Внучка

Студия шоу Грэма Нортона утопала в аплодисментах. Свет софитов отражался от лакированных туфель Сильвестра Сталлоне, который сидел в знаменитом красном кресле с видом человека, только что покорившего Эверест — в сотый раз за неделю. Грэм, как всегда, лучился ироничным дружелюбием, перелистывая карточки с вопросами.

– Слай, мы все знаем, что ты — легенда боевиков, — начал Грэм, хитро прищурившись. — Но в последнее время в соцсетях обсуждают не твои новые роли, а твою личную жизнь. Точнее, твою роль «самого сурового дедушки в Голливуде».

Сталлоне усмехнулся, поправляя манжеты дорогого пиджака. Его лицо, иссеченное морщинами, которые лишь добавляли ему харизмы, приняло выражение притворной муки.

– Быть дедом — это сложнее, чем драться с Дольфом Лундгреном, Грэм. Поверь мне. Особенно когда твоя внучка унаследовала твой характер, но приправила его упрямством, которое я не пожелал бы даже врагу.

– Мы говорим о Крис? – Грэм кивнул операторам. – У нас есть эксклюзивное видео, которое прислала нам твоя супруга, Дженнифер. Она сказала, что это «типичное воскресенье в доме Сталлоне».

На огромном экране за спиной ведущего началось воспроизведение. Картинка была слегка дрожащей — домашняя съемка. Зрители увидели просторную гостиную. На полу, тяжело дыша, отжимался Слай. Он был в отличной форме, но на его спине, словно на королевском троне, восседала молодая девушка с копной темных волос и взглядом, в котором читалось абсолютное превосходство над миром. Это была Крис.

В руках она держала огромную плитку шоколада.

– Еще десять, дедуля! – командовала Крис, откусывая кусок и громко хрустя. – Ты замедляешься. В «Рокки» ты двигался бодрее. Или мне позвать бабушку, чтобы она показала тебе, как надо?

– Крис, ты весишь как целый мешок цемента, – прохрипел Сталлоне, продолжая выполнять упражнение. – И перестань крошить шоколад мне на футболку!

– Это углеводы, они придают тебе сил, – парировала девушка, небрежно стряхивая крошки прямо ему на затылок. – Давай, Слай! Еще пять! Я верю в тебя... почти.

Зал взорвался смехом. Но в этот момент камера плавно повернулась вправо, к большому кожаному дивану в углу. Там, раскинувшись с поистине дзенским спокойствием, спал Джейсон Стейтем. На его лице застыло выражение глубочайшего умиротворения, а на груди лежала открытая газета. Он явно не слышал ни криков Крис, ни тяжелого дыхания тестя.

Видео закончилось. Сталлоне в студии закрыл лицо рукой, а Грэм Нортон едва не сполз под стол от смеха.

– Это... это просто потрясающе, – выдавил Грэм. – Джейсон спит так, будто он в вакууме. Как он это делает?

– Он тренировался годами, – сухо ответил Слай. – Когда ты женат на моей внучке три года, ты либо учишься отключать сознание, либо сходишь с ума. Крис — это стихийное бедствие. А Джейсон... ну, он просто Стейтем. Он считает, что если он закроет глаза, то проблемы исчезнут. Но он ошибается. Проблема сидит у меня на спине и ест шоколад.

---

Три года назад новость о свадьбе Джейсона Стейтема и Крис Сталлоне взорвала таблоиды. Все вспоминали их первую встречу на съемках первых «Неудержимых». Крис тогда было едва за двадцать, она приехала на площадку поиздеваться над дедом и его «престарелыми друзьями-качками».

Джейсон тогда стоял у фургона, проверяя ножи. Крис подошла к нему, критически осмотрела его щетину и заявила:

– Мой дедушка говорит, что ты крутой. Но по-моему, ты просто очень серьезно хмуришься, чтобы скрыть, что хочешь спать.

Стейтем тогда впервые в жизни не нашелся, что ответить. Он просто смотрел на эту девчонку, которая не боялась ни его взгляда, ни авторитета Сталлоне.

– А ты, значит, та самая заноза в заднице, о которой Слай предупреждал? – наконец спросил он, едва заметно улыбнувшись.

– Я — Крис. И я здесь, чтобы следить, чтобы вы, старики, не рассыпались в песок до конца смены.

С тех пор Слай не переставал язвить. Он обожал Джейсона как коллегу, но как зятя... это была бесконечная битва титанов.

---

Вечером того же дня, когда шоу вышло в эфир, в особняке Стейтема в Малибу было подозрительно тихо. Джейсон сидел на кухне, потягивая сок, когда входная дверь распахнулась с таким грохотом, будто ее выбили ногой.

