Огг

В зале собраний Совета тринадцати Готэй 13 повисла такая тяжелая тишина, что, казалось, ее можно было резать занпакто. Пятеро женщин — Рукия, Рангику, Нанао, Хинамори и даже вечно ворчливая Хиери — стояли плечом к плечу, объединенные общим секретом, который перестал быть тайной всего неделю назад. Их чувства к Ичиго Куросаки, вспыхнувшие после великой битвы с Айзеном, теперь стали их общим бременем.

Иссин Куросаки, выглядевший непривычно серьезным, стоял перед капитанами. Рядом с ним Карин и Юзу переминались с ноги на ногу, пряча глаза.

– Я повторяю, – глухим голосом произнес Иссин, – он ушел через неделю после того, как потерял силы. Сказал, что ему нужно «переосмыслить себя». Мы не видели его два года. Ни звонков, ни писем.

– Как это возможно? – Рукия сделала шаг вперед, ее голос дрожал. – Он же был обычным человеком! Куда он мог пойти без денег, без связей, без...

Дверь в зал заседаний распахнулась с таким грохотом, будто ее вынесли тараном. В помещение влетел Киске Урахара. Его шляпа съехала набок, а веер, которым он обычно прикрывал лицо, был сложен и зажат в кулаке.

– Капитаны! Дамы! – выдохнул он, тяжело дыша. – Срочно! Включайте шестой канал человеческого телевидения. Технологический отдел, выведите изображение на главный экран! Живо!

Маюри Куроцучи недовольно поморщился, но, уловив безумный блеск в глазах Урахары, кивнул своим подчиненным. Огромный магический экран, обычно использовавшийся для тактических карт, вспыхнул белым светом. Спустя мгновение проявилась картинка: огромная спортивная арена, залитая светом прожекторов. Тысячи людей ревели на трибунах.

– Что это за шум? – Нанао поправила очки, вглядываясь в экран.

Голос комментатора, усиленный динамиками, разносился по залу:

– ...и так, мы все знаем, зачем мы здесь! Мы ждали этого дня уже много лет! Мировой чемпионат по фехтованию достиг своего апогея! Но теперь у нас есть один претендент на звание лучшего фехтовальщика, и никто не знает, сможет ли наш талантливый новичок победить чемпиона!

– Киске, зачем нам смотреть на игры смертных? – Бьякуя Кучики скрестил руки на груди, его взгляд был ледяным.

– Смотрите на экран, Бьякуя-кун, – тихо ответил Урахара. – И попробуйте узнать того, кто сейчас выйдет.

Комментатор буквально захлебывался в восторге:

– Встречайте! Человек, который за два года превратил свое тело в совершенное оружие! Тот, кого соперники уже прозвали «Белой Смертью» за молниеносные выпады! Тот, чья мощь заставляет содрогаться помост! Титан из Каракуры! Рыжеволосый Хохочущий Дьявол!

На арену вышел человек.

В зале Готэй 13 раздался коллективный вздох, перешедший в приглушенные вскрики.

Это был Ичиго. Но в то же время — совсем не тот Ичиго, которого они помнили.

Он стал невероятно огромным. Его рост достигал двух метров десяти сантиметров. На нем была надета лишь легкая безрукавка для фехтования, которая едва сдерживала бугры мышц. Его плечи стали в два раза шире, чем раньше. Руки, перевитые тугими канатами вен, казались высеченными из гранита. Когда он повернулся к камере, через тонкую ткань проступил рельеф пресса — невероятные десять кубиков, свидетельствующие о запредельных тренировках. Каждое его движение было наполнено звериной грацией и сокрушительной силой.

– О боги... – выдохнула Рангику, прижимая ладонь к губам. Ее глаза расширились, а на щеках проступил густой румянец. – Он... он стал просто огромным.

– Что он с собой сделал? – Хиери, обычно такая бойкая, застыла с открытым ртом. – Эти мышцы... он выглядит так, будто может раздавить Меноса голыми руками.

Ичиго на экране снял защитную маску. Его лицо возмужало, челюсть стала более очерченной, а в глазах, несмотря на отсутствие духовной силы, горел огонь, которого капитаны не видели даже во время войны. Он широко улыбнулся — дерзко, весело, почти пугающе.

– Йо, bad boy! – бросил он в камеру, обращаясь, видимо, к своему будущему противнику, и этот голос, ставший более низким и вибрирующим, заставил сердца пятерых девушек в зале Готэя пропустить удар.

– Два года, – прошептал Урахара, не сводя глаз с экрана. – Каждый божий день. По тысяче отжиманий, приседаний, скручиваний на пресс. Бег по тридцать километров с утяжелителями. Часовые планки. Он заперся в горах, изучал древние трактаты по фехтованию и тренировался до тех пор, пока его кости не стали крепче стали. Он восстановил свои силы не через рейцу, а через чистую физическую мощь.

– Он выглядит как бог войны, – прошептала Хинамори, ее пальцы судорожно сжали край кимоно. – Рукия-тян, ты видишь это?

Рукия не отвечала. Она смотрела на Ичиго, и в ее голове крутилась только одна мысль: «Сможем ли мы теперь просто подойти к нему?». Этот человек на экране больше не нуждался в их защите. Он выглядел так, будто сам мир вращается вокруг него.

– Посмотрите на его спину, – заметила Нанао, чье дыхание стало прерывистым.

Ичиго на экране развернулся, чтобы взять тренировочный меч. Мышцы его спины перекатывались под кожей, словно живые существа. Это была анатомия идеального бойца.

– Он не просто тренировался, – подал голос капитан-командор Ямамото, внимательно наблюдая за трансляцией. – Он выковывал себя заново. Без магии, без занпакто. Это дисциплина духа, перешедшая в плоть.

Тем временем на арене начался поединок. Противник Ичиго, действующий чемпион, выглядел на его фоне как ребенок, хотя и был рослым мужчиной. Ичиго двигался так быстро, что камера едва успевала фиксировать его перемещения. Его меч — обычный спортивный снаряд — в его руках казался продолжением тела. Один выпад, второй... Ичиго смеялся. Он действительно хохотал в разгар боя, наслаждаясь каждым мгновением.

– Он счастлив, – тихо сказала Юзу, вытирая слезы. – Наш Ичиго снова улыбается.

– Счастливы будем мы, если он нас не пришибет при встрече от избытка сил, – нервно хохотнула Рангику, хотя ее взгляд оставался прикованным к мощному трицепсу Куросаки. – Девочки, кажется, наш план «признаться ему в любви» только что стал намного... масштабнее.

– Вопрос не в том, признаемся мы или нет, – отрезала Хиери, хотя ее уши покраснели. – Вопрос в том, заметит ли этот гигант таких «мелких» нас? Вы посмотрите на него! Он же теперь как скала!

– Он примет нас, – уверенно произнесла Рукия, хотя ее сердце колотилось где-то в горле. – Какой бы рост у него ни был, сколько бы кубиков пресса он ни накачал... внутри это всё тот же глупый, добрый Ичиго. Только теперь его сердца хватит на всех нас.

– О, я на это очень надеюсь, – промурлыкала Рангику, облизнув губы. – Потому что я не намерена отступать, увидев такое... преображение.

На экране Ичиго одним мощным движением выбил меч из рук чемпиона и замер, направив острие в грудь поверженного врага. Зал взорвался криками. Ичиго снова посмотрел прямо в камеру, словно видел всех их там, в Сообществе Душ.

– Я иду домой, – сказал он одними губами.

– Он возвращается, – Иссин довольно ухмыльнулся, вытирая скупую мужскую слезу. – Берегитесь, капитаны. Мой сын стал слишком велик для этого мира.

Пятеро девушек переглянулись. В их глазах читалась решимость, смешанная с благоговейным трепетом. Им предстояло встретить не просто друга, а титана, который за два года сотворил невозможное. И каждая из них втайне гадала: каково это — оказаться в объятиях этих невероятных, стальных рук?

– Нам нужно подготовиться, – деловито сказала Нанао, пытаясь вернуть себе самообладание, хотя ее щеки пылали. – Встреча должна быть... соответствующей его новому статусу.

– Согласна, – Рукия кивнула, не отрывая взгляда от рыжеволосого гиганта на экране, который как раз поднимал над головой чемпионский кубок, и мышцы на его руках вздулись так, что казалось, они сейчас разорвут пространство. – Готэй 13 еще никогда не видел такой силы. И мы тоже.

Ичиго Куросаки возвращался. И этот мир уже никогда не будет прежним.