолазки. Его пальцы играли с моими сосками, заставляя меня выгибаться и стонать. Когда он вошел в меня — медленно, дразняще — я закусил губу, чтобы не закричать. Для меня он всегда был слишком крупным, слишком заполняющим, но это было именно то, что мне требовалось.

– Не толкайся, Паш, – прошептал он мне в ухо, когда я попытался ускориться. – Я здесь задаю темп.

После первого раза он поставил меня на колени прямо на ковер. Я делал ему минет, глядя снизу вверх, чувствуя себя абсолютно преданным псом. Я готов был ползать у его ног — и метафорически, и физически. Это не было унижением, это было высшим проявлением моей любви.

– Хороший мальчик, – выдохнул он, когда всё закончилось.

Я думал, на этом всё, но Саша резко перевернул меня обратно на стол, наваливаясь сверху. На этот раз он был жестким. Глубокие, быстрые толчки выбивали из меня дух. Я вскрикивал, вцепляясь пальцами в край стола, извиваясь от удовольствия, которое граничило с болью. Мое тело дрожало, когда он излился в меня в третий раз.

– Приведи себя в порядок, – Саша отстранился, поправляя свои волосы, будто ничего не произошло. Его голос был спокойным, но глаза все еще горели триумфом.

– Ты сумасшедший, – выдохнул я, пытаясь унять дрожь в коленях.

– Ты