Влв

Тишина в комнате казалась осязаемой, тяжелой и тягучей, словно мед. Свет уличных фонарей едва пробивался сквозь неплотно задернутые шторы, рисуя на стенах причудливые длинные тени. Я чувствовал, как между нами натягивается невидимая струна, готовая вот-вот лопнуть от малейшего прикосновения.

– Ты даже не представляешь, как долго я этого ждал, – прошептал я, едва касаясь губами твоего уха.

Мои руки уверенно скользнули под твои бедра. Я приподнял тебя, ощущая твою легкость и то, как ты инстинктивно обхватила мою талию ногами. Ты была такой хрупкой и одновременно такой желанной, что у меня перехватило дыхание. Я начал целовать твои губы — сначала осторожно, пробуя на вкус, а затем всё более властно, пока нес тебя к массивному дубовому столу, стоявшему в центре комнаты.

Усадив тебя на край, я на мгновение отстранился. Воздуха катастрофически не хватало, сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. Я смотрел в твои глаза, затуманенные желанием, и видел в них отражение собственной жажды. Твои волосы рассыпались по темному дереву столешницы, когда я аккуратно уложил тебя на спину.

– Не останавливайся, – выдохнула ты, и этот шепот стал для меня сигналом к действию.

Я снова прильнул к твоим губам, на этот раз глубоко проникая языком внутрь. Этот поцелуй был полон страсти, он был требовательным и горячим. Ты ответила мне с неожиданной смелостью, твои пальцы запутались в моих волосах, притягивая еще ближе. Из твоей груди вырвался первый, едва слышный нежный стон, который отозвался во мне сладкой дрожью.

Оторвавшись от твоих сладких губ, я начал медленно спускаться вниз. Твоя кожа пахла ванилью и чем-то неуловимо прекрасным, присущим только тебе. Я прижался губами к твоей шее, чувствуя, как бешено бьется пульс под тонкой кожей. Я слегка прикусил мягкую плоть, заставив тебя вздрогнуть, а затем тут же слизнул этот укус, успокаивая и разжигая огонь одновременно.

– Тебе нравится? – спросил я, переходя к ключицам.

– Да... боже, да, – пробормотала ты, выгибаясь навстречу моим ласкам.

Я продолжал спускаться всё ниже, оставляя за собой дорожку из влажных, горячих следов. Каждое мое движение было неторопливым, я смаковал каждое мгновение, каждую капельку твоего удовольствия. Мои губы остановились у края твоего лифа, и я почувствовал, как ты затаила дыхание.

Я освободил твою грудь от ткани, любуясь тем, как она вздымается от частого дыхания. Мой рот накрыл сосок на правой груди. Я начал медленно посасывать его, иногда слегка прикусывая и оттягивая. Ты издала совсем тихий, но невероятно красивый стон, который заставил мою кровь закипеть. Чтобы загладить эту сладкую «вину» от укуса, я снова покрыл грудь нежными поцелуями, прежде чем перейти к левой.

Повторяя те же действия, я чувствовал, как твое тело становится всё более податливым и горячим. Ты перебирала мои волосы, твои бедра начали непроизвольно двигаться, ища контакта. Но я не спешил. Я хотел изучить каждый сантиметр твоего тела, прежде чем мы перейдем к главному.

Мои губы скользнули к твоему животу. Я целовал его, оставляя влажные следы, спускаясь всё ниже и ниже к кромке твоих джинсов. В это время мои руки уже потянулись к ширинке. Металлический звук расстегивающейся молнии прозвучал в тишине комнаты особенно громко.

– Позволь мне... – прошептал я, медленно стягивая джинсы вместе с бельем.

Я снял их полностью, не глядя бросив куда-то на пол. Теперь ты лежала передо мной абсолютно беззащитная и прекрасная в своей наготе. Свет лампы мягко очерчивал изгибы твоего тела, и я на секунду замер, пораженный этой картиной.

– Ты такая красивая, – вырвалось у меня.

Я медленно опустился ниже, прямо к тому месту, где сосредоточилось всё твое желание. Твой аромат стал гуще, дурманя мне голову. Я развел твои колени в стороны, устраиваясь между ними.

– Пожалуйста... – Твой голос сорвался на высокой ноте, когда ты почувствовала мое горячее дыхание так близко.

Я коснулся тебя сначала кончиками пальцев, проверяя твою готовность, и обнаружил, что ты уже совсем влажная. Это осознание ударило в голову сильнее любого вина. Я приник губами к самому сокровенному, начиная медленно и ритмично ласкать тебя языком.

Твои пальцы впились в мои плечи, ногти слегка оцарапали кожу, но я почти не почувствовал боли — только чистое, концентрированное наслаждение от твоей реакции. Ты начала дышать чаще, резче, твои стоны стали громче, заполняя собой всё пространство комнаты.

Я нашел ту самую точку, твой центр удовольствия, и сосредоточил всё свое внимание на нем. Мой язык двигался уверенно, то дразня легкими касаниями, то нажимая сильнее. Ты начала метаться по столу, твоя голова откинулась назад, а из горла вырывались несвязные звуки восторга.

– Я сейчас... я не могу... – выдохнула ты, задыхаясь.

– Можешь, – ответил я, не отрываясь от твоего тела. – Отдайся этому чувству. Я держу тебя.

Я прибавил темп, чувствуя, как твои мышцы начинают мелко подрагивать. Ты была на самом краю, на той тонкой грани, за которой следует вспышка. Я ввел внутрь тебя два пальца, имитируя толчки, пока язык продолжал свою работу снаружи. Это сочетание стало последней каплей.

Твое тело выгнулось дугой, ты громко выкрикнула мое имя, и волна оргазма накрыла тебя, заставляя содрогаться в моих руках. Я не останавливался, продолжая ласкать тебя еще несколько секунд, пока пик не начал медленно спадать, оставляя после себя лишь приятную истому.

Я поднялся выше, нависая над тобой. Твое лицо раскраснелось, глаза были полуприкрыты, а на губах блуждала блаженная улыбка.

– Это было... невероятно, – прошептала ты, едва переводя дух.

– Это было только начало, – ответил я, целуя тебя в кончик носа. – У нас впереди еще вся ночь.

Я притянул тебя к себе, чувствуя тепло твоей кожи, и понял, что этот стол, эта комната и эта ночь навсегда останутся в моей памяти как нечто самое сокровенное и живое. Мы были здесь и сейчас, и ничего больше не имело значения.

– Иди ко мне, – позвала ты, протягивая руки.

И я пошел, зная, что теперь я принадлежу тебе так же сильно, как и ты мне. Впереди было еще много поцелуев, много стонов и открытий, но тот первый вкус, вкус твоего удовольствия на моих губах, остался самым ярким аккордом в нашей симфонии страсти.

За окном начал накрапывать дождь, стуча по стеклу мелкими каплями, но здесь, в коконе нашего желания, было жарко. Я снова накрыл твои губы своими, и мы растворились друг в друге, забыв о времени и мире, который остался там, за дверью. В эту ночь существовали только ты, я и бесконечная глубина наших чувств, воплощенная в каждом движении, в каждом вздохе.