– Стейтем! Ты видел это? – Крис влетела в комнату, размахивая планшетом. – Грэм Нортон показал, как ты дрыхнешь! Теперь весь мир знает, что мой муж — сурок!

Джейсон медленно поставил стакан на стол и посмотрел на жену. На ней была его старая толстовка, которая висела на ней до колен, и короткие шорты. Она выглядела разъяренной и невероятно красивой в своем гневе.

– Я не спал, Крис, – спокойно ответил он своим низким хриплым голосом. – Я медитировал.

– Медитировал? – Крис швырнула планшет на диван. – Ты храпел так, что у дедушки вены на лбу вздулись! Бабушка сказала, что это было похоже на работу неисправного трактора.

– Твой дед заставляет меня тренироваться с ним в пять утра, – Джейсон поднялся, подходя к ней вплотную. – А потом ты заставляешь меня везти тебя за пончиками в другой конец города. Организм требует перезагрузки.

Крис уперла руки в бока, задрав подбородок. Она была значительно ниже его, но в этот момент казалось, что это она нависает над ним.

– Мой дед прав, – заявила она. – Ты стареешь, Джейс. Раньше ты мог не спать сутками, когда мы только начали встречаться. Ты возил меня на пляж в три часа ночи!

– Тогда я пытался произвести впечатление, – он перехватил ее за талию, притягивая к себе. – А теперь ты моя жена. И я имею полное право спать, пока ты мучаешь Слая. Кстати, почему ты сидела у него на спине? Ему семьдесят семь.

– Ему полезно, – отрезала Крис, хотя в ее глазах уже плясали смешинки. – Он слишком много воображает. А ты... ты предатель. Ты должен был защищать меня, когда Грэм начал шутить про мой характер.

– Защищать тебя? – Джейсон усмехнулся. – Крис, ты — единственная женщина, которую боится даже Чак Норрис. Тебе не нужна защита. Тебе нужен дрессировщик, но я решил, что роль мужа безопаснее для здоровья.

– Ты сейчас намекаешь, что я невыносима? – Она прищурилась, точь-в-точь как Слай в лучшие годы.

– Я не намекаю. Я констатирую факт. И именно за это я на тебе и женился.

Крис фыркнула, но обняла его за шею.

– Дедушка позвонил мне после эфира. Сказал, что если я еще раз буду есть шоколад у него на спине, он вычеркнет меня из завещания и оставит всё своим собакам.

– Он говорит это каждую неделю, – напомнил Джейсон, целуя ее в макушку. – А на следующий день присылает тебе корзину твоих любимых сладостей.

– Это потому что он меня боится, – самодовольно кивнула Крис. – Ладно, Стейтем. Я прощаю тебя за то, что ты проспал мой триумф на национальном телевидении. Но завтра ты идешь со мной в спортзал. И на этот раз на спине буду сидеть я, а отжиматься — ты.

Джейсон вздохнул, понимая, что спорить бесполезно.

– Хорошо. Но только если ты пообещаешь не крошить шоколад мне в волосы.

– Ничего не обещаю, – Крис хитро улыбнулась и потянулась к его губам. – Углеводы, Джейс. Они нужны нам обоим.

В этот момент зазвонил телефон Стейтема. На экране высветилось: «Слай (Тесть-Терминатор)».

Джейсон посмотрел на телефон, потом на Крис.

– Не бери, – посоветовала она. – Он наверняка хочет пожаловаться, что ты слишком громко храпел на его диване.

– Или он хочет предложить мне сняться в пятых «Неудержимых», где ты будешь играть главного злодея, – усмехнулся Джейсон, но трубку все же взял.

– Послушай, парень, – раздался в динамике громовой голос Сталлоне. – Я посмотрел повтор шоу. Ты выглядел там как побитый тюлень. Завтра в шесть утра у меня в зале. И возьми свою жену. Она обещала показать мне, как правильно делать становую тягу, но я уверен, что она просто хочет снова поиздеваться над моими коленями.

– Слай, уже поздно... – начал было Джейсон.

– Никаких «поздно»! Если Крис может есть шоколад на моей спине, ты можешь поднять задницу с дивана. До завтра, зятек!

В трубке послышались гудки. Джейсон посмотрел на Крис, которая уже вовсю выбирала в телефоне новые кроссовки.

– Твоя семья — это испытание, – произнес он, качая головой.

– Нет, Джейс, – Крис отложила телефон и посмотрела на него с нежностью, которую показывала только ему. – Моя семья — это шоу. А ты в нем — главный каскадер. И поверь, гонорар того стоит.

Она прижалась к нему, и Джейсон понял, что даже если завтра ему придется отжиматься с ней на спине под вопли Сталлоне, он не променял бы эту жизнь ни на какую другую. В конце концов, быть частью семьи Неудержимых — это не только работа, это состояние души. И немного — хронический недосып.