Любов

Субин никогда не считал себя атлетом. Его стихией были пыльные кодексы, залы судебных заседаний в воображении и бесконечные лекции по юриспруденции. Но жизнь, как оказалось, имела на него другие планы, и сегодня эти планы включали в себя марафон на выживание по узким переулкам города.

– Быстрее, Субин! Если они нас догонят, от твоего красивого лица останется только воспоминание! – Джисон, задыхаясь, припустил ещё быстрее, едва не сбивая с ног случайного прохожего.

– Это... всё... из-за тебя! – выдавил Субин, чувствуя, как в боку начинает нестерпимо колоть. – Твои любовные похождения... когда-нибудь нас... в могилу сведут!

Джисон был его лучшим другом, но иногда Субину искренне хотелось сдать его в полицию или просто оставить на растерзание тем громилам, что неслись за ними следом. Джисон, будучи патологическим бабником, умудрился приударить за девушкой, чей брат держал в страхе половину местного района. И вот результат: вместо спокойной прогулки они превратились в мишени.

Субин споткнулся. Гравий под ногами предательски поехал, и он с глухим звуком повалился на асфальт. Боль прошила тело мгновенно.

– Чёрт! – выкрикнул он, глядя на свои колени.

Любимые джинсы, купленные на стипендию и дедушкины подарочные, теперь щеголяли рваными дырами, сквозь которые сочилась кровь. Свитер на замке, который он так любил за мягкость, тоже пострадал – локти были ободраны в лохмотья.

– Вставай, Субин, вставай! – Джисон подлетел к нему, хватая за шкирку и буквально вытягивая вверх. – Они уже за углом!

– Учитель физкультуры был прав, – прохрипел Субин, прихрамывая, но продолжая бег. – Бегайте, пригодится... Знал бы он, при каких обстоятельствах мне это пригодится.

Они выскочили на ярко освещённую улицу, где располагались дорогие рестораны. Это был район, где Субин чувствовал себя более-менее в своей тарелке благодаря состоянию семьи, но сейчас он выглядел как бездомный, на которого напала стая собак.

И именно в этот момент, когда сердце готово было выпрыгнуть из груди, Субин увидел его.

Пак Богом сидел за столиком на открытой террасе фешенебельного ресторана. Он выглядел безупречно, как и всегда: светлая рубашка, идеально уложенные волосы и та самая мягкая, обволакивающая улыбка. Рядом с ним сидели его друзья – Чон Чонгук, который что-то увлечённо рассказывал, и Ким Тэхён, лениво помешивающий вино в бокале.

Они познакомились два месяца назад в закрытом клубе для «своих». Субин тогда был очарован спокойствием и манерами Богома. Тот казался ему идеалом, до которого невозможно дотянуться. Они общались лишь несколько раз, и Субин до сих пор не был уверен, помнит ли Богом его имя, хотя каждая их встреча оставляла в душе студента-адвоката странный трепет.

– О боже, нет, только не он, – прошептал Субин, пытаясь прикрыться рукавом разодранного свитера.

– Кто? Богом? – Джисон на секунду обернулся. – О, отлично! Может, он нас спрячет?

– Ты с ума сошел? Посмотри на меня! Я в крови, в грязи и выгляжу как преступник! – Субин резко сменил траекторию, стараясь держаться в тени деревьев, чтобы не попасть в поле зрения компании за столиком.

– Субин, это наш единственный шанс! Те парни не побоятся камер, но они не сунутся к такому месту, где полно охраны и влиятельных людей! – Джисон схватил его за руку, увлекая за собой.

Но Субин заупрямился. Мысль о том, что Богом увидит его в таком жалком состоянии, была невыносимее, чем перспектива получить пару синяков от бандитов.

– Нет! Бежим в обход! – скомандовал он, превозмогая боль в разбитых коленях.

Они пронеслись мимо террасы буквально в десяти метрах. Субин на мгновение встретился взглядом с Богомом. Тот как раз поднял голову, его глаза расширились от удивления, а рука с бокалом замерла на полпути к губам.

– Субин-а? – донеслось до него мягкое, вопросительное, но Субин уже скрылся в тени следующего переулка.

– Мы оторвались? – Джисон прислонился к стене, жадно хватая ртом воздух.

– Кажется, да, – Субин опустился на корточки, шипя от боли. – Но какой ценой... Богом меня видел. Он видел, как я убегаю от каких-то головорезов, выглядя при этом как жертва кораблекрушения.

– Слушай, – Джисон, несмотря на ситуацию, вдруг хихикнул, – а ведь было весело, а? Как в кино!

Субин поднял на него тяжелый взгляд, полный праведного гнева.

– Весело? У меня дыра в колене размером с твою совесть, Джисон! И завтра мне нужно быть в университете на семинаре по гражданскому праву!

– Ну, зато будет что вспомнить, – Джисон вытер пот со лба. – И вообще, если Богом настоящий мужчина, он не осудит, а пришлет тебе пластырь и новый свитер.

Субин закрыл лицо руками. Ему было стыдно и одновременно до боли обидно. Он хотел казаться Богому серьезным, взрослым будущим адвокатом, а не перепуганным мальчишкой, который влипает в неприятности из-за ветреного друга.

– Пошли домой, – вздохнул Субин, с трудом поднимаясь. – И если ты ещё раз решишь «просто погулять», я вызову тебе такси в другой конец страны.

– Ладно-ладно, ворчун, – Джисон примирительно поднял руки. – Но признай, бегаешь ты теперь гораздо лучше. Учитель физкультуры поставил бы тебе «отлично».

Субин лишь покачал головой, чувствуя, как адреналин постепенно уходит, оставляя место ноющей боли и странному чувству ожидания. Он не знал, что Богом в этот самый момент уже достал телефон, задумчиво глядя на экран и сопоставляя увиденное с тем образом тихого студента, который сложился у него в голове.

Вечер определенно перестал быть томным для них обоих.