Чудо для фея

Иногда мне кажется, что моя жизнь — это затянувшийся рекламный ролик шоколадного батончика: всё такое яркое, немного приторное, и обязательно должно закончиться хэппи-эндом с фейерверками. Я всегда верила в сказки. Даже когда Пафнутий, мой ворчливый фей третьего разряда, в очередной раз ронял на меня кастрюлю или путал заклинания, я знала: мой принц где-то рядом. И я его нашла. Рома — мой муж, мой вице-президент «Кей-Кей спорт» и самый настоящий сказочный герой в идеально отглаженном костюме.

Но сегодня даже моя вера в чудеса подверглась испытанию. Конкурс на лучшее рекламное агентство года — это не просто бумажки и графики. Это шанс доказать, что мечты могут приносить прибыль, а креатив — спасать мир. Ну, или хотя бы продавать кроссовки.

Мы с Ромой стояли перед входом в здание моей бывшей работы. Ностальгия нахлынула на меня вместе с запахом дешёвого освежителя воздуха и дорогого парфюма.

– Волнуешься? – Рома нежно сжал мою ладонь.

– Немного, – призналась я, поправляя сумочку, в которой подозрительно зашуршал Пафнутий. – Ты же знаешь, я вечно боюсь что-нибудь испортить. Вдруг я споткнусь прямо на сцене? Или забуду все слова?

– Ты — самая талантливая женщина из всех, кого я знаю, – улыбнулся он. – А если упадешь, я тебя подхвачу.

Я потянулась к нему за поцелуем, но в этот момент в другой руке у меня опасно качнулся большой стакан с латте. Моя вечная проблема: я и координация движений — вещи несовместимые. В дверях кто-то резко вырос, я не успела затормозить и…

– Ой! – вскрикнула я, чувствуя, как горячая липкая жидкость покидает стакан.

Прямо передо мной стоял мужчина. Его вид был, мягко говоря, странным для такого пафосного мероприятия. Черные волосы в беспорядке, а на плечах — разорванный, словно когтями, темный плащ. Мой кофе живописным пятном расплылся по его груди.

– Простите! Пожалуйста, простите, я такая неуклюжая! – я судорожно зашарила по карманам в поисках салфетки.

Мужчина медленно поднял голову. Его глаза… они были не просто карими, а абсолютно черными, как две бездонные воронки, в которых застыла вековая злость.

– Смотри, куда прешь, девчонка, – прошипел он. Голос был низким, скрежещущим, словно камни терлись друг о друга. – Вечно вы, смертные, лезете под ноги со своим мусором.

Я замерла. От него веяло холодом, несмотря на лето. Внутри сумки Пафнутий издал странный звук, похожий на сдавленный писк ужаса.

– Эй, полегче на поворотах, – Рома мгновенно шагнул вперед, закрывая меня собой. – Она извинилась. Это была случайность.

Черноволосый мужчина смерил Рому ледяным взглядом. На мгновение мне показалось, что воздух вокруг них задрожал от напряжения.

– Случайности — это оправдание для слабых, – бросил незнакомец, стряхивая капли кофе с разорванного края плаща. – В следующий раз будь осторожнее, Майя. Тебе еще понадобятся твои глаза.

– Откуда вы знаете моё имя? – вырвалось у меня, но он уже развернулся и стремительно скрылся в толпе, не оглядываясь.

– Странный тип, – Рома нахмурился, поправляя лацканы своего пиджака. – Пойдем, Майя, не забивай голову. Нам пора в зал, презентация вот-вот начнется.

Мы вошли в огромный конференц-зал. Ряды кресел, приглушенный свет, огромный экран — всё дышало официозом. Мы заняли свои места в первом ряду. Я всё еще чувствовала странный озноб. Тот мужчина… в его взгляде было что-то такое, от чего хотелось спрятаться под одеяло и не вылезать до весны.

– Дамы и господа, – раздался голос ведущего. – Мы начинаем презентацию проектов. И первым приглашаем на сцену руководителя нового агентства «Исполнитель желаний» — Германа Ядова!

На сцену вышел человек, и я едва не ахнула. Это был он. Но теперь на нем не было рваного плаща. Он был одет в вызывающе яркий, фиолетовый костюм, который на ком-то другом смотрелся бы нелепо, но на нем выглядел как королевская мантия. Его черные волосы были гладко зачесаны назад, а на губах застыла хищная усмешка.

– Желания, – начал Герман, и его голос разнесся по залу, заставляя каждого слушателя невольно выпрямить спину. – Все вы чего-то хотите. Любви, власти, вечной молодости. Но реклама лишь обещает вам это. Я же — даю.

Свет погас, и на экране появилось изображение его магазина. Это было не просто помещение, а настоящий храм роскоши. Но самое удивительное стояло в витринах.

– Мой проект — это сеть магазинов восковых кукол, – продолжал Ядов, прохаживаясь по сцене. – Но это не просто манекены. Это ростовые фигуры, созданные по уникальной технологии. Каждая из них — воплощение идеала.

На экране сменялись слайды. Куклы выглядели пугающе реалистично. У одной были глаза цвета морской волны и кожа, сияющая, как жемчуг. Другая кукла-мужчина выглядела как атлант, сошедший с пьедестала.

– Они не просто украшают интерьер, – голос Германа стал вкрадчивым. – Они исполняют желания. Хотите, чтобы вас слушали? Хотите, чтобы вас обожали? Поставьте такую куклу у себя дома, и ваша жизнь изменится. Они — сосуды для ваших мечтаний. Они забирают вашу тоску и дарят вам то, чего вы заслуживаете.

Я почувствовала, как по коже поползли мурашки. Куклы на экране казались живыми. Мне почудилось, что одна из них — прекрасная блондинка в алом платье — на секунду моргнула.

– Это же просто воск, – шепнул Рома, заметив мой испуганный вид. – Обычный маркетинговый ход с налетом мистики. Красиво, но жутковато.

Презентация Ядова закончилась под гробовое молчание, которое сменилось неуверенными аплодисментами. Было в этом мужчине что-то властное, подавляющее волю.

Следом на сцену вышла моя бывшая директриса. Она выглядела как всегда безупречно: строгая юбка-карандаш, высокая прическа и взгляд, способный заморозить кипяток.

– Наше агентство представляет новую линию одежды «Мечта в деталях», – начала она холодным тоном. – Мы уходим от масс-маркета к индивидуальности. Ткани из натурального шелка, ручная вышивка, крой, подчеркивающий статус.

Она говорила долго и профессионально, показывая эскизы платьев, которые стоили как небольшая квартира в центре Москвы. Но я почти не слушала.

Я чувствовала на себе взгляд.

Медленно, стараясь не привлекать внимания, я повернула голову. Герман Ядов сидел в нескольких метрах от нас. Он не смотрел на экран. Он не смотрел на директрису. Его черные, как смоль, глаза были прикованы ко мне.

В этом взгляде не было восхищения или интереса. Там была расчетливая жестокость и… узнавание? Словно он видел меня насквозь, знал все мои глупые мечты о принцах и сахарной вате. Он слегка наклонил голову набок, и его тонкие губы искривились в подобии улыбки.

Мне стало не по себе. Я покрепче прижала к себе сумку. Пафнутий внутри замер, даже не шевелясь. Мой маленький фей, который обычно не затыкался, сейчас вел себя тише воды, ниже травы.

– Майя, ты чего? – Рома коснулся моего плеча. – Тебе плохо?

– Нет, всё в порядке, – соврала я, заставляя себя отвернуться от Ядова. – Просто душно здесь.

Наконец, презентации подошли к концу. Комиссия во главе с важными чиновниками от мира рекламы поднялась со своих мест.

– Благодарим всех участников, – объявил председатель. – Мы удаляемся для подведения итогов. Результаты будут объявлены через сорок минут. Просим всех пройти в фойе на фуршет.

Зал пришел в движение. Люди начали вставать, переговариваться, обмениваться визитками. Рому тут же перехватил какой-то коллега по спортивному бизнесу.

– Дорогая, я на минутку, – извинился он. – Нужно обсудить контракт с поставщиком. Никуда не уходи.

Я осталась стоять у своего кресла, чувствуя себя потерянной. В животе предательски заурчало — от волнения я всегда хотела есть, а запах свежих тарталеток из фойе уже начал кружить мне голову.

– Ну что, дождалась своего принца? – раздался над ухом тихий, язвительный шепот.

Я вздрогнула. Из моей сумки высунулась крошечная голова Пафнутия. Его обычно задорный колпак поник.

– Майя, бежим отсюда, – пролепетал он, косясь в сторону, где только что стоял Герман. – Это не человек. Это… это нечто похуже.

– О чем ты, Пафнутий? – я постаралась говорить как можно тише.

– Это джинн, глупая! – фей почти сорвался на крик, но вовремя прикрыл рот ладошкой. – Но не тот, который из лампы и дарит три желания. Это Музаффар. Древний, злой и очень обидчивый. И, кажется, он меня узнал.

Я посмотрела в ту сторону, куда указывал дрожащий палец фея. Герман Ядов стоял у окна, окруженный ярким ореолом света, и его фиолетовый костюм в лучах заходящего солнца казался почти черным. Он снова смотрел на нас.

– Он хочет забрать души, Майя, – прошептал Пафнутий. – Его куклы… они не из воска. Они из тех, кто рискнул загадать желание.

Я сглотнула, чувствуя, как сказка, в которой я жила, начинает превращаться в триллер. В этот момент Герман отделился от окна и направился прямо к нам, плавно лавируя между гостями. Каждый его шаг отдавался в моем сердце тяжелым ударом.

– Ну что, мечтательница, – произнес он, остановившись в паре шагов. – Хочешь узнать, какое желание я исполню для тебя первым?

Я хотела ответить, что мне ничего не нужно, но слова застряли в горле. Его глаза гипнотизировали, лишая воли, а за его спиной, казалось, разрасталась огромная, голодная тень